Записки из Колыбели солнца: Северная Корея глазами иностранки - Диана Карабегович
***
Утром нас ждал не самый приятный сюрприз – небо прохудилось, и стал накрапывать тёплый дождь. Вся улица была мокрой и в глубоких лужах, а прохожие прятались под цветастыми зонтами или дождевиками.
Несмотря на плохую погоду, мы с Катей не передумали ехать в зоопарк, однако некоторые ребята всё же решили остаться в общежитии.
Мухён и Манбок, который снова выразил горячее желание поехать с нами в качестве сопровождающего, сказали, что нас слишком мало, чтобы беспокоить водителя автобуса, поэтому после долгого телефонного звонка (очевидно, с директором) Мухён объявил, что мы отправимся двумя группками на такси.
Таксисты в Северной Корее ездят на приличных седанах; в каждой машине установлен счётчик, отщёлкивающий расстояние и сумму, которую нужно оплатить.
Мухён и Манбок поймали два автомобиля, предварительно промокнув до нитки, потому что они благородно вышли на улицу без зонтов и велели нам ждать в лобби общежития. Это было очень мило с их стороны, но мне стало неимоверно жаль мальчиков, потому что к тому времени дождь снаружи лил поистине нещадно.
Вместе с Катей и Машей мы устроились на заднем сидении; Мухён занял переднее, и мы отправились в путь.
Очевидно, из-за жары и неимоверной духоты во всех такси, на которых я ездила в Северной Корее, кондиционер всегда был включён на максимум, а температура в салоне составляла около 15 градусов. Водители были, видимо, исключительно крепкими орешками, потому что они вообще не чувствовали холода и спокойно ехали как ни в чём не бывало.
Сев в машину, мы начали клацать зубами, потому что в салоне было безумно холодно, и потому последовала просьба убавить мощность работы кондиционера. Мухён послушно перевёл наши слова водителю, однако тот решил не ставить охлаждение машины на более слабый режим, а просто выключил его полностью.
Мы переглянулись и закатили глаза: через непродолжительное время в салоне стало нечем дышать, но просить включить кондиционер ещё раз показалось неудобным.
Асфальт на дороге был потрёпан жизнью; на нём зияло множество дыр и колдобин. Однако водитель, узнавший, что везёт русских студентов, решил показать мастер-класс по автогонкам, газанув под сто километров в час по пустынной дороге. Видимо, это у корейцев национальная черта – не обращать внимания на скоростные ограничения, потому что водитель автобуса, который вёз нас из аэропорта до общежития, грешил тем же.
Все отчаянно схватились за те выступы, которые смогли локализовать (ремней безопасности на заднем сидении в северокорейских машинах нет в принципе), потому что нас начало кидать из стороны в сторону по салону.
Водителя же наша реакция лишь позабавила, и, внимательно наблюдая за нами в зеркало заднего обзора, он резкими поворотами руля начал объезжать одни колдобины, периодически на полной скорости попадая в другие.
В итоге, несмотря на то, что дорога до зоопарка подразумевала собой сплошное удовольствие (машин по пути почти не было, и такси доехало меньше, чем за десять минут), нас укачало от духоты в салоне и кульбитов водителя, так что к концу поездки все имели лица зеленоватого оттенка.
Зоопарк в Пхеньяне находится на огромной территории и был недавно полностью реконструирован. По словам Мухёна, ремонтные работы контролировались собственноручно Ким Ченыном, который также лично несколько раз посещал его. Вход представлял собой зияющую открытую пасть тигра – животного, почитаемого в обеих Кореях и появляющегося во многих мифах и сказаниях.
Рядом с зоопарком разбит сад, в котором выращивают диковинные северокорейские цветы – кимирсении и кимченирии (представляющие собой гибридные сорта орхидеи и бегонии).
Когда мы вышли из такси, на улице всё ещё моросил дождь, поэтому народу на огромной асфальтированной парковке почти не было. В окошке билетной кассы со скучающим видом сидела кореянка, немного оживившаяся при виде иностранцев.
Здесь нас ожидал неприятный сюрприз: цена за билет для корейцев составляла меньше доллара; цена за вход для иностранца – 5 евро.
Мы скептически подняли брови, узнав о такой ценовой дискриминации, и, как оказалось, ни у кого не было евро. Поэтому мы спросили, можно ли оплатить в долларах.
Неулыбчивая кореянка немного подумала и выдала: 5 долларов. Еле сдерживая смех, мы только плечами пожали.
Кажется, про курс обмена она сообразила на месте. Если бы каждый вертел курсом валют, как ему заблагорассудится, то все экономические принципы, с таким усердием изученные нами ранее в университете, полетели бы прахом. Но, видимо, это не распространялось на Северную Корею, поэтому нам ничего не оставалось, как смириться с придуманными правилами игры.
Оказалось, что у женщины за стойкой ещё и сдачи не было, поэтому, после небольших махинаций, мы передавали друг другу доллары, чтобы разменять их между собой на более мелкие деньги с использованием имеющихся средств. Наконец мы собрали кореянке необходимую сумму.
Она с подозрением повертела в руках банкноты, проверила их на свет и под лампой. Убедившись, что перед ней не подделки, удовлетворённо кивнула и сказала, что мы можем проходить.
– А билеты? – спросила я, устремив взор на Мухёна.
– Здесь не выдают билеты, потому что сотрудница видела, что мы заплатили за вход, – извиняющимся голосом пояснил сопровождающий, который стоял рядом с Манбоком под тонким навесом кассы, пытаясь укрыться от настойчивых дождевых капель.
Ни один из них не принёс с собой зонта, и, несмотря на наше предложение поделиться ими, они предпочли мокнуть.
Пройдя через огромную пасть тигра, мы оказались на территории зоопарка. Буклета с картой, как это обычно происходит в подобных местах, здесь не дали. Внушительных размеров схема висела перед входом – мы сделали фотографию, но решили обойтись без её помощи.