Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик

Ибо они отомстили великому звездному Небу»[115].

Отметим, что текст христианина Афиногора, насколько известно авторам настоящей книги, – единственный, где говорится, что Уран предвидел собственное свержение. Языческие мифографы на этот счет ничего не сообщают. И есть основания думать, что Уран обращался со своим потомством столь неподобающим образом лишь за отсутствием отцовских чувств и под влиянием эмоций. Причем обращение это было абсолютно незаслуженным. Каждый из его многочисленных детей был достаточно выдающейся личностью, и о каждом стоит сказать особо. Если гекатонхейры все-таки не отличались высоким уровнем развития (что и неудивительно для существ, выросших в подземелье), то киклопы, несмотря на трудное детство, славились как великолепные мастера. Но самую значимую роль в дальнейшей истории мира сыграли, безусловно, титаны.

Океан, согласно Гесиоду, был первым ребенком, рожденным Геей от ее первого супруга, – он представлял собой реку, обтекающую Землю со всех сторон. С ним греки времен Гесиода были знакомы очень плохо – единственный известный путь в Океан вел через Геракловы столпы (т. е. через Гибралтар), а до них мало кто доплывал, и уж во всяком случае мало кто выходил на кораблях в открытый океан и решался отойти далеко от берега. Поэтому Океан прекрасно мог обтекать Землю в качестве реки (Гесиод описывает его как «текущий кругообразно»[116]), и это не вызывало ни у кого принципиальных возражений еще достаточно долго. Тем более что река эта считалась немалой: Гесиод называет ее «великой»[117] и «глубокой»[118]. Правда, в ней, по свидетельству той же «Теогонии», имелись и броды: когда Геракл угнал стада бога Гелиоса, пасущиеся на острове Ерифее, он возвращался на материк, «через броды пройдя Океана»[119].

Океан отличался миролюбивым характером. Он был единственным из титанов-мужчин, который не участвовал в свержении Урана[120]. Прокл Диадох сообщает: «В то время как остальные Титаны присоединяются к заговору Крона, Океан отговаривает их от выполнения приказов матери и сомневается в задуманном деле:

Судя по всему, в войне титанов и возглавляемых Зевсом богов, которая разразилась эпохой позже, Океан тоже не участвовал, но Зевсу сочувствовал – именно по совету отца Океанида Стикс, первая из всех божеств, поддержала новоявленного претендента на престол[122]. Соответственно, после победы Зевса Океан не был сброшен в Тартар вместе с Кроном и побежденными титанами, а по-прежнему обтекал Землю. На его берегах располагались блаженные Елисейские поля[123]; из его вод поднималась на небо богиня-Заря Эос[124]; в нем купались заходящие созвездия…[125] Одиссей, спускаясь в Аид, должен был переплыть Океан – Цирцея (Кирка) предупреждала его:

Но преддверие Аида – это еще далеко не Тартар (который, напомним, находился глубже Эреба), и, значит, Океан не разделил печальную судьбу остальных титанов. Да и Гесиод, описывая Океан, ничего не сообщает о том, что его русло когда-либо находилось в глубинных недрах Земли.

Протекая по окраине обитаемого мира, Океан держался особняком от других богов. В «Илиаде» описывается, как в дни Троянской войны Зевс «…дал приказанье Фемиде бессмертных созвать на собранье»[127]. Выполняя волю Громовержца, «к зевсову дому» собрались все бессмертные: и боги, и низшие божества. Пришел и Посейдон, что было особо отмечено. И только один Океан не исполнил приказания. Нельзя сказать, чтобы Океан ставил себя выше Зевса – он признавал его власть и даже боялся Громовержца. Об этом говорил Ахиллес в «Илиаде»:

Тем не менее Океан позволил себе проигнорировать приказ Громовержца, а сам Зевс не принял по этому поводу никаких мер. Возможно, дело объяснялось тем, что Океан был неотделим от течения своих вод и его появление на Олимпе могло бы привести к крупнейшей экологической катастрофе (между тем Посейдон гостил в доме Зевса или даже отправлялся пировать в страну эфиопов, в то время как волны подведомственных ему морей мирно плескались в положенных им местах)[129].

Океан назывался рекой, но при этом он был отчетливо мужского пола. И дело не только в том, что у него имелась жена Тефия (Тефида, Тетис), приходившаяся ему родной сестрой, но и в том, что реки у древних греков обычно были мужского рода. Соответственно, и многочисленные реки, рожденные Океаном и Тефией, приходились им сыновьями. Впрочем, дочерей-Океанид у этих многодетных супругов тоже было немало:

Океаниды считаются в основном нимфами источников[131], но среди них можно особо отметить Стикс – главную реку загробного мира. Она одна из немногих рек-женщин.

Встречались среди Океанид и богини, не имеющие никакого отношения к воде. В сокращенном списке дочерей Океана, который приводит Гесиод, названа, например, Тиха (Тихе, Тюхе) – богиня-Удача. Правда, поэт V века до н. э. Пиндар называет отцом этой богини Зевса, но царя Олимпа часто титуловали «отцом богов и людей», и не исключено, что Пиндар считал Зевса отцом Удачи в переносном смысле. Хотя нельзя исключить и то, что Тиха Гесиода и Тиха Пиндара – это всего лишь тезки. Тогда неизвестно, чем ведала Океанида с этим именем, потому что героиня 12-й Олимпийской оды Пиндара, безусловно, ведала (и была) именно Удачей и Счастливым случаем: