Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец
— Если ты любуешься собой, могу приказать принести зеркало побольше, — послышалось за спиной.
Гаспар узнал голос сразу и даже не обернулся. Он ещё раз провёл полотенцем по волосам, потом кивнул на бадью.
— Если ты пришёл давать советы о красоте, Анри, нам лучше сдаться Сен-Реми прямо сейчас. Возможно, противник проявит милосердие.
Принц подошёл ближе, и теперь Гаспару стало понятно, где тот успел побывать до рассвета. На высоких сапогах грязь доходила почти до голени, по краю серого походного плаща прилипли тонкие стебли речной травы, а светло-русые волосы, которые при дворе наверняка уже попытались бы привести в порядок несколько слуг, сейчас торчали в разные стороны. На солнце они обычно выгорали почти до золотистого оттенка, но в сыром утреннем свете казались темнее. Серо-голубые глаза, напротив, выглядели слишком бодрыми для человека, который лёг ненамного раньше Гаспара.
— К мосту ходил? — де Марсан бросил полотенце на натянутую возле палатки верёвку и указал взглядом на сапоги гостя.
Анри опустил глаза и чуть развёл руками.
— Неужели настолько заметно?
— Совсем нет, — меланхолично отозвался Гаспар. — Я решил, что ты с рассветом отправился месить болото исключительно ради здоровья.
Принц хмыкнул, снял перчатки и подошёл к бадье.
— Передовые посты сменились час назад. Хотел поговорить с людьми до совета, пока офицеры не успели объяснить мне, что солдаты на самом деле думают. — Анри зачерпнул ледяную воду и плеснул себе в лицо. Он даже не поморщился, и Гаспар, слишком хорошо знавший друга, сразу заподозрил показное геройство. — За ночь они усилили баррикаду у западного конца моста. И поставили ещё две лёгкие пушки.
Гаспар скрестил руки на груди.
— Тогда твой план стал ещё хуже.
Принц вытер воду с подбородка ладонью и посмотрел на него исподлобья.
— Доброе утро тебе тоже, Марсан.
— Я стараюсь начинать его с приятных новостей.
— Через десять минут совет.
— Прекрасно. Там я смогу испортить тебе настроение уже обстоятельно.
Анри покачал головой и потянулся за перчатками.
— Вот за это я тебя и держу рядом.
— Нет, — Гаспар подхватил перевязь с мечом и застегнул её на поясе. — Рядом ты меня держишь потому, что остальные слишком воспитанные.
— Иногда я об этом жалею.
— Но недостаточно часто.
Они вышли из ряда палаток вместе. Лагерь уже просыпался: над кострами поднимался густой дым, солдаты грели руки возле жаровен, оруженосцы седлали лошадей, кто-то ругался из-за отсыревшего пороха. Из котлов тянуло кашей и луком, возле коновязи пахло мокрой шерстью и навозом. За лагерем лежала широкая низина, ещё затянутая утренним туманом, а дальше, на противоположном берегу реки, серели стены Сен-Реми.
Город третий день не давал армии двигаться на юг. Через реку вёл старый каменный мост, достаточно широкий для повозок и слишком узкий для того, чтобы быстро провести по нему большой отряд. За мостом защитники возвели баррикаду из телег и брёвен, заняли несколько домов по обе стороны дороги и превратили колокольню небольшой часовни в удобную позицию для стрелков. Вчера всё выглядело неприятно. После появления двух пушек стало ещё хуже.
У большой командирской палатки их уже ждал паж. Увидев Анри, юноша выпрямился и торопливо снял шапку.
— Ваше высочество, барон де Ровиль и остальные командиры собрались.
— Идём, — ответил принц, не замедляя шага.
Гаспар заметил, как паж проводил его взглядом. К тому, что де Марсан появлялся рядом с принцем без приглашения, новые люди привыкали не сразу. Старые уже знали: если Анри собирался обсуждать бой, Гаспар либо окажется за столом сам, либо всё равно узнает о разговоре через четверть часа и придёт объяснять, что именно было решено неправильно.
Внутри палатки пахло свечным воском, мокрой тканью и вином, которое кто-то разлил на карту ещё накануне. Большой лист удерживали по углам кубками, камнем и рукоятью кинжала. Кроме седого барона де Ровиля, командовавшего пехотой, здесь находились двое капитанов стрелков, инженер Жиль Ренье и молодой виконт Арно де Виллен, прибывший в лагерь всего четыре дня назад вместе со своей сотней.
Анри снял перчатки и положил их возле карты.
— За ночь у моста появились ещё два орудия, — начал он, сразу переходя к делу. Кончиком пальца принц отметил западный конец переправы. — Баррикаду усилили телегами. Стрелки по-прежнему держат часовню и два дома напротив выхода. Ровиль начнёт на рассвете. Если удастся заставить их снять людей с внутренней стены, введём второй отряд.
Гаспар наклонился над картой и некоторое время молча следил за линией моста.
— Не введём.
Виконт де Виллен повернулся к нему первым. Ренье перестал делать пометки на клочке бумаги, а де Ровиль только устало потёр подбородок: судя по его виду, подобного начала он ожидал.
Анри подпер ладонью край стола.
— Объясняй.
— Если первая рота остановится хотя бы здесь, — Гаспар постучал пальцем по середине моста, — второй отряд упрётся ей в спину. Пушки стоят прямо напротив выхода, в домах стрелки, а улица за баррикадой простреливается с часовни. Ты загоняешь людей в проход, где они даже развернуться толком не смогут.
Де Виллен тихо усмехнулся и поправил манжет.
— Мы третий день ищем дорогу, которой здесь нет. Иногда приходится идти там, где тебя ждут.
Гаспар медленно повернул к нему голову. Молодой виконт за четыре дня успел несколько раз объяснить людям, проведшим в походах не первый год, как именно следует вести войну. Сам он до Сен-Реми видел серьёзный бой только издали, но это обстоятельство пока ничуть не мешало уверенности.
— Иногда приходится, — согласился де Марсан. — Но совсем не обязательно строиться в очередь перед пушками, чтобы облегчить противнику работу.
Уголок рта Виллена дёрнулся. Анри, не дав ему ответить, перевёл взгляд на Гаспара.
— Что предлагаешь вместо этого?
Де Марсан провёл пальцем вверх по нарисованной реке и остановился возле маленького значка мельницы.
— Здесь.
Инженер Ренье наконец вмешался:
— Плотина разрушена, а берег после дождей затоплен. Вчера разведчики говорили, что вода там выше пояса.
— Вчера она была мне почти по грудь, — спокойно уточнил Гаспар.
Разговор в палатке оборвался. Анри оторвался от карты, и по выражению его лица стало понятно, что сообщение о глубине реки заинтересовало принца даже больше