Месопотамия - Оливье Гез
Грандиозный и революционный проект Bagdadbahn[17], призванный соединить Центральную Европу с Месопотамией, Северное и Балтийское моря с западными окраинами Индии, минуя Суэцкий канал, находящийся в руках британцев, многое говорил о планах Германии на Ближний Восток. Как и всюду, немецкая торговая и военная политика в этом регионе была настолько агрессивной, что Британия вынуждена была выйти из изоляции и пойти на образование Антанты, объединившись с Францией, а потом и с Россией. Лондон и Санкт-Петербург в то время как раз поделили между собой Персию, Афганистан и Тибет, временно приостановив Большую игру.
Император Германии Вильгельм II всегда грезил о славе на военном поприще. Тем сильнее он комплексовал из-за дефекта левой руки и злился на подданных своей бабушки, британской королевы Виктории, за то, что они не принимали его всерьез. Кайзер желал сместить Великобританию с трона сильнейшей мировой державы. Под началом его отца Пруссия разгромила Данию, Австрию и Францию, а потом объединила немецкие земли. Вильгельм II хотел, чтобы его молодая Германская империя включилась в борьбу за мировое господство. Она уже располагала самым сильным сухопутным войском в мире. Теперь, когда она обладала ультрасовременным флотом – новыми крейсерами и десятками линкоров, сосредоточенных в Балтийском и Северном морях, – пришло время покорять океаны. Вильгельм рассчитывал разгромить британского противника, корабли которого были рассредоточены в южных морях, готовые защищать колонии. Германия слишком поздно вошла в колониальную гонку – ей достались лишь клочки территорий, жалкие страны Океании и Африки, которых не хотела ни одна другая держава. А ведь Германия росла с головокружительной скоростью: развивалась промышленность, увеличивалось население. Чтобы поддержать подобный темп, необходимы были продовольствие, сырье, рынки сбыта и новые земли. Вильгельм II твердо решил, что ему нужен Ближний Восток.
Пангерманистские круги уже несколько десятилетий интересовались Палестиной и долинами между Тигром и Евфратом. Крестьяне и агрономы из Германии смогли бы сделать их плодородными, как во времена Античности, тогда Месопотамия стала бы житницей Рейха, таким же сокровищем, каким Индия была для англичан.
В конце XIX века Османская империя утратила привычную протекцию британцев, после того как турки убили десятки тысяч христиан, главным образом армян. Лишенный поддержки, султан принялся налаживать отношения с Германией, в 1898 году он принял кайзера в Константинополе. Банкеты, военные учения и грандиозные парады сменяли друг друга: никогда еще заграничных гостей не принимали при дворе султана с таким размахом. Через несколько дней Вильгельм II, в парадном белом костюме, модель которого придумал он сам, и в большом золотом шлеме, украшенном императорским золотым орлом, въехал в Старый город Иерусалима. В Дамаске кайзер посетил гробницу Саладина, изгнавшего крестоносцев из Иерусалима, и начал в Сирии и Палестине джихад против франков. Вильгельм пообещал финансировать возведение для останков Саладина мавзолея из мрамора и объявил себя другом всех мусульман. Германия обосновалась на Востоке. Предполагалось, что Османская империя обеспечит ей тыл для экспансии в Азию, а скорое разрешение на постройку Bagdadbahn и вовсе должно было стать неслыханным вызовом для англичан. Султан пожаловал немцам право разрабатывать недра на ширине 20 км по обе стороны от железнодорожного пути.
Из Германии в Османскую империю хлынул поток посланников, банкиров, консулов и офицеров разведки. Из Гамбурга в Персидский залив начали курсировать пассажирские лайнеры. В университетах открылись кафедры арабского и персидского языков. Военные эксперты реорганизовали османские войска, страны подписали договор о взаимном сотрудничестве. Геологи под предлогом проведения археологических раскопок исследовали регион Мосула на севере Месопотамии – через него должна была проходить новая железная дорога. Поиски обнадеживали: здешние недра были невероятно богаты нефтью. Начиналась новая эра: в 1886 году Карл Бенц протестировал первую машину с двигателем внутреннего сгорания.
* * *
Как-то мартовским вечером 1916 года Лоуренс достал из рюкзака потрепанный томик и протянул его Гертруде. Это был раздобытый им в Каире роман Джона Бьюкена Greenmantle, «Под зеленым плащом», бестселлер в Англии и Индии. «Сухой ветер дует к индийской границе… Во всем мусульманском мире царит великое волнение… Восток ждет мудреца из рода Пророка; он вернет халифату славу прошлых времен; вернет исламу его былую чистоту… Назревает джихад. Такой же неудержимый, как тот, что обрушил Византийскую империю и заставил содрогнуться укрепления Вены…». Гертруда читала критиков: поиски нового освободителя – идея Берлина. Священная война, поддержанная немецкими войсками, лишит Британскую империю ее владений на Востоке и наконец уничтожит ее.
Этот роман лишь подпитывал тревоги англичан. В прошлом году немецкий десант повредил нефтепровод Англо-персидской нефтяной компании, поставки нефти Королевскому военно-морскому флоту Великобритании прервались на несколько недель. Еще более тревожным было следующее: во время торжественной церемонии в мечети Завоевателя в Константинополе 14 ноября 1914 года османский султан в своей роли халифа, то есть преемника пророка Мухаммеда, впервые в современной эпохе призвал к джихаду против европейских держав. Размахивая мечом Пророка, он заявил: «Кровь неверных можно проливать совершенно безнаказанно… Убивайте их всюду, где найдете… Каждый мусульманин повсюду в мире должен принести клятву убить как минимум трех или четырех неверных, которые нас угнетают, врагов Бога и веры. Тогда в судный день он будет освобожден от ужасов…». Это обращение зачитывали в мечетях и печатали в газетах всей империи, добавляя, что мусульмане, не отвечающие на воззвание султана, навлекают на себя гнев Творца.
Призыв нанести удар по «неверным, прибравшим к рукам власть над правоверными» побуждал, конечно же, атаковать французских, русских и британских колонизаторов, но уж точно не немцев – авторов текста этого обращения. Немцы подталкивали султана вступить в войну. Ему подчинялась армия фанатичных мусульман – поистине бесценное оружие. Западный фронт замер, пришло время сделать ставку на восточную карту. По базарам и мечетям служащие пропаганды Германской империи разнесли весть, что Вильгельм II принял ислам и совершил паломничество в Мекку. Господь отправил кайзера освободить мусульман от гнета неверных, пропагандисты намекали, что жители Германии могут массово принять ислам. Воспламенить Восток, посеять хаос под флагом борьбы за