Рыцарь для Лики - Галина Ярославна Миленина

class="p1">– Придумай на свой вкус, это же спальни. Что там может быть особенного? И Лика дала волю фантазии, на свой, так на свой! Показав рисунки через некоторое время, увидела его оживлённый, заинтересованный взгляд. Роман Аркадьевич не отпускал Лику без традиционного чаепития, к которому всегда находились бутерброды с бужениной, сёмгой, икрой. И каждый раз они обнаруживали, что вкусы их совпадают, и не только гастрономические. Лика отдавала предпочтенье рыбе и овощам, оставляя нетронутыми пирожные, конфеты и фрукты, шеф улыбался – это мужской выбор, девочки должны любить пирожные! Несмотря на разницу в возрасте, им нравились одни и те же книги, фильмы. Они оба занимались теннисом, оба любили природу, море и походы в горы. Лика стала замечать, что симпатия шефа к ней перерастает в более глубокие чувства. Его голос становился всё теплей, он не упускал момент и подходил чуть ближе обычного, чтобы коснуться её невзначай, намеренно задерживал подольше, словно хотел убедиться, что о ней, как и о нём, никто не волнуется дома. Лика обнаружила, что и она ждёт окончания рабочего дня, встречи с Романом Аркадьевичем, неважно, что он работал в соседнем кабинете ежедневно, они практически не виделись.

Она не любила, когда рядом курили, но когда на террасе закуривал Роман Аркадьевич, она ловила себя на мысли, что ей приятен дым его сигарет. И это был плохой знак. Лика понимала, что никогда не влезет в чужие отношения, не станет делить занятого мужчину. Она сама отдаст всё без остатка своему избраннику, но и от него ждёт того же, а не часть, украденную от другой женщины. Да и Никник ничего не говорил по поводу женатых мужчин! Неужели принял этот дом за итальянский отель и Романа Аркадьевича за рыцаря?! Лика улыбнулась своим мыслям. Безусловно, Роман Аркадьевич был видный, совсем не старый, даже для неё. Он отлично выглядел в свои сорок пять, занимался спортом, высокий и крепко сложённый, с коротким ершиком волос цвета соль с перцем, с волевым подбородком и карими глазами. Он никогда не пользовался лифтом и бодро без одышки взбегал на шестой этаж в офис. Когда подписывал документы или склонялся над ней, чтобы посмотреть её проекты, Лика отмечала, что ей нравятся его мужские крепкие руки, представляла, как безопасно и защищённо женщина может чувствовать себя в таких руках. Она понимала, очевидно, возраст и гормоны диктуют ей шальные мысли, пора быть уже замужем, рожать детей, кормить мужа, оформлять свои, а не чужие спальни.

Но предсказания не спешили сбываться, дом шефа был практически готов к заселению счастливых жильцов, и Лика уже с месяц, как не появлялась в нём, не было нужды, её миссия была окончена, и шеф щедро заплатил ей, как обещал, по двойному тарифу.

Когда Роман Аркадьевич позвонил в субботу и предложил съездить с ним в дом, как он выразился, для последних штрихов, как говорится, ничего не предвещало. Лика вышла в спортивном костюме и кроссовках, с распущенными, ещё влажными после душа волосами, когда шеф через полчаса подъехал за ней. Она села, как обычно, на заднее сиденье, на переднем лежал красивый букет цветов. Лика отметила, что букет составлен и оформлен с большим вкусом – крупные белые розы перемежались с розами среднего размера нежно-сиреневого цвета и более мелкими, розовыми.

– У вас сегодня праздник? – поинтересовалась Лика.

– Надеюсь, что да, – уклончиво ответил Роман Аркадьевич.

Она взглянула на него в зеркало – вид у шефа был сосредоточенный, словно он обдумывал серьёзную проблему, и не располагающий к дальнейшей беседе. Девушка откинулась на подголовник и прикрыла глаза, слушая приятный блюз, льющийся из колонок. Привычная дорога в этот раз заняла вдвое меньше времени, в выходной день машин было мало.

С тех пор как она была здесь последний раз, многое изменилось – садовник знатно потрудился, и Лика остановилась в изумлении, оглядывая сказочный дворик. Шеф обошёл машину, достал букет, протянул Лике:

– Это тебе.

– Спасибо большое! – Лика наклонилась к цветам, вдохнула аромат, но он то ли был слабым, то ли его заглушили фитонциды сосен, елей и кедров вперемежку с нежным ароматом ночной фиалки, высаженной вокруг скалы, отдающей дневное тепло, и не смогла сдержать восторга: – Это рай! Роман Аркадьевич, вы осознаёте, что живёте в раю?

Шеф кивнул согласно, с улыбкой, подошёл к ней:

– Конечно. И я тебе его дарю.

Стоял напротив, смотрел прямо в глаза Лике, словно ждал ответа. Девушка растерялась от его взгляда, не могла понять, что он хочет сказать, но чувствовала, он сейчас не шутит.

После неловкой паузы Роман Аркадьевич подошёл ближе, очень близко, глядя в лицо Лике, она смутилась, наклонила голову, прядь волос закрыла лицо, Роман Аркадьевич, убрал в сторону волосы, взял обеими ладонями лицо Лики и нежно поцеловал в губы. Девушка замерла и не сопротивлялась. Противоречивые эмоции накрыли её. Поцелуй был лёгкий, бесстрастный, короткий.

– Я хочу, чтобы ты вошла хозяйкой в этот дом.

Лика была смущена, сбита с толку, обескуражена его словами.

– В смысле хозяйкой? – она не терпела недосказанности, компромиссов.

– В прямом. Я делаю тебе предложение, извини, не как в кино, без кольца, не на коленях, терпеть не могу этот цирк и пафос. Но себя и этот дом предлагаю и хочу остаток жизни провести с тобой в этом раю, как ты выразилась. У тебя будет всё, что захочешь. А я хочу детей. Как минимум двоих, максимум определишь сама. Хочу крепкую, здоровую, большую семью. Такое предложение. Всё предельно честно и ясно, – выдал он и замолчал, ожидая реакции.

– А ваша жена?

– Бывшая? Мы развелись. Дочь, к сожалению, приняла её сторону, хотя уверен, что в разводе мы оба виноваты. Или оба правы. Просто ранний брак исчерпал себя. Старая история. Не мы первые.

– Ясно. – Лика, как броню, держала перед собой букет, не зная, что ответить. – Но вы же меня совсем не знаете.

– То, что мне нужно знать, я давно о тебе знаю. Остальное буду узнавать постепенно, так даже интересней. Ты мне очень нравишься, волнуешь меня, мне нравится в тебе всё, и я знаю, что ты свободна. Если ты не против, давай начнём с малого – говори мне, пожалуйста, ты и без отчества, хорошо?

Она безуспешно пыталась анализировать свои чувства в связи с неожиданным предложением и понимала, что не ощущает счастья. А должна бы. Была только растерянность. Ей было страшно начать новую жизнь с человеком малознакомым, и главное, она должна быть точно уверена, что он на всю жизнь. Это очень быстро! Она его