Александр Шендарев - Дом для пилигримов
Эпилог.
Больница. За стеклянной больничной дверью стоит Чекушка, испуганно глядя на Любку, поджидавшую его у входа вместе с Иваном, крутящим от волнения головой. Обритая голова Чекушки делает его и без того большие глаза огромными, Он ухватился худой ручонкой за вырез тельняшки, с которой не расставался, и вопросительно вскидывает глаза на медсестру в белом халате.
- Ты чего испугался, это ж сестренка твоя... Ну же! - женщина распахивает дверь и подталкивает Чекушку к встречающим.
- Сестра... - беззвучно повторяет Чекушка. Любка молча протягивает ему раскрытую ладонь, и Чекушка осторожно вкладывает в нее свою ручонку.
- Ну, ты даешь! - хлопает его по плечу Иван и конфузится от строгого, не детского взгляда.
Они уже выходят на дорожку, как вдруг из двери выбегает доктор в накинутом наспех халате и останавливает их.
- Постой-ка, братец! - простуженным голосом произносит он, подходя к ним широким шагом. - Вот, возьми это и обязательно сохрани. Если б не эта штука... - он почему-то переводит взгляд на Любку, - в общем, еще немного прут пробил бы дерево насквозь и - в спину... Крепкое дерево, - он уважительно постучал пальцем по иконе, которую держал в руках.
Чекушка молча взял икону и кивнул доктору. Доктор улыбнулся одними глазами, и троица медленно двинулась по теннисной аллейке к чугунным витым воротам.
______
Белоснежный любимец Лешего ухаживая за пугливой голубкой, распушив хвост и призывно воркуя, толкнул крылом старое высохшее гнездо, прилепившееся за выступом башни. Гнездо накренилось, и из него выкатились заляпанные пометом бриллианты. Один за другим, ровно одиннадцать. Голубка вспорхнула, за ней поднялась вся стая и закружилась над покинутым домом-кораблем с одинокой башней, над дубовой рощей с речкой и горбатым мостиком через нее, над ржавым остовом военного корабля в заливе, над воротами со знаменитыми собачками, над зеленым извилистым пассажирским поездом, медленно удалявшимся от города по уходящим в бесконечность рельсам.
___________