Особенный - Владимир Александрович Дараган
— Цепа…
— Не делай удивленное лицо. Ты, похоже, ни хрена не разбираешься в людях. Михалыч без обсуждения с Цепой и шагу не делает.
Она задумалась.
— Впрочем, никто из команды на такое не способен. После первого же стакана захотят похвастаться полученными сребрениками. Таким обормотам никто ничего серьезного не доверит. Да и Михалыч каждого из нас насквозь видит. Нет, не они. Про людей на совещании — согласна, это маловероятно. Все они трясутся над тобой. Ты у них как породистый бык перед ярмаркой: холят, лелеют, кормят самым лучшим — лишь бы потом снять куш побольше. Если у Шефа все получится, то это миллионы инвестиций и надежда на абсолютное здоровье каждого желающего с тугим кошельком. Так что остается только первый вариант.
Да, уж… Не мне тягаться с профессионалами. Наташа раскрылась совсем с другой стороны. Не сказала, правда, что мне делать. А что я могу сделать? Смирно сидеть у нее или у Цепы в машине и закрывать дверь на засов. Пока я думал, она собрала со стола и вымыла тарелки. Я хотел включить чайник, но она посмотрела на часы и сказала, что ей пора.
— Окно в гостиной я тебе в следующий раз помою, — сказала она, надевая кроссовки. — Все, пока.
Она открыла дверь, на секунду задержалась.
— У тебя кран на кухне капает. При случае я куплю прокладку и починю. Бывай, не скучай тут.
Я стоял у открытой двери и смотрел, как она входит в лифт.
— Не забудь про засов! — крикнула она, когда дверь лифта начала закрываться.
Глава 11
Я закрыл дверь и прислонился лбом к холодной металлической поверхности. Без Наташи в квартире сразу стало пусто. Никто не пошутит, никто не поворчит. Я прошел в комнату и включил телевизор. Шли новости. Новости были так себе, я нажал кнопку «выкл» и подошел к окну. Оно и правда было грязным. Подоконник тоже. Я пальцем написал на нем «Наташа», поставил запятую и приписал «Зоя». Хотел ли я, чтобы пришла Зоя? Добрая, ласковая, готовая приготовить вкусный диетический ужин. Есть я не хотел, вряд ли Зоя приготовит что-то вкуснее жареной картошки. Опомнившись, я пошел на кухню, нашел какую-то тряпку, намочил ее и побежал в комнату стирать написанное на подоконнике.
Зоя пришла ровно в восемь.
— Держи, — сказала она, протягивая мне два тяжелых пакета. — Отнеси на кухню, я скоро приду. Она сняла туфли, из третьего маленького пакета достала тапочки, надела их и пошла в ванную мыть руки. Я же направился на кухню разбирать пакеты: овощи, фрукты, говяжья вырезка, маленькая бутылка подсолнечного масла, хлеб… Я вздохнул, представляя сколько времени займет готовка.
Комнаты Зоя смотреть не стала, а сразу пошла на кухню и приказала мне идти отдыхать, пока она тут будет колдовать.
— Сама-то ела? — спросил я.
— Нет, конечно, — ответила она, доставая мясо из упаковки. — Аппетит нагуливала.
Я сходил в комнату и принес ей деньги.
— Это не обязательно, — сказала Зоя, но деньги взяла, аккуратно сложила купюры и спрятала в карман брюк. В брюках, кстати, я видел ее впервые. Они ей шли, подчеркивали женственность, но при этом ничуть ее не полнили.
— Как я могу тебе помочь? — спросил я.
— Помой овощи и сложи их… — Зоя осмотрела разделочный столик и полки. — Положи их на разделочную доску. У тебя есть такая?
Доска должна быть. Иначе, на чем Наташа резала картошку? Она оказалась в раковине, сушилась, наверное. Черт, она еще мокрая! Любой детектив сразу определит, что у меня были гости. Но Зоя не была детективом, увидев доску, она кивнула, продолжая заниматься мясной упаковкой.
— Кстати, а мясная доска у тебя есть?
Боже, какие нюансы! Я стал открывать шкафы в поисках чего-нибудь подходящего. В одном из них я увидел небольшую белую пластмассовую доску и решил, что это то, что надо.
— Отлично! — сказала Зоя, положила туда мясо и взяла в руки нож.
Я помыл овощи, положил все это на разделочную доску и ушел в комнату. Что со мной происходит? Полдня назад я был готов прыгать от радости, что Зоя, нарушив никем не установленные правила, придет ко мне в гости. А сейчас? Хочу остаться один? Тоже нет. После ужина, вероятно, предстоит серьезный разговор. Вот это больше всего, чего мне не хотелось в данный момент. Никаких теломеров, динамометров, результатов анализов и тому подобного. Я вернулся на кухню.
— А давай для храбрости выпьем по рюмке коньяка?
— С удовольствием, — сказала Зоя, вымыла руки и вытерла их полотенцем, висевшим на ручке газовой духовки. Откуда оно там взялось? Ну, ладно. Я разлил коньяк, мы чокнулись и залпом выпили.
— Вкусно, — сказала Зоя. — Очень хороший коньяк.
— Может еще по одной? — предложил я.
— Давай, но только перед ужином. Иди отдыхай, после наркоза тебе нужно побольше лежать.
Я лег на диван, закинул руки за голову, стал смотреть в потолок и прислушиваться. Вот зашипело мясо, брошенное на раскаленную сковородку. Она что-то говорила про диетический ужин? Ну что ж, такая диета мне нравится. Я закрыл глаза и попробовал задремать. Мне вдруг захотелось, чтобы Зоя что-нибудь крикнула из кухни. Например, что-нибудь о женских попах или о том, что у меня на кухне очень чистое окно. Но никто ничего не крикнул, я и правда немного задремал, потому что, когда открыл глаза, то Зоя стояла рядом и сообщала что ужин готов.
Зря я думал, что у меня не будет аппетита. Мясо с тушеными овощами плюс овощной салат с чесночным соусом — это было необычайно вкусно. Удивительно, но мы оба ели жадно и молча. Когда на тарелках осталось меньше половины, Зоя хлопнула себя по лбу и сказала, что мы забыли про коньяк. Она сама разлила коньяк по рюмкам, мы чокнулись, она пожелала мне здоровья, я пожелал ей удачи, мы выпили и жизнь показалась мне гораздо приятней, чем была час