Дневник акушера. Реальные истории, рассказанные врачом роддома - Анастасия Седова
Операция закончилась. Спустя час приходит свекровь. Пару минут с невесткой посидела и шасть – в ординаторскую. А там заведующая наша. «Здрасьте, спасибо», – все стандартно. А потом такой вопрос в лоб:
– Ну что там у Лены? Почему у них с Ваней не получается ничего?
– А вот это, уважаемая Марья Степановна, Лена вам сама расскажет. Если посчитает нужным.
Тут-то Марья Степановна губу и надула. Сухо попрощалась и ушла. Хоть она и старшая, а все же медсестра. С заведующей спорить себе дороже. Пусть и не своего отделения. Все ж гинекология – мало ли когда пригодится.
А мы стали думать, как врачебную тайну сохранить. Насчет медперсонала можно быть спокойным – заведующая медсестричек так выдрессировала – никакая муха не пролетит, чтоб документы прочитать, не то что свекровь. Но есть еще электронная карта… Для тех, кто по ту сторону медицины: у каждого врача/медсестры есть логин и пароль для входа в систему. В этой системе ведется вся медицинская документация. Каждый регион развивается в своем темпе. Где-то это только посещения, а где-то полноценные осмотры со всеми данными анализов и выписками. И вот здесь самая большая недоработка: теоретически любой медицинский работник может посмотреть карту абсолютно любого гражданина (в своем регионе). Необходимо знать лишь ФИО и дату рождения. (Данных по ВИЧ – инфекции в этой системе нет!) Вот и пришлось нашей заведующей выкручиваться – в бумажной версии истории болезни писать все, как есть. А в электронной набирать обтекаемо. Благо, в те времена еще так можно было, электронные протоколы тогда не проверялись страховыми компаниями.
Через полгода Лена успешно сделала ЭКО (беременность наступила с первой попытки). В положенное время родила девочку, в нашем же роддоме. Надеюсь, после этого свекровь перестала заглядывать в трусы невестке.Про доказательную медицину
Поступила к нам однажды цыганка Люся. Самая обычная – несколько юбок, два золотых зуба и желание свободы. Со свободой было не так просто, ибо срок тридцать шесть недель. Де-юре – болит живот, соответственно, в истории родов лечим угрожающие преждевременные роды. Де-факто – Люся просто хотела родить поскорее. «Ну че я тут лежать буду, мне б быстренько, дома еще двое». Поэтому и приехала в одиннадцать вечера. Надеялась, что роды вызовут и все. А не тут-то было.
Шейка матки закрыта напрочь, матка спокойная. На ближайшие роды ни одного намека. О чем Люсе и было сказано. Отправлять беременную ночью за сто пятьдесят километров обратно рука не поднялась. Госпитализировала в отделение патологии. Работы, несмотря на поздний час, много. В родах человек пять, да шестьдесят пять беременных на этаже.
Люся переоделась, перекусила после дальней дороги. И решила снова попытать счастья. Нашла ординаторскую. «Ой, доктор, посмотри меня. Опять живот болит. Да так болит, так болит, прям вот рожаю, наверное! Ты ж только посмотри».
А мне ж делать нечего, кроме как каждые полчаса смотреть незрелые шейки матки в тридцать шесть недель. Так и до созревания недалеко. Вот неонатологи будут счастливы! Говорю Люсе честно – ну не рожаешь. Иди спать. Утром посмотрим.
Через десять минут Люся опять приходит. Неймется человеку. Бросаю недописанную историю, иду на КТГ. Ставлю сама датчики. Сижу двадцать минут рядом. Ну не рожает! Ни одного сокращения нет. Матка спокойна, как удав в советском мультфильме. Запись заканчивается. Люся спрашивает:
– Рожаю?
– Нет.
– А давай так сделаем, чтобы рожала! Я ж отблагодарю. Поставь мне капельницу.
Ну про цыганские благодарности мы все знаем. А вот девочек – соседок по палате жалко. Туда-сюда шастает, пакетами шуршит. Две уже приходили на пост жаловаться – одна из ее палаты, другая из соседней. Люся еще и по телефону громко разговаривала, на весь коридор слышно. А время уже за полночь перевалило.
– Значит так, Люся. Сейчас тебе дорогой препарат поставим. Новый! Это тебе не окситоцин какой. Если матка готова к родам, то схватки сразу же начнутся. Если нет, то просто уснешь.
– А точно поможет?
– Зуб даю. Это тебе не хухры-мухры, а доказательная медицина!
Иду на пост. Прошу акушерок поставить капельницу физраствора. Самого обыкновенного, стандартный объем в количестве двухсот миллилитров. Те даже вопросов не задавали, ибо их Люся тоже замучила просьбами родить по-быстрому.
Поставили. Через полчаса Люся спала как младенец. Еще три дня побыла в отделении, а потом сбежала. Рожать приехала уже с самыми что ни на есть настоящими схватками через две недели. Мальчишку, кажется, родила. Третьего.
Миома матки. История вторая
Гинекологическое отделение многопрофильной клинической больницы. Звонок из приемного: «Уролог вашу консультацию запрашивает». А в приемник тогда молодежь отправляли. Вот меня и послали.
Женщина, пятьдесят лет. Собственно, к гинекологу у женщины жалоб нет, хотя у врача не была уже лет пять. Прибыла пациентка с жалобой, что в туалет сходить не может. Вот уже почти три дня как не мочится. Даже пить практически перестала.
Собираю гинекологический анамнез. Все стандартно: двое родов, пара абортов. Операций не было. Менструации еще идут, обильно, по пять прокладок в день меняет. Приглашаю на кресло.
Шейка матки без видимой патологии. А своды как-то выбухают. Смотрю руками – чувствую образование: плотное, размером с голову доношенного младенца, абсолютно неподвижное – можно сказать, вколоченное в малый таз. Судя по всему, миома, которая передавила мочеиспускательный канал. Не удивительно, что мочи нет. Интересно, почки еще живы?
Отправляем пациентку на УЗИ: так и есть, миома, расположена низко, диаметром одиннадцать сантиметров. Ставим мочевой катетер. Два с половиной (!) литра мочи. Как мочевой пузырь еще не разорвался – одному Богу известно. И ведь не городская дама, из области приехала, за девяносто километров, по ямам да ухабам местами.
Катетер оставили, женщину госпитализировали в наше отделение. Пару дней на обследования. Далее – полостная операция, удаление матки. А женщина – счастливая. «Вот, пять лет у врача не была, теперь вообще можно не ходить!» И ничему жизнь не учит…«Есть женщины в русских селеньях»
Гинекология. Вечер субботы. Звонок из приемного: «Приходите, хирург запрашивает консультацию». Пока иду по длинному коридору, думаю, с чем привезли. Наши хирурги тоже стали перестраховываться и на любую боль в животе нас требуют: девственница там или пенсионерка в тридцатилетней менопаузе.
На сей раз вызов по делу. Девушка, двадцать четыре года. Боль в животе. Привезли на скорой. При осмотре живот резко болезненный. Симптом «ваньки-встаньки» положительный.
Собираю анамнез – середина цикла, контрацепция барьерная, мужской презерватив, «аварий» вроде не случалось. Да и задержки нет. Возникает мысль об апоплексии. Спрашиваю про половой акт – самую частую причину этой патологии. Отрицает, больше недели ничего не было. Физическая нагрузка?