Занесённые снегом - Алла Лебедева

— Светлана, — доктор с удивлением обернулся к Юлии.

— Такая красивая, белокурая, с синими глазами? — переспросила Юлия.

— Да. Она была очень красивой, — Арсений помрачнел от воспоминаний.

— Я помню её. Мы лежали в одной палате. Так вышло, что я стала невольным свидетелем её горя… значит, это был ваш ребенок… искренне соболезную вам, — с горечью произнесла Юлия.

— Но почему вы говорите, что она в Италии? В Москве она, жива и здорова ваша Светлана! — воскликнула Анжелика.

— Вы её видели? Когда? — встрепенулся Арсений.

— Мы с моим приятелем Никитой привезли её в центр. У неё в дороге приступ болевой случился. Попросила отвезти в четвёртый перинатальный центр, там её подруга работает. Мы отвезли. А после выяснилось, что она — мамина землячка! С ней всё хорошо! — Анжелика была рада сообщить Арсению приятные известия. Она с удовольствием наблюдала, как прояснилось лицо Арсения.

* * *

Анжелика стала вставать и ходить по дому. Сначала у неё случались приступы головокружения. Никанор, который всегда был рядом, успевал подхватить её.

За эти месяцы они подружились. Никанору казалось, что он чувствует каждое движение девушки и переживает её боль, как свою.

Анжелика рассказывала ему о своей жизни. Он поделился с ней своими секретами.

Его первый брак с однокурсницей Олесей Кочнар разрушился. И не потому что они разлюбили друг друга.

Главную роль сыграла тёща Генриетта Петровна, которая на пятом десятке вступила в романтичные отношения с артистом областного драматического театра Арнольдом Бравиным. Чтобы удержать любовника, который был младше её на двенадцать лет, Генриетта решилась на сложный процесс экстракорпорального оплодотворения. В сорок четыре года она родила Арнольду дочь Адриану.

Но дальше предстояли годы материнского труда по выращиванию и воспитанию ребёнка. Если заботы о своей старшей дочери Олеси Генриетта радостно взвалила на плечи своей матери Феоктисты Васильевны, то теперь мать была больна и сама требовала ухода.

Приехав из роддома с фанфарами, окруженная букетами роз и милыми подарками от друзей, Генриетта осталась наедине с крошечной дочерью. Драматический театр уехал на гастроли в Якутск, увезя с собой обожаемого Арнольда.

Поручить драгоценного младенца незнакомой женщине Генриетта боялась, тем более Арнольд был категорически против всяких приходящих нянек. И тогда Генриетта решила, что воспитанием младшей сестры должна заняться старшая.

В это время Никанор с Олесей трудились в одной крупной фирме, занятой проектированием нового микрорайона в пригороде Новосибирска. Молодые супруги планировали через месяц уехать в отпуск в Гоа, чтобы пожить в бунгало на берегу моря. У них уже были заказаны билеты. Каждый вечер Олеся рисовала мужу фантастические картины их будущего отдыха.

— Не сомневаюсь, что наш ребёнок будет зачат в этом райском уголке, — Никифор прижимал к груди любимую жену. Олеся радостно смеялась.

Властное требование Генриетты переселиться к ней, чтобы Олеся помогала ей в уходе за ребёнком, застало супругов врасплох.

— Я не понял. Твоя мать рожала ребёнка себе или тебе? Почему ты должна бросить все свои дела и стать нянькой при её ребёнке? — возмутился Никифор. Олеся растерялась. Она понимала, что оставить мужа не может.

Но Генриетта настаивала, плакала в трубку, жалуясь на слабое здоровье и, взывала к дочернему долгу. В результате Олеся сдалась.

— Милый Ник, я помогу маме первый месяц. Она говорит, что очень слаба после тяжелых родов. Все же рожала она в позднем возрасте, наверное, сказались последствия, о которых предупреждали врачи. Пойми меня, пожалуйста, — уговаривала Олеся мужа.

— А наши билеты в Гоа? А наши планы на отпуск? — с горечью вопрошал Никифор. Но жена уже собирала вещи.

* * *

Вскоре выяснилось, что у Генриетты не настолько слабое здоровье, как она это описывала. Оставив ребёнка на Олесю, она умчалась по маршруту Новосибирского драматического театра, чтобы опекать молодого красивого мужа. Кто-то довёл до её ушей информацию, что одна из местных артисток стала проявлять к Арнольду повышенный интерес.

Когда пришло время окончания отпуска, Олеся стала просить мать вернуться к своим материнским обязанностям. На что получила эмоциональный ответ, означавший, что Олеся должна непременно уволиться с работы и продолжить заботу о маленькой Адриане.

Потому что Арнольд требует неусыпного внимания, а личная жизнь матери должна быть для дочери на первом плане.

Тем более театр отправляется на гастроли по Ямало-Ненецкому автономному округу и Генриетта не может допустить, чтобы какая-нибудь симпатичная северянка вскружила голову отзывчивому и доверчивому Арнольду.

Тем временем Адриана требовала особого внимания. Выяснилось, что девочка отстаёт в умственном развитии от своих сверстников.

Ещё на стадии беременности врачи были обеспокоены неестественным положением правой ручки зародыша и размерами головы плода. Но Генриетта и слышать не желала о том, что её ребёнок может родиться с отклонениями. Что? Отклонения? У кого угодно, только не у нее!

Новорожденному был поставлен диагноз: детский церебральный паралич легкой степени. С этим можно было справиться усиленными занятиями со специалистами. Ребёнку были предписаны интенсивные занятия с неврологом, тренером по плаванию и специальные упражнения с физиотерапевтом.

— Странно, что ты так характеризуешь ребёнка! Адриана не может быть умственно отсталой, прошу тебя никогда не употреблять таких выражений! Может услышать Арнольд! В конце концов, если тебе так тяжело управляться одной, почему тебе не помогает твой муж? — возмущенно отвечала Генриетта старшей дочери, будто совсем забыв, кто является матерью Адрианы.

Олеся не могла сопротивляться напору властной матери и только плакала от бессилия и изнеможения.

* * *

Попытки устроить Адриану в детский садик не увенчались успехом. Девочка становилась агрессивной, если ей делали замечание. Будучи крупным ребенком, Адриана била детей, которые уступали ей в физической силе. Кусала воспитателей и плевалась в нянечек. Никто из персонала не выдерживал припадки агрессии Адрианы, поэтому Генриетте вежливо рекомендовали заниматься воспитанием дочери в индивидуальном порядке.

— Ник, не могу больше. Помоги мне хотя бы возить Адочку в бассейн! Мама скоро вернётся с гастролей! — однажды взмолилась Олеся. Никифор, скрепя сердцем, взял на себя часть обязанностей.

Вернувшаяся с гастролей Генриетта, крепко держась за руку Арнольда, сразу начала с указаний.

— Все ваши трудности из-за того, что вы с Ником не правильно распределяете свои обязанности! В понедельник ты к восьми утра едешь в поликлинику, оттуда Ник увезёт Адочку на физиопроцедуры, а ты немного отдохнешь и поедешь договариваться с тренером по детскому развитию. Вечером в шесть первое занятие в спортивной детской школе, — скомандовала Генриетта.

— А ты? — изумилась Олеся.

— А мы с Арнольдом едем в Крым на очередные гастроли. Моему любимому нужно побыть на солнце после изнурительной поездки по северу! —