Мой остров тишины - Пак Хэсу

Я достала рюкзак и начала собирать вещи в дорогу. В первую очередь положила напильник и нож, чтобы прорубать дорогу в лесу. Осмотрелась, не забыла ли чего, и тут заметила свои ноги — все в ссадинах и царапинах. Обычно я лишь наспех мазала их мазью, но на этот раз положила в рюкзак антисептик и пластыри. На всякий случай — вдруг возвращаться придется уже затемно — взяла и фонарики, сразу несколько, разных типов. Надела летние походные штаны и подтянула повыше длинные носки.

Оставалось только собрать перекус. Я посмотрела на редьку, прислоненную к стене в углу кухни, и в голове тут же сложилось меню. Положив редьку целиком на разделочную доску, я отрезала от нее четыре длинные полоски. В неглубокой тарелке смешала воду, уксус и сахар и опустила туда только что нарезанную редьку. Достала упаковку сушеных водорослей и банку маринованных. Приоткрыла кастрюлю, чтобы проверить, хватает ли риса.

В рис я подмешала уксусную воду, в которой мариновалась редька. Маринованный абалон и водоросли сначала отжала, чтобы избавиться от соевого маринада, а потом нарезала тонкой соломкой. Пора сворачивать. Я положила лист сушеных водорослей на бамбуковый коврик, а сверху — ложку риса. Равномерно его распределив, сверху добавила редьку и соломку из абалона и красных водорослей. Потом подтянула коврик и сформировала плотный рулет.

Обычно я не слишком заботилась о привлекательности своей еды, но сегодня я сама внесла в свое расписание «пикник», а значит, могу позволить себе немного стараний. Я нарезала кимпаб на кусочки «на один укус», уложила их наискосок — получилось красиво, и я осталась довольна. Попробовала кусочек — аромат ингредиентов смешался, вкус вышел на редкость удачным.

Тем временем солнце уже заглянуло в зал. «Ничего себе, уже так поздно!» Впопыхах я сформировала еще три кимпаба, положила их в пластиковый пакет и убрала в рюкзак. Он заметно потяжелел. Закинув его на плечи, я на миг почувствовала себя исследователем, отправляющимся в неизвестность. На миг задумалась — может, выложить что-нибудь лишнее, — но в итоге просто взвалила его на плечи и распахнула дверь.

Это был мой первый пикник с тех пор, как я приехала на остров. Было чуть за одиннадцать. Я решила пройти через сосновый лес за домом и подняться на вершину. Тропинок в лесу не было, ветви деревьев преграждали путь со всех сторон. Я раздвигала их руками, какие-то срезала ножом, какие-то отпиливала, медленно продвигаясь вперед. Проложив какую-никакую тропу, я достала карту и отметила пройденный участок. Лежащие в самых неожиданных местах валуны служили своеобразными ориентирами в густом сосновом лесу. «Этот камень похож на картофелину. Может, назвать его Картошкой? Нет, вот этот куда больше на картошку похож. Тогда предыдущий пусть будет Бататом». При мысли о сладком запахе печеного батата у меня потекли слюнки. Так я решила, что когда-нибудь дам каждому камню свое имя. Не спеша, спустя целый час, я наконец добралась до вершины.

Я провела на карте линию от дома до вершины, и вдруг капля пота с кончика носа — кап — упала прямо на бумагу. Деревья на южной стороне острова слегка закачались из стороны в сторону, и вскоре по всему лесу прошла мягкая волна ветра. Значит, ветер южный. Я остановилась и, будто дерево, позволила ему обнять себя. В поисках места для обеда я спустилась к южному склону, где меня встретила на удивление пустая поляна. Не исключено, что еще во времена японской оккупации, когда строили островной дом, это место тоже расчистили под постройку. Пространство оказалось довольно большим: ни деревьев, ни тени — лишь низкая трава. Я присела сбоку, собираясь достать кимпаб, и вдруг меня осенило: «А ведь это место идеально подходит для огорода!»

Из овощей на остров я привезла разве что один пучок зеленого лука. Все остальное приходилось получать от Хёнчжу. «Хм… похоже, сегодня стоит заняться тем, чтобы разбить здесь огород». Немного поколебавшись, я открыла рюкзак, достала лопату, которую взяла на крайний случай, и начала рыхлить почву.

Решив, что достаточно, я уже собиралась выпрямить спину, как вдруг заметила: лежащий на рюкзаке кимпаб все это время томился под палящим солнцем. «Да уж, кто еще, кроме меня, так сделает…» Стоит мне увидеть что-то новое, как я тут же бросаю прежнее занятие. Я отложила лопату и, прихватив кимпаб, присела в тени дерева. Пока ела, позволила мыслям свободно перетекать друг в друга.

«Ну и что. Ведь изначально я вообще не собиралась выходить из дома». «Дождь закончился неожиданно и подарил мне этот день. Как будто… да, как будто я взяла полдня выходного. Так легко на душе, как если бы я вышла из офиса, пока все еще работают». «В такие дни порядок дел может перепутаться, не обязательно, чтобы все шло по плану». «Хватит ругать себя».

От такого самоутешения настроение стало какое-то непонятное. То ли из-за того, что я запихнула в рот слишком большой кусок кимпаба, то ли из-за нахлынувших чувств в горле встал ком. Я поспешно потянулась к бутылке воды и подумала: просто сегодня день, когда все идет наперекосяк.

Я перебирала водоросли, которые принесла чуть раньше, у умывальника перед островным домиком. Прямо под причалом переплелись коричневые водоросли, ундария и ламинария — я просто срезала все разом, но, когда попыталась разобрать их, поняла, что на это уйдет немало времени. Насекомых, похожих на крошечных креветок, я смывала с миёка морской водой, чтобы днем снова бросить их в море.

Я подняла голову и посмотрела на часы: 8:40. Отложив нож и перчатки, я надела рубашку, висевшую на двери. Решив жить в одиночестве на необитаемом острове, я установила для себя несколько правил. Одно из них — утренняя прогулка каждый день. Другое — выходить на нее в аккуратной одежде.

На самом деле я так тщательно слежу за внешним видом вовсе не ради красоты. Да и кому она тут нужна — даже вон та чайка мой наряд не оценит. Скорее, это из-за страха запустить свой быт, живя в одиночестве. Я пришла к такому решению, пока думала, как не дать себе привыкнуть к беспорядку. Поэтому почти каждый день я