Экономика без диплома. Что я хотел бы знать о деньгах в восемнадцать - Ренат Фатуллин

Brothers, один из крупнейших операторов рынка таких облигаций, и паника мгновенно перекинулась на всю мировую финансовую систему. Цены на жильё в США к 2011 году в среднем упали больше чем на пятую часть от пика 2007 года, безработица выросла больше чем вдвое, с уровня ниже пяти процентов до десяти, а экономика США пережила самый глубокий спад со времён Второй мировой войны.

Ценой этого кризиса стали миллионы домов, отошедших банкам за долги, и годы восстановления для целого поколения заёмщиков, которые потеряли жильё именно в тот момент, когда цены оказались в самой нижней точке. Но и здесь есть развязка: к 2012–2013 годам рынок жилья стабилизировался, в США приняли масштабную реформу финансового регулирования, а сама идея «жильё — надёжная инвестиция» никуда не делась, просто перестала означать «жильё дорожает без всякого предела».

Показательная деталь: экстренная государственная программа спасения банков, на которую конгресс США выделил в разгар паники до 700 миллиардов долларов, в итоге обошлась налогоплательщикам почти без потерь. По расчётам на конец 2010-х, с учётом всех программ помощи крупнейшим банкам, бюджет вышел в символический плюс. Паника на пике кризиса и его итоговая цена для государства оказались двумя совершенно разными историями.

Пузыри были всегда, просто под разными именами

Первая биржа в мире появилась в Амстердаме в 1602 году вместе с Голландской Ост-Индской компанией, о чём вы уже читали в главе про историю экономики. Уже через несколько лет, в 1609 году, один из первых крупных акционеров компании, Исаак Ле Мер, организовал первую задокументированную короткую атаку на акции: договорился с партнёрами продавать бумаги, которых у них ещё не было, в расчёте выкупить их дешевле позже. Идее короткой продажи почти столько же лет, сколько самой бирже.

Похожая логика дешёвых денег видна и совсем недавно. Сверхнизкие ставки 2020–2021 годов и мощные государственные стимулы во время пандемии разогрели далеко не только рынок акций, но и криптовалюты, и венчурные вложения в технологические стартапы. Компании без прибыли и порой без внятного продукта привлекали огромные деньги на одном названии модной отрасли, а частные инвесторы массово заходили в криптовалюты, как когда-то заходили в акции доткомов.

Когда ставки резко пошли вверх, часть этого пузыря начала сдуваться, и одним из самых заметных последствий стал крах банка Silicon Valley Bank в марте 2023 года: подробно эта история уже разобрана в главе про банки и кредит, здесь важно другое. Крах не был случайностью сам по себе. Это одно из следствий той самой эпохи дешёвых денег, что закончилась несколькими годами раньше.

Как узнать пузырь на своей улице

Стадии почти всегда одни и те же, и их можно проверить на любом активе, о котором вдруг заговорили все вокруг.

Первый признак: об активе говорят люди, которые раньше вообще не интересовались инвестициями, включая соседей, парикмахеров и случайных знакомых в отпуске. Второй: доходность обещают гарантированно и без риска, а любые сомнения встречают фразой «вы просто не понимаете новую реальность». Третий: люди начинают занимать деньги специально для того, чтобы вложить их в этот актив, иногда с плечом. Четвёртый: кто-то из знакомых всерьёз обсуждает уйти с постоянной работы, чтобы заниматься только этим.

Ни один признак сам по себе не доказательство скорого краха. Рынок способен расти на явных признаках эйфории ещё долго, иногда годами, и именно поэтому короткая продажа перегретого актива, о которой уже шла речь выше, — само по себе занятие рискованное: угадать направление проще, чем угадать момент. Но чем больше признаков совпадает одновременно, тем осторожнее стоит быть с деньгами, которые вы не готовы потерять.

Что делать в кризис и чего не делать

Большинство людей теряет деньги не в сам момент кризиса. Дело в двух конкретных точках вокруг него: люди покупают на самом пике эйфории и продают на самом дне паники.

Лучшая защита — план, составленный заранее, до того как цикл развернулся, а не посреди него. Если у вас есть подушка и разумно составленный портфель (подробнее — главы про подушку и про портфель под вашу жизнь), падение конкретного актива на бумаге не заставляет вас продавать именно тогда, когда продавать больнее всего. Ребалансировка, о которой пойдёт речь позже в книге, работает как раз потому, что заставляет действовать по правилу, а не по настроению момента.

И отдельно: попытка поймать точное дно, чтобы купить максимально дёшево, статистически проигрывает простому долгосрочному плану почти всегда. Пропустить несколько самых сильных дней восстановления рынка, ожидая идеального момента для входа, обычно обходится дороже, чем купить чуть раньше дна и пережить оставшееся падение.

Никто не бьёт в колокол, когда цикл разворачивается. Признаки, которые вы прочитали чуть выше, помогают распознать пузырь куда лучше, чем предсказать точный момент его конца.

Проверьте на себе(5 минут)

Вспомните любое собственное финансовое решение за последние пару лет, которое вы приняли под влиянием чужого ажиотажа. Честно ответьте на три вопроса.

— Изучили ли вы актив сами, до того как о нём заговорили вокруг?

— Занимали ли вы деньги