Ученик. Том 1 - Сергей Витальевич Карелин

Ерофей быстро перебежал через мост и, взобравшись на скамью, хлестнул лошадей плетью.

— Столько времени потратили, — пробурчал он и, размахнувшись, снова хлестнул лошадей, которые неспешно потянули повозку. — Но-о! Пошел! Давай!

Лошади ускорились, и повозка запрыгала на ухабах.

К обеду мы наконец добрались до Ольховки. Эта деревня была больше нашей и, судя по домам, гораздо богаче: резные наличники, беленые печные трубы, большие ворота с коваными фигурными петлями.

Ерофей повел лошадей к большому деревянному двухэтажному дому с просторным двором, внутри которого располагались конюшни и амбары. К нам навстречу тут же побежал парнишка примерно моего возраста, но ниже на две головы и довольно крепкого телосложения.

— С приездом! Милости просим в наш постоялый двор «Три березы»! — радостно воскликнул он. — Меня зовут Захар. Я сын хозяина. Можете обращаться ко мне с любой просьбой. Чем смогу — помогу.

— Распряги и накорми, — велел Ерофей, кивнув на лошадей. — А если из повозки хоть гвоздь пропадет — с тебя спрошу. Уяснил?

Лекарь пробуравил парня взглядом, но тот лишь улыбнулся и повел лошадей вглубь двора.

Мы двинулись по утрамбованной и подметенной земляной дороге к дому. Вокруг сновали работники с метлами и ведрами, приводя в порядок большой двор.

Зашли в дом и очутились в небольшой забегаловке с тремя столами справа у окна и коридором слева, откуда расходились двери в комнаты. В конце коридора виднелась лестница на второй этаж. К нам навстречу вышла миловидная женщина в чепце и переднике. От нее аппетитно пахло сладкой выпечкой.

— Добро пожаловать, — улыбнулась она, вытирая руки о передник. — Хотите комнату снять?

Ерофею она явно понравилась: тут же выпрямился, пригладил волосы и растянул губы в неестественной улыбке. Я еле сдержался, чтобы не усмехнуться, так комично он выглядел.

— Здравствуй, красавица. Нет, комната нам не нужна. Мы лишь отдохнем и поедим чего-нибудь горячего.

— Вы пришли как раз вовремя, — кивнула она и указала на столы. — Присаживайтесь. Я сейчас принесу гороховый суп со свининой. Еще есть отбивное мясо, тушеные свиные почки, запеченная рыба и…

— Супа хватит, — быстро ответил лекарь, явно не желая тратить много денег на еду.

Женщина кивнула и исчезла за дверью. Мы же расположились за столом. После той ситуации у моста Ерофей старался даже не смотреть на меня. Наверняка затаил злобу. Но ничего, пусть привыкает. Я больше не намерен притворяться затюканной бесправной сиротой.

Вскоре женщина явилась с подносом, на котором стояли две глубокие тарелки с густым наваристым супом, плошка с солеными огурцами, блюдце с тонко нарезанными кусочками сала и несколько кусков серого хлеба.

Я первым принялся за еду, за что снова словил недовольный взгляд Ерофея. Суп был горячий, жирный и перченый. Сало мягкое, буквально таяло во рту, а соленые огурцы аппетитно хрустели на зубах. Все было таким вкусным, что я перестал обращать внимания на то, что происходит вокруг, и сосредоточился только на трапезе.

— Шевелись! — прикрикнул на меня Ерофей, когда я куском хлеба собирал остатки супа. — Дальше поедем. Может, до ночи успеем добраться до Красногорья.

Я кивнул и, допив рассол от огурцов, встал из-за стола. Ерофей первым вышел на улицу. Мне же захотелось поблагодарить хозяйку за вкусный обед, поэтому двинулся к двери на кухню, но тут со стороны коридора послышались быстрые шаги, и навстречу выбежала девочка лет пяти. Я улыбнулся ей и хотел пройти мимо, но тут «второе» зрение показало то, отчего мне стало не по себе.

— Доченька, не приставай к гостям, — женщина вышла из кухни, подошла к нам и обратилась ко мне. — Вы уже уезжаете?

— Да, но… Мне нужно поговорить с вами. Только не пугайтесь.

Глава 6

Женщина настороженно посмотрела на меня, ожидая продолжения. Я же присел напротив девочки и, улыбнувшись, спросил:

— Как тебя зовут?

— Мафа, — ответила она по-детски.

— Машенька, скажи, а вот этим глазиком ты видишь? — я указал на ее правый глаз.

— Не знаю, — пожала она плечами.

— Давай проверим. Закрой левый глаз и скажи, видишь меня или нет.

Девочка послушно закрыла пухлой ручкой левый глаз.

— Что вы делаете? Зачем это? — вмешалась женщина.

— Подождите, — строго сказал ей и обратился к дочери. — Ну что, Машенька, видишь меня?

Девочка отрицательно мотнула головой.

— Плохо.

— Так и я думал.

Я погладил девочку по голове, поднялся и пояснил женщине:

— Я из рода духоглядов и вижу болезни. В правом глазу вашей дочери есть болезнь. Нужно вылечить, пока она не набрала силу.

По мере того, как я говорил, тревога в глазах женщины лишь усиливалась. Она перевела взгляд на дочь, которая принялась напевать какую-то песенку, теребя конец косички.

Продолжительно выдохнув, она провела рукой по лицу и, немного успокоившись, проговорила:

— Подождите здесь. Я сейчас схожу за мужем.

Женщина взяла дочь за руку и потянула по коридору к лестнице, я же подошел к окну и увидел Ерофея, который стоял у ворот и пристально наблюдал за юношей, запрягающим наших лошадей.

— Где этот самозванец?! — издали прогремел грозный голос, а следом послышались тяжелые шаги по лестнице.

Я развернулся и увидел крупного мужчину, который размашистым шагом двигался по коридору. Сзади торопливо бежала хозяйка, по-прежнему держа дочь за руку.

— Успокойся. Я тебя прошу, — слезливо просила она.

Тут мужчина остановил грозный взгляд на мне.

— Ты, что ли, жену мою запугиваешь? — он сурово сдвинул брови и остановился напротив меня, уперев руки в бока.

— Я не запугиваю, а предупреждаю о болезни, — спокойно ответил я, выдержав его тяжелый взгляд.

— О какой такой болезни? У меня здоровые дети, и никто не смеет говорить моей жене…

— У вашей дочери больной глаз. Она сама призналась, что плохо видит. Если не вылечить, станет только хуже.

— Откуда тебе знать? Ты кто таков? — мужчина сделал шаг навстречу и поджал губы, рассматривая меня.

— Меня зовут Степан Устинов. Я духогляд…

— Духогляд? Кого обмануть хочешь?! — взорвался он. — Говорят, духогляды все вымерли! Нет их больше.

Хм, а об этом я не знал. Вот почему в деревне