Я обязательно вернусь. Книга 3.2 - Нора Ольвич
На её шейке застыл его страстный поцелуй. Умелые руки освобождали густые волосы от зажимов.
— Баронесса д' Сов прислала несколько сортов сыра, вино и парфюм для князя. Так, вроде она пишет.
Холодный душ не произвёл бы такого эффекта, как казалось, такие обыкновенные слова, сказанные как бы между строк. Он застыл, как зверь перед прыжком. А затем, присев на тахту, стал разглядывать посылку.
— «Она» неподражаема. Додумалась: «от бабушки д» Сов'.
— Мне кажется, дорогой, что это уже «Они». Отнесу Екатерине завтра вот эту, пузатую с четырёхлистным рисунком, она сразу поймёт, от кого и этот сыр. Посмотри, ликёр «Шевалье». Что значит ликёр? Попробуем?
— Конечно, душа моя.
Воркующий голос князя и его упрямые пальцы, что пытались расслабить корсет.
— Вам нужно здесь всё убрать, и расшнуровать, вы просто обязаны вдохнуть полной грудью. Я помогу. Дети, они с нянями?
Сверкнув глазками, жена подарила ему поцелуй полный нежной любви к самому дорогому человеку на свете.
* * *
Несколько месяцев мы вздрагивали от любого шума в горах, далёких пастушьих голосов, созывающих блуждающих овец в стада. От тени, что скользила по двору, когда над нами пролетали большекрылые птицы.
Когда по вечерам начинал кричать филин, Анжелик крепче прижималась ко мне в кровати бабушки д' Сов. А я шептала ей, что позову к нам спать Антонио, Армана и Элеонор, как раз всем места хватит. Мы сильнее задвигали полог. Почему в этом доме всё такое большое и высокое, его, что строили для великана?
Настороженность была во всём.
А затем вдруг сразу, в один момент, пришло понимание, насколько мы далеки от мира интриг и дворцовых страстей. Цветущие поля и горы со снежными вершинами, контраст и величие природы убрали из сознания мелочи бытия.
Высокая, примерно в два этажа, крепостная стена, каменная и очень надёжная. По её поверхности можно было идти двум гвардейцам, и ещё место оставалось. Мужчины из команды, они периодически сменялись, за всем следил капитан Луи. Кто-то из них ухаживал за каравеллой, снимая со дна наросты — моллюск, привозя их нам к столу, кто-то следил за порядком на плато. Были установлены пушки, частично снятые с каравеллы, их установили на крепостной стене. Мы ощущали себя в полной безопасности.
Одноэтажное здание с очень высокими потолками, словно выросшее из высокой скальной породы в форме буквы П и два боковых флигеля, упирающиеся стенами в скалу, возвышавшуюся над всем строением.
Женщины из деревни, они работали и жили в поместье. Всё постепенно наладилось, и многое из произошедшего с нами в Венеции и на борту галеона воспринималось совершенно по-другому.
В свободное время, а его было много, я рисовала, просто зарисовки сюжетов с карнавала. Грифелем и небольшим набором масляных красок, что завалялись у Элеонор. Лица и улыбки случайных прохожих. Маски и шикарные наряды из последней коллекции маркизы.
Кое-где мелькали наши взгляды и фигурки. В вихре танца замершая Анна и Анжелик со своими партнёрами. Антонио, нежно поддерживающий Элеонор. Посмотрела на себя со стороны в момент полёта со ступеней лестницы дворца дожа. Незнакомец, держащий в руках мою маску, и мессир Вейлр, готовый поймать и удержать. В какой-то момент стала понимать, что складывается своего рода фотоальбом. Проработав ещё раз иллюстрации и дополнив их эскизами шикарных полей с лавандой, что зацвела как раз в разгар лета, решила всё это сшить, сделать хороший переплёт, и в виде фото книги отправить отцу с Жанной.
Первая посылочка уехала в Париж со старшей дочерью приказчика и её мужем, что везли на ярмарку большую коллекцию перламутра; это было ещё весной, пора было давать ещё одну весточку.
В первые дни нашего пребывания в имении близнецы нашли разветвлённую сеть ходов в скальной глыбе, примыкающей к зданию. Начертив карту и продумав массу вариантов, мы нашли место, где удобно было разместить слитки тамплиеров и отдельно золотой запас нашего рода. Оставив себе всё самое необходимое, отдельно я укрыла охранный перстень, грамоту и большую коллекцию ювелирных украшений. На мне всегда оставался браслет с образом Давида д’Арагонна и небольшой кулон в таком же дизайне, невидимый под одеждами.
В последний момент, найдя в скале небольшое углубление и проникнув в него, оказалась в пещере естественного происхождения с захоронением посередине.
Эту тайну я скрыла от всех. Получается, что всё имение построено с целью скрыть факт этого захоронения?
Не хотелось касаться этой тайны. Пусть всё идёт своим чередом.
Именно в этой пещере я сделала тайник для грамоты и двух перстней: охранного и того, что когда-то нашёл мой отец на берегу моря, после того, как сгорел погребальный костёр герцога дель Альбуркера.
Посоветовала шевалье Арману сделать тоже и со своим неприкосновенным запасом. Они с Анжелик долго искали на карте своё потаённое место и нашли-таки заветную пещеру. Попросила их отнестись к этому месту с должным почтением.
Граф Антонио обещал разузнать тайну поместья.
— Не спешите, знания слишком ко многому обязывают.
Перетаскивая всё это добро, много раз, укладывая его в оборудованные тайники и ящики, мы уже безошибочно хорошо ориентировались в лабиринте, уходящем далеко в гору.
Проведя эти работы, мы словно груз сложили с плеч, решив больше не трогать запасы в дальний путь. Удивительно, но стали довольствоваться неяркими и нероскошными одеждами, более сдержанно носили украшения.
Небольшой женский монастырь, по соседству, приютившийся между гор, послушницы которого занимались сбором лаванды и приготовлением всяких снадобий, подвигнул нас на длительные прогулки и помощь в сборе этого уникального растения.
Горные тропки в обрамлении неземной красоты, аромат и вкус свежеиспечённого монастырского хлеба, вкуснейшее натуральное молоко от рыжих коров.
Вы разве не знали, что именно от рыжих коровок с белыми пятнами, оно вкуснее? Не сомневайтесь даже. Это истина.
Запах полевых трав… и бескрайние поля лаванды! Словно голубовато-фиолетовый туман заполонил всю Вселенную, одно слово — Прованс.
— Я совершенно по-деревенски приняла загар в этом сезоне, — шептала благородная Анна.
— Матушка, вы прекрасно выглядите, давайте разработаем новую коллекцию нарядов Прованс.
Мы не заметили, как пролетело лето, ожидали наступления нежного сентября.
К вечеру, возвращаясь с прогулки, которая началась с самого утра, мы стайкой сбегали с возвышенности, уже была видна наша крепостная стена, солнце готовилось встретиться с горизонтом, мягкий свет стелился над Альпами. Лёгкий ветерок перебирал волосы, что отрастали до пояса и ложились в тугие локоны.
— Кто это?
Анжелик напряжённо