Королевская кровь - Риз Боуэн

— А посудина эта не переломится, мисс? — спросила она.

— К госпоже полагается обращаться «миледи», — в ужасе поправила ее леди Миддлсекс. — И где только вы нашли такую неотесанную горничную! — сказала она мне и вновь обратилась к Принци: — Возьмите себя в руки, девушка, не то вас отошлют домой ближайшим пароходом.

Тоже мне, нашла чем напугать. Думаю, именно об этом Принци сейчас и мечтала.

— Принци еще только учится, — поспешно вступилась я. — Уверена, со временем она станет отличной горничной.

Леди Миддлсекс в ответ только фыркнула.

Мы вошли в порт Кале, затем быстро и без задержек миновали все барьеры таможенной службы — благодаря леди Миддлсекс и королевским бумагам, которые позволяли нам без очереди проходить паспортный и таможенный контроль. Должна признать, что леди Миддлсекс держалась великолепно: она внушала страх, но и восхищение тем, как подгоняла и шпыняла французских носильщиков в порту и на вокзале, пока, в конце концов, мы благополучно не уселись в наши купе восточного экспресса «Арлберг».

— Ступайте. — Леди Миддлсекс отослала Шанталь небрежным взмахом руки, точно верная горничная была докучливой мухой. — И заберите с собой горничную леди Джорджианы.

Я с облегчением убедилась, что купе у меня отдельное и не придется ехать бок о бок с леди Миддлсекс. Устроившись в купе, я уже хотела выйти в коридор, как вдруг до меня долетели слова, которые я никак не ожидала услышать от устрашающей дамы.

— Вот и вы наконец, мой розан.

Мне было никак не представить, кого бы это леди Миддлсекс могла так назвать, и я уже знала, что ее супруг сейчас в Багдаде, поэтому, снедаемая любопытством, я выглянула из купе. По коридору навстречу леди Миддлсекс, прижимая к себе битком набитый потертый чемодан, торопилась старомодная дама средних лет в домодельном вязаном берете и таком же шарфе поверх бесформенного пальто. Дама запыхалась и взмокла.

— Ох, леди Миддлсекс, как я добиралась — это сплошной ужас! Напротив меня на корабле сидели два подозрительных типа, клянусь, настоящие преступники с виду, оба такие смуглые и все жужжали между собой. Хорошо еще, мы не ночью плыли, не то они зарезали бы меня прямо в каюте.

— Очень сомневаюсь, мой розан, — ответила леди Миддлсекс. — Ничего ценного у вас с собой нет, грабить вас без толку, ну а ваше тело их тем более вряд ли заинтересовало бы.

— Ой, скажете тоже, леди Миддлсекс! — вспыхнув, воскликнула старомодная дама.

— Главное, что вы уже добрались, сели в поезд, и все хорошо, — сказала леди Миддлсекс. — О, леди Джорджиана, позвольте мне представить вам мою спутницу, мисс Розан.

— Большая честь для меня, леди Джорджиана. — Дама, все еще прижимая к себе чемодан, изобразила неуклюжий реверанс. — Уверена, в дороге мы превесело поболтаем, путь-то по Европе долгий. Будем надеяться, что обойдется без снежных бурь и что ни одна из этих кошмарных балканских стран не затеет войну с соседями, пока мы их проезжаем.

— Розан у нас закоренелая пессимистка. Всегда ждет худшего, — заявила леди Миддлсекс. — Ну-ка, приободритесь, Розан. Возьмите себя в руки. Выше нос и все такое. Ваше купе вон там. И зачем вы сами волокли этот чемоданище и не наняли носильщика? Решительно отказываюсь понимать!

— Ох, леди Миддлсекс, вы же знаете, я вечно путаюсь в этих иностранных деньгах. Ужас как боюсь дать прислуге фунт, когда полагается дать шиллинг. И потом, они все такие страшные со своими черными усами — вдруг они утащат мой багаж и не вернут?

— Я вам уж говорила, багаж ваш ни одной живой душе не нужен, — ответила леди Миддлсекс. — А теперь, ради всего святого, идите и устраивайтесь в своем купе, а потом найдем вагон-ресторан и проверим, сумеют ли они тут заварить пристойный чай. — Едва договорив, она разинула рот от изумления: — А это еще что такое?

К нам по коридору мчалась Принци, расталкивая пассажиров и ничего не видя вокруг. Она вцепилась мне в рукав, словно утопающая.

— Ой, миледи, — пропыхтела Принци, — сделайте божеское одолжение, пустите меня к себе, можно я с вами поеду? Я там ехать никак не могу. Кругом одни иностранцы. И говорят непонятно, и ведут себя чудно. Боязно мне, миледи.

— Все будет хорошо, Принци, — попыталась успокоить ее я. — С вами Шанталь, она опытная путешественница, не раз ездила такими поездами и говорит на иностранных языках. Если что понадобится — спросите у нее.

— Это которая вся в черном и прямая как жердь? — встрепенулась Принци. — Да она на меня так глядит, что кровь стынет в жилах. И говорит тоже по-иностранному. Я когда поехала, разве ж знала, что все будет такое… чужое?

Леди Миддлсекс повернулась к перепуганной девушке.

— Ну-ка прекратите причитать! Устроили сцену, поставили госпожу в неловкое положение. Первым классом вы не поедете, это исключено. С Шанталь вы в полной безопасности. Она со мной весь мир объездила. А теперь марш к себе в вагон и сидите там, пока Шанталь не скажет вам выходить. Все понятно?

Принци что-то неразборчиво пискнула, но кивнула и заторопилась обратно.

— С этими девицами нужна строгость и только строгость, — объявила леди Миддлсекс. — Они бесхребетные, вот в чем беда. Настоящий позор для Англии. А теперь идем в вагон-ресторан и посмотрим, сумеют ли эти французишки приготовить чай.

И она размашисто зашагала по коридору.

Восточный экспресс, Европа

Вторник и среда, 15 и 16 ноября

Благодарение небу, что леди Миддлсекс едет в Багдад. Я не выдержу ее общество еще один день. Напоминает мне командиршу в том отряде для девочек, где я не прошла проверку для новичков, — страшно вспомнить.

Вскоре мы уже сидели в вагоне-ресторане и пили то, что здесь подавали в качестве чая — светло-коричневую жижу цвета сточной канавы. В ней болтался ломтик лимона.

— У них нет ни малейшего представления о приличном чае, — заключила леди Миддлсекс. — Не понимаю, как французы обходятся без чая. Неудивительно, что у них всегда такие бледные нездоровые лица. Я пыталась научить их правильно заваривать чай, но они не в состоянии это усвоить. Что ж, если путешествуешь за границей, приходится терпеть лишения. Ничего, Розан, не кукситесь, доберемся до посольства в Багдаде — будет вам настоящий чай.

— А куда именно вы едете, леди Джорджиана? — полюбопытствовала мисс Розан, протягивая руку уже за пятым печеньем.

— Леди Джорджиана будет представительницей ее величества на королевской свадьбе в Румынии, — ответила леди Миддлсекс вместо меня.

— В Румынии? Вот ужас-то, Румыния такая далекая дикая страна. И опасная!