Тихий дом в Кедровом тупике - Анна-Лу Уэзерли
Кроме того, Лори тоже сделала себе имя в области дизайна. Ею интересовались различные высокопоставленные клиенты, в том числе знаменитости и политики, и сейчас она вместе со своими боссами работает над концепцией совершенно нового роскошного пятизвездочного отеля на озере Комо в Италии. Ее карьера развивается вместе с карьерой ее харизматичного мужа, и она знает, что у них есть удвоенный потенциал стать чем-то вроде звездной пары. Однако больше всего ей хочется иметь ребенка, дать своему мужу то, что он, как она знает, так жаждет в глубине души: семью.
– Давай как можно больше практиковаться, – сказал он, грубо входя в нее. Она со сладостным стоном выгнулась ему навстречу, принимая его в себя.
На прилавке рядом с Лори звякнул его телефон, и она, несмотря на возбуждение, бросила взгляд на экран.
«Ты где? Я скучаю. Х»
Роберт проследил за ее взглядом.
– Одна психованная клиентка в климаксе, – сказал он, сбрасывая сообщение. Он чуть замедлил темп, но не остановился, а стал вонзаться в нее глубже, глядя ей прямо в глаза. – Наверное, я ей понравился.
– Ах, разве? – улыбнулась Лори, изогнув брови. – Только ей, а не всем?
– Лори, у тебя нет соперниц. Ты ни с кем не сравнишься. Как бы то ни было, ей под шестьдесят, а может, за шестьдесят, и она размером с небольшую планету.
– А если бы она была помоложе и поменьше?
– Ну, тогда бы я ее оттрахал.
Она игриво шлепнула его по голой попе, хотя сомнения все еще донимали ее. Нет. Она полностью ему доверяет…
– Негодяй!
Он снова задвигался быстрее, глубоко входя в нее, и ее стоны стали громче.
– Твой негодяй, – сказал он, когда она забилась в его руках. – Только твой, Лори. И всегда буду твоим.
Глава 10
– А, Райли. – Когда я вхожу в кабинет, старший суперинтендант Вудс выглядит довольным. – Похоже, в деле Миллса все совершенно очевидно. Лори Миллс попросила адвоката, и мы ждем, когда приедет Майклс или кто-то другой, кто на дежурстве. Осталось недолго. А после мы за несколько часов закроем дело.
Я смотрю на него, хлопая глазами. Кажется, Вудс не заинтересован в том, чтобы обсуждать дело, будто он мысленно уже убрал его в архив.
– Я бы сказал, что она нуждается в психиатрическом освидетельствовании, прежде чем мы решим, арестовывать ее или нет.
– Дилейни считает, что она вполне адекватна, – отвечает он, шаря по неубранному письменному столу в поисках чего-то. – А, вот он. – Он с торжествующим видом вытаскивает степлер из-под стопки папок и, как я успеваю заметить, экземпляра «Таймса для рыбаков».
– Вы имеете в виду доктора Дилейни? – с невинным видом спрашиваю я.
Он бросает на меня сердитый взгляд и продолжает:
– Сейчас у нее снимают отпечатки и делают ее фото, потом с ней поработают криминалисты. После этого ее осмотрит врач и даст заключение. Раны на ее запястьях поверхностные. Райли, мы, как всегда, все сделаем по правилам. Как только врач даст добро, вы сможете зачитать ей ее права.
– На каком конкретно основании мы должны арестовать ее?
Тут Вудс поднимает голову и с негодованием смотрит на меня. Я знал, что это привлечет его внимание.
– На том основании, Райли, что она жестоко убила своего чертового мужа! А потом предприняла неудачную попытку покончить с собой.
– Мы этого не знаем, сэр, – говорю я, расправляя плечи, стоя почти навытяжку. – Мы не знаем этого наверняка.
– Ну, все выглядит именно так, разве вы не согласны?
Я собираюсь ответить, но он обрывает меня.
– Она вся была в крови своего мужа. Она была единственным человеком, оказавшимся на месте преступления. Нет никаких признаков взлома или проникновения. Орудием убийства был кухонный нож, которым она за несколько часов до его смерти резала лук. Естественно, ей удобно говорить, что она ни черта не помнит, но у нее был мотив – все в один голос твердят, что она месяцами рассказывала соседям, как хочет его смерти. В конце концов она предприняла попытку покончить с собой. Этого достаточно? – Он не утруждает себя тем, чтобы скрыть раздражение. – О, а еще тот факт, что она, как выясняется, написала мужу прощальное письмо на зеркале, обозвав его тем, кем она его считала. Кровью этого несчастного мерзавца.
– Мы не знаем, что это она написала то сообщение на зеркале. Криминалисты пока не пришли к окончательному выводу – ни отпечатков, ни результатов анализов. На данный момент у нас есть только косвенные улики.
– Райли, вы это специально? – говорит он, вставая. Похоже, он просидел за столом довольно долго – его брюки измяты, а вот одежда на верхней части тела безупречна.
– Что специально, сэр?
Он сжимает степлер.
– Строите из себя тупого?
– Тупого? Нет, сэр, – спокойно говорю я, зная, что тем самым только сильнее раздражаю его. – Я просто утверждаю, что у нас нет доказательств – конкретных улик – пока.
– Вы не хуже меня знаете, что нам не нужны конкретные улики, чтобы арестовать ее, чтобы задержать ее.
– Я это отлично знаю, сэр. Но я сомневаюсь, что это дело на пять минут, как, вероятно, Дилейни счи…
– А, так вот что вас беспокоит, да? – перебивает меня Вудс. – Дилейни. Да что вы оба не поделили? – бормочет он тоном измученного родителя.
На этот вопрос я не намерен отвечать, однако его слова наводят меня на мысль, что Дилейни что-то про меня наговорил.
– А беспокоит меня, сэр, то, что… – Я делаю паузу. – Беспокоит меня то, что мы, возможно, торопимся с выводами, стараясь побыстрее закрыть дело.
Вудс тяжело вздыхает.
– И что, Райли, заставляет вас так считать? Это самое обычное дело, а вы тут… – Он снова вздыхает и чешет залысины, выбрасывая в воздух новые частички своей кожи.
Я вынужден согласиться с Вудсом в том, что все именно так и выглядит, однако что-то не дает мне покоя. Что-то, но я пока не знаю, что именно.
– Интуиция, сэр, – говорю я после короткой паузы.
Вудс, хлопая глазами, таращится на меня, но выражение на его лице меняется. Он выглядит менее сердитым и более… встревоженным. Какое-то время он молчит.
– Разве она когда-нибудь ошибалась, сэр? – спрашиваю я, по моему предположению, довольно высокомерно, но я ничего не могу с собой сделать. Ну я действительно все это чувствую нутром. – Вы видели подозреваемую? Вы видели Лори Миллс? – спрашиваю я, отлично зная, что нет, так как у него в этом не было надобности. Большинство видит только верхнюю часть Вудса, ту, что поднимается над рабочим столом. В последнее время он ведет в основном сидячий образ жизни. Некоторые из ребят шутят, что под столом он может быть одет в чулки и подвязки и никто об этом не догадается. Сегодня я