Familia. Две женщины, две правды, одна тайна - Лорен Э. Рико

Это случится не в первый раз.

И, как это ни печально, не в последний.

В этом я уверена на все сто.

Наши дни

Благодаря моим родителям я смогла повидать немалую часть света, включая большинство из пятидесяти штатов, составляющих США, а также многие страны Европы. Я видела и серо-синие волны Атлантического океана, и слегка окрашенные розовым валы Тихого. Но ничто из этого не смогло подготовить меня к виду Карибского моря, когда самолет начал снижаться у Сан-Хуана. Здесь нужно сказать, что город Сан-Хуан очень хитро расположен: частично на острове Пуэрто-Рико, частично на одноименном острове, и, хотя его берега омывают волны Атлантики, при подлете с северо-запада роскошное Карибское море как на ладони.

Словно завороженная, я наклоняюсь влево, к иллюминатору. Надеюсь, что пассажиры, сидящие в креслах справа от меня, не очень-то хотят посмотреть, что там внизу, иначе им придется отодвинуть меня. Но я ни за что не уступлю!

О боже, какие цвета! От небесно-голубого до темно-голубого, от темно-голубого до неправдоподобно лазурного, от лазурного до сине-зеленого… Такие оттенки даже на полотнах самых лучших импрессионистов не найдешь. И все это в кайме белых песчаных пляжей!

Прижав ладони к обшивке справа и слева от маленького овального иллюминатора, я намертво прирастаю лбом к прозрачной поверхности.

– Вы летите сюда впервые?

– Э-э-э, что? – Я так зачарована, что не сразу обращаю внимание на пассажира, сидящего в соседнем кресле.

– Вы впервые летите в Пуэрто-Рико? – спрашивает он опять, и, повернувшись, я вижу, что это пожилой господин, которому, наверное, не повезло, поскольку ему пришлось ютиться между мной и на редкость широкоплечим молодым человеком, сидящим рядом с проходом.

– Да, впервые, – признаюсь я. – Я не думала… я хочу сказать, что и не подозревала, как здесь красиво. Во всяком случае, если смотреть на все это с высоты.

Он улыбается.

– О, внизу еще лучше. – Сосед кивком показывает на иллюминатор. – И дело не только в пляжах. Там есть и горы, и долины, и влажный тропический лес, и сухой тропический лес, и, представьте, пещеры…

– В самом деле? – Мне следовало бы это знать. То есть моя работа подразумевает, что я должна это знать. Но я так и не смогла заставить себя изучить информацию о Пуэрто-Рико, если она не касалась того немногого, что мне удалось узнать о деле пропавшей маленькой девочки по имени Мариана.

Когда мой сосед улыбается моему удивлению, я вижу на его лице выражение гордости. Судя по акценту, он местный житель.

– Остров Пуэрто-Рико имеет всего-то около девяноста миль в длину и около тридцати в ширину, – говорит он, разведя руки, чтобы отобразить размеры острова прямо здесь, в четырнадцатом ряду кресел нашего самолета. – А остров Сан-Хуан и того меньше. Сделайте себе одолжение – возьмите напрокат машину, чтобы поездить и осмотреться. Если будете держаться магистральных дорог, вам хватит пяти часов на ознакомление. Добраться до внутренних районов Пуэрто-Рико будет немного труднее из-за гор, но и они стоят того, чтобы на них посмотреть. И вы, конечно, знаете, что в шестнадцатом веке наш город назывался Сан-Хуан-Баутиста-де-Пуэрто-Рико, в честь Иоанна Крестителя, а потом название сократили…

– Да, конечно! – говорю я, хотя не знаю этого, у меня нет ни малейших намерений задерживаться в Пуэрто-Рико дольше чем на пару дней, – надеюсь, этого мне хватит для того, чтобы покончить с путаницей. Но с другой стороны… Вряд ли я когда-нибудь прилечу сюда опять – так что, возможно, мне стоит осмотреть хотя бы небольшую часть здешних красот. Похоже, влажный тропический лес – это что-то интересное.

– Вы летите в Пуэрто-Рико по делам? – спрашивает мой спутник.

– В общем-то, да, – отвечаю я. – Я… я журналистка, – объявляю я, впервые в жизни озвучивая это вслух. Затем добавляю уже более уверенно: – Я пишу для журналов и ищу материал для очерка.

– Как интересно, – отзывается он, и в его глазах вспыхивает любопытство. – Вы собираетесь написать очерк о достопримечательностях Пуэрто-Рико?

– О… нет, не совсем… Вообще-то это касается совершенного там преступления…

Не знаю, что заставило меня сообщить ему это. Слова вылетели сами собой, еще до того, как я успеваю подумать о том, разумно ли вообще говорить о своей цели. Да ладно, не беда, через считаные минуты мы все равно приземлимся и больше не увидимся.

– В самом деле?

В его голосе слышится такой трепет, что мне становится ясно: только что я совершила огромную ошибку. Вот черт.

– Да… но это очень старое дело… висяк…

– А о чем же идет речь?

Сосед всем телом поворачивается в своем кресле, точно так же, как я, когда прильнула к иллюминатору, и его поза полна не меньшего любопытства.

– О, я уверена, вы никогда не слышали об этой истории. Обыкновенное рядовое похищение. Исчезновение маленькой девочки, имевшее место примерно двадцать пять лет назад…

Он шумно втягивает в себя воздух.

– Эту девочку звали Мариана? Вы говорите о Мариане Руис, да?

Я отстраняюсь, когда он перегибается через подлокотник и подается ко мне так близко, что, кажется, вот-вот окажется у меня на коленях. Ну и дела.

– Извините, вы сказали, что расследуете дело Марианы Руис?

Этот вопрос задал молодой человек, сидящий у прохода. Он в свою очередь подается ко мне, перегнувшись через пожилого соседа.

Вот черт. Черт, черт, черт. Теперь уже не удастся загнать джинна обратно в бутылку.

– Ну, я бы не сказала, что расследую его в полном смысле этого слова… – говорю я, тщась преуменьшить степень моего интереса.

– Моя мать все никак не может перестать говорить об этом деле, – сообщает молодой человек. – Я еще даже не родился, когда это произошло, но потом, когда мы с ней бывали в старой части Сан-Хуана, она никогда не выпускала меня из виду. Все боялась, как бы меня не украли и тайно не увезли на одном из этих круизных лайнеров…

– Так… так здесь считают? – спрашиваю я, чувствуя, как моя паника понемногу сворачивается. Очевидно, что у местных жителей куда больше информации об этом деле, чем то, что смогла нарыть я сама, когда дома шерстила Интернет.

Он кивает:

– Да, у нас полагают, что она, возможно, была продана на черном рынке… я имею в виду, на котором торгуют маленькими детьми…

– Нет, нет, – не соглашается пожилой мужчина, сидящий между нами. – Нет, речь там шла о выкупе. Я слыхал, что похитители потребовали за нее десять тысяч долларов, а у ее отца не было этой суммы…

– А я слышала, что ее отец случайно убил ее, а потом заявил