Рябь во времени - Джули МакЭлвен

Глава 8

Дом Шея находился в четырёх милях к югу от Нидлхема. На вершине холма, среди густого леса и открытых полей, раскинулось трёхэтажное каменное здание со множеством пристроек. Возможно, когда-то монастырь дарил ощущение покоя и располагал к учёным занятиям. Возможно, во времена, когда здесь жила знатная семья, дом блистал великолепием. Но теперь, превратившись в лечебницу для душевнобольных, он казался Кендре зловещим. Многочисленные окна, прорезанные в каменных стенах, отражали холодное серое небо.

Впрочем, недобрые предчувствия могли быть плодом её воображения. А вот запустение поместья было вполне реальным. Крыша местами просела, несколько дымовых труб заметно покосились, а каменная башня у северного крыла осыпалась.

— Я ожидал увидеть совсем другое, — пробормотал Алек, выглядывая из окна кареты.

Два каменных столба и сторожка у въезда тоже пришли в упадок. Когда экипаж свернул на длинную дорожку, посыпанную мелким гравием, Кендра окинула взглядом неухоженные земли.

Герцог нахмурился. — Из слов мистера Эндерса я понял, что предприятие доктора Шея процветает.

Кучер Бенджамин провёл карету мимо широких ступеней парадного входа и объехал лечебницу к конюшням. Как и бывший монастырь, конюшни явно видели лучшие времена. Двери стояли распахнутыми, открывая несколько стойл. В двух находились лошади, отмахивавшиеся хвостами от роя мух.

Экипаж остановился. Бенджамин спрыгнул с козел, и тут из-за конюшни вышел коренастый невысокий мужчина лет сорока. Он крепко держал кожаные поводки, на которых вёл двух громадных ротвейлеров. Собаки бежали чуть впереди. На мужчине были потрёпанный твидовый сюртук, грязная грубая рубаха и шерстяные бриджи, заправленные в потёртые, заляпанные грязью сапоги. Вместо шейного платка он повязал тёмный льняной лоскут. Из-под грубой шерстяной кепки выглядывало широкое лицо с туповатыми, словно приплюснутыми чертами. Подбородок покрывала серая щетина; седина виднелась и в засаленных волосах, спускавшихся до воротника сюртука.

— Мне никто не говорил, что гости будут, — проворчал он, приближаясь к карете вместе с собаками.

Когда оба ротвейлера глухо зарычали, Бенджамин нервно облизнул губы. — Эй, ты своих зверюг покрепче держи!

— Не беспокойтесь за моих ребят. А вы кто такие? — потребовал незнакомец, рассматривая герб на герцогской карете.

Кендра распахнула дверцу и спрыгнула на землю, не дав никому ни помочь ей, ни остановить — хотя Алек, судя по всему, хотел именно этого. Вместо этого он выругался себе под нос и выпрыгнул следом. Оба напряглись, когда собаки одновременно повернули к ним головы и смерили одинаково злобными взглядами. Кендра понимала, отчего нервничает Бенджамин. Под таким собачьим надзором у неё вспотели ладони: достаточно трёх секунд — и обе твари уже накинутся на них.

Она заставила себя смотреть на хозяина, а не на ротвейлеров. — Мы приехали повидать пациентку. Леди Эвелин, сестру графа Креймора. Она моя подруга, — солгала Кендра. — Мне сказали, что она здесь.

Мужчина прищурился. — Граф Креймор, говорите? Ага, он вчера приезжал её навещать. Только доктор Шей про гостей ничего не сказывал. Доктор не любит, когда их навещают. Говорит, дамы от этого волнуются.

Герцог вышел из кареты. — Уверен, доктор Шей нас примет.

— Перед тобой сам герцог Элдриджский, — гордо выпятил подбородок Бенджамин.

— Да неужто? — Мужчина помедлил, затем неторопливо снял кепку. — Ну, доктор-то наверняка пожелал бы с вашей светлостью встретиться, только его сегодня нет. Сидеть, Фредди, Адольфус! — рявкнул он. Собаки мгновенно повиновались и уселись на землю. Рычание прекратилось, однако они не сводили глаз с Кендры, Алека и герцога.

Герцог удивлённо вскинул брови. — Вы назвали своих псов в честь королевских принцев?

Мужчина осклабился, обнажив неровные гнилые зубы. — Ага. Тогда показалось, что в самый раз.

— А вас как зовут? — спросил Алек.

— Роуэн Букер.

— Какую должность вы здесь занимаете, мистер Букер?

— Да за всех работаю, с тех пор как доктор Шей почти всю прислугу распустил. Я и старший конюх, и садовник. Ещё деревенский парнишка помогает, да только паршивец сегодня пока и носа не показал.

— Почему доктор Шей уволил почти всех служащих? — спросила Кендра.

Лицо Букера дёрнулось, затем приобрело кислое выражение. — А вот этого я точно не знаю. Не моего ума дело, верно?

Кендра ему не поверила, но настаивать не стала. — А где сейчас доктор Шей?

— С утра пораньше в Лондон уехал.

— Я всё равно хотела бы увидеть леди Эвелин, — сказала Кендра. — Досадно было бы проделать такой путь и не встретиться с ней.

Букер пожал плечами. — Не мне решать. Вы лучше обойдите дом, постучите в парадную дверь. Мистер Макбрайд вам поможет. Или этот, другой. Макбрайд за дамами присматривает, только доктор он ненастоящий. Не то что доктор Шей. Впрочем, вроде как фельдшер. А раньше аптекарем был.

Кендру заинтересовала интонация, с какой он произнёс «этот, другой», но она вернулась к своему вопросу. — Вы сказали, что лорд Креймор вчера навещал сестру. Не знаете, когда он приехал?

— Часов в шесть, думаю. Я ж специально на часы не глядел. Небось чай пил с её светлостью.

— А когда уехал?

Букер дёрнул плечами, нахмурившись. — Должно быть, после восьми. Я ведь в восемь отвожу горничных и кухарку назад в деревню. Ночевать они здесь не хотят. — Он презрительно скривил губы. — Ума не приложу, чего они боятся.

— Когда вы вернулись, графа уже не было? — настойчиво спросила Кендра.

Мужчина сощурился. — Не было. Да только я сам вернулся после одиннадцати. И не думал, что он до той поры засидится. К чему все эти расспросы? — Его взгляд переметнулся на Алека и герцога.

— Куда вы отправились после того, как отвезли женщин в деревню? — спросила Кендра.

— А вам какое дело? — Он снова посмотрел на неё. — Вы, что ли, из прыгунов?

Кендра не поняла, что он имеет в виду, но Алек улыбнулся. — Мы не методисты и от выпивки не отказываемся. Я правильно понимаю, вчера вечером вы заглянули в «Красного голубя»?

Букер плотно сжал губы, но в конце концов кивнул. — Ага.

— Когда ждать возвращения доктора Шея? — спросил Алек.

Мужчина нахмурился. — Откуда мне знать? Не моё дело спрашивать. Мне работать пора.

Они обогнули собак по широкой дуге и пошли по гравийной дорожке, вившейся между кустами, давно нуждавшимися в стрижке. Садовник из мистера Букера, решила Кендра, был никудышный.

Алек постучал большим латунным дверным молотком в виде традиционной львиной головы по массивной двустворчатой двери, выкрашенной в тёмно-зелёный цвет. После нескольких минут настойчивого стука дверь наконец приоткрылась. Из-за неё выглянула молодая служанка в тёмно-синем платье, накрахмаленном белом переднике и чепце. Вид