Тени Грейфолла 3 - Алекс Кош

— Не надо, — поспешно сказал Джоэл. — С твоей репутацией там лучше не появляться. Архивом заправляет семья де Чансов, с их наследником ты когда-то утроил дуэль и отрезал ему мизинец.

— Любой лекарь может приживить отрезанный палец, не вижу в этом большой проблемы, — заметила Аделаида.

— Это если бы палец остался цел, — вмешался Себастиан. — Но я уничтожил его в пыль.

— А, вот оно как…

Аделаида подошла к Ирен и шепотом спросила:

— Доктор, раз уж мы теперь работаем вместе, объясните мне одну вещь. Тетя Себастиана сегодня назвала его репутацию не слишком хорошей, теперь то же самое говорит Джоэл. Я знаю его три года и ничего плохого о нем сказать не могу, кроме того, что он невыносимый зануда когда дело касается работы. О какой репутации речь?

Ирен покосилась на Себастиана, но тот демонстративно сделал вид, будто ничего не слышал.

— Спросите у Джоэла, — произнесла доктор. — Он учился с де Грейвом в одной школе.

— А что Джоэл? — дознаватель откинулся на стуле, и мстительно покосился на Себастиана. — Леди фон Раух, вы имеете дело с человеком, которого в этом городе ненавидели почти так же, как тварей из Пустошей. Постоянные дуэли и конфликты со всеми аристократами в городе, порча имущества, пьянки, унижение окружающих, глупые шутки, которые часто заканчивались кровью и травмами.

— Ты преувеличиваешь, — попытался поспорить Себастиан.

— И это я еще не упоминаю о конфликте с принцессой темных эльфов…

— И не надо упоминать.

Разумеется, о том, что произошло между ним и Ларинэ урд Валор на самом деле, знали только они двое. Ни Таллос, ни тем более сам Себастиан, никаких заявлений на этот счет не делали, хотя Эдмунд де Грейв откуда-то знал о случившемся больше остальных. Но это особый случай. По официальной же версии Себастиан просто оскорбил принцессу, на него напала охрана, затем вмешался Генрих де Грейв и случился бой с магистром из Таллоса, закончившийся гибелью последнего. Чуть позже от полученных ран скончался и отец.

— Но и без этого хватает неприятных историй. Например, о том, как он сжег особняк торговца, который…

Ада слушала, и лицо ее менялось на глазах. Не веселело, как ожидал Себастиан, а наоборот, делалось задумчивым, будто она поняла что-то, чего не понимала раньше.

— Он никогда мне этого не рассказывал, — произнесла она наконец, ни к кому не обращаясь. — Три года. Я знала только, что его родители погибли по его вине, из-за какого-то конфликта с темными эльфами. Одна фраза, у костра, и больше ни слова. Честно говоря, я думала, он был совершенно обычным парнем, который однажды ошибся.

— Обычным? — повторил Джоэл с чувством. — Леди, он был чумой этого города!

— Чумой, — завороженно пробормотала Ада, и по губам ее скользнула улыбка. — Забавно звучит. — Она встряхнулась, будто избавляясь от ненужных мыслей, и голос ее снова стал прежним. — Так какие у нас дальнейшие планы?

— Вы все отправитесь спать, а я останусь в лаборатории и займусь изготовлением ампул для поиска, — ответил Себастиан. — Завтра будет тяжелый день, всем лучше как следует отдохнуть.

— Ты так говоришь, будто тебе спать не надо, — прокомментировал Джоэл.

Аделаида с Себастианом быстро переглянулись. Она-то знала, что её наставник действительно никогда не спит — побочный эффект от того, что из него силой вырвали магический дар. Но девушка ничего не сказала, зная, что это не её тайна.

— Отдохну в перерывах, — отмахнулся Себастиан.

Разошлись они быстро. Джоэл ушел, пообещав подготовить список и вернуться в лабораторию к обеду. Ирен собрала книги Генриха де Грейва в холщовый сверток, прижала их к груди, как прижимают младенца, и на прощание бросила на Себастиана взгляд, в котором читалось нежелание оставлять его одного среди своих колб.

— Все будет в порядке, — заверил её Сабастиан. — Я буду аккуратен.

— Полагаюсь на вас, — кивнула Ирен, уже на пороге. — Можете использовать любые реагенты с моего склада, главное, приведите рабочее место в порядок, как закончите.

Аделаида осталась дольше всех.

— А забавные у тебя друзья, — проговорила она, когда дверь за доктором Хольт закрылась.

— Они не друзья. Скорее вынужденные коллеги.

— И семья — не семья, и друзья — не друзья, — с легкой грустью произнесла девушка. — Звучит печально.

— Зато ты точно моя ученица, и это ничто не изменит, — заверил ее Себастиан, вызвав у Аделаиды слабую улыбку с легкой грустью в глазах.

— Себастиан, а ты знаешь, что обо мне говорили в Ордене перед тем, как ты взял меня напарником? — мягко спросила девушка.

— Примерно представляю.

— Что я невыносима, — с горечью сказала она. — Что у меня отвратительный характер и со мной невозможно работать, и что через год меня либо выгонят, либо похоронят. Все наставники отказывались, не желая связываться с избалованной девицей, готовой ввязаться в бой за любой косой взгляд, и любящей унижать тех, кто слабее её. За глаза меня называли чумой. А потом пришел ты и взял с собой в Пустоши, не спросив ни о чем. — Она помолчала. — Теперь понятно, почему. Ты увидел во мне себя в молодости.

Себастиан не ответил, поскольку она попала точно в цель. Три года назад он увидел в этой злой рыжей девчонке того, кем сам был до злополучного вечера, и решил, что хотя бы одному из них должно повезти. Он решил взять девушку на обучение до того, как она совершит что-то ужасное просто потому, что может.

— Так что ты прав, — твердо сказала Аделаида, и ее глаза блеснули в свете ламп. — Я всегда буду твоей ученицей, что бы не случилось.

Она протянула кулак, и Себастиан ответил ей тем же.

— Увидимся утром, — бросила ему девушка, излишне торопливо покидая лабораторию. — Пойду посмотрю, что за халупу купил мой человек на твои деньги.

Дверь закрылась, и Себастиан остался один среди колб и реактивов.

«Я бы предложил тебе отправиться этой ночью на охоту», — тут же проговорил Каэлар, будто только и ждал момента, когда все покинул лабораторию. — «Представь, что вы завтра наткнетесь на лабораторию и гибридов, а ты без моих сил».

— У меня теперь есть Аделаида, ее сил будет более чем достаточно.