Свежие сплетни для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс

И только оказавшись в безопасности на улице, она поняла, что страх повлиял на нее физически.

– Я должна найти женский туалет… срочно, – выдохнула она.

– Вас тошнит?

–Нет, я хочу писать, – выдала Агата. – Причем у меня такое ощущение, что моча уже поднимается до глазных яблок!

– В таком случае вернемся в паб, – предложил Джеймс. – Это недалеко.

Агата проклинала себя за эту грубую прямоту. Но до паба она почти бежала.

* * *

– Что теперь? – спросила она, будучи в прекрасном настроении от того, что страхи остались в прошлом и ей удалось воспользоваться туалетом в пабе.

– Разве вы не хотите узнать, что мне удалось найти?

– О да.

– Вот послушайте. За то короткое время, пока Пол Блэйден работал в Карсли, ему на счет поступили переводы: один на двадцать тысяч фунтов, второй на пятнадцать тысяч, третий на девять, четвертый на четыре и еще четыре перевода по пять тысяч фунтов и один на пятьсот фунтов. Это не считая сумм за оплату его работы.

– Кто ему платил?

– Вот в этом-то вся загвоздка. Это не указано. Я тут подумал… Мне хотелось бы попасть к нему в дом. Мы можем сделать это сегодня ночью.

– Последние заказы, дамы и господа. Мы скоро закрываемся. Будьте добры, поторопитесь! – крикнул бармен.

– Ой, как уже поздно! – воскликнула Агата. – Мы можем приступить к делу завтра рано утром и…

– Нет, сегодня ночью. – Джеймс посмотрел на вишневое пальто Агаты. – Нам нужна темная одежда.

«Какого монстра я выпустила на волю?» – подумала Агата, глядя на возбужденного Джеймса. Она могла бы предложить ему идти одному. Но ведь это будет приключение, от которого будоражит, и это может привести… Вот они вместе пробираются по погруженному в темноту дому Пола Блэйдена. «Что это?!» – восклицает Джеймс и обнимает Агату. «Ничего, – отвечает он сам себе, продолжая держать ее в объятиях. – Ваши духи пахнут восхитительно. О Агата!» И он склоняется к ней, его губы опускаются на ее…

– Агата! Прекратите мечтать и давайте пойдем уже, – резко сказал Джеймс, и Агата моргнула, отгоняя розовые мечты и чувствуя легкое раздражение, что Джеймс не дал ей досмотреть это видение до конца, прервав его до того, как поцеловал ее.

Вернувшись к себе домой, Агата переоделась в черные брюки и черный свитер. Она задумалась, не имел ли Джеймс в виду, что и лицо надо намазать чем-то черным. Лучше подождать и посмотреть.

Он позвонил ей в дверь в час ночи. Он тоже оделся в черный свитер и черные брюки.

– Надеюсь, никто не увидит, как я захожу к вам в такое время – или скандалам не будет конца, – весело заметил Джеймс. Агата подумала о Фреде и всем сердцем понадеялась, что кто-то увидит.

Джеймс пил только минеральную воду во время их последнего посещения паба, поэтому за руль снова сел он. Агата удобно устроилась на переднем сиденье и представляла в своих мечтах, что они едут в путешествие во время медового месяца.

– На всякий случай припаркуемся через улицу от той, где стоит его дом, и прогуляемся пешком, – сказал Джеймс.

Дом Пола Блэйдена стоял среди вилл в викторианском стиле, построенных в ряд вдоль улицы. Он был закрыт и погружен в тишину. Агата вспомнила, как была здесь в предыдущий раз, и теперь радовалась, что она тогда сбежала.

Джеймс оглядел оба конца тихой улочки, где цвели вишневые деревья. Налетел легкий порыв ветра, сорвав цветы с деревьев, и те каскадом посыпались на них.

– Как грустно, что такая красота преходяща, правда? Как недолго они цветут, – печально заметил Джеймс.

– Вы абсолютно правы, – раздраженно ответила Агата. – Но если вы будете стоять здесь слишком долго и восхищаться цветами, то кто-то может нас увидеть.

Джеймс легко вздохнул, и Агата задумалась, не сожалеет ли он о том, что находится здесь с ней, а не с кем-то другим, кто мог бы разделить его любовь к красоте.

– Я думаю, что раз тут никого нет, нам нужно идти прямо к входной двери, – прошептал он. – Крыльцо погружено во мрак, и когда мы окажемся там, нас уже никто не увидит.

– Зачем было переодеваться в темную одежду, если мы не собирались украдкой пробираться к черному ходу? – спросила Агата.

– Потому что у меня, возможно, не получится сразу открыть дверь, на это может уйти какое-то время. Если же мы одеты в черное, меньше шансов, что нас заметит кто-то, проходящий мимо по улице.

Когда они, надежно скрытые от всех прохожих, оказались на крыльце, Джеймс достал карманный фонарик, направив луч на дверь, и быстро выключил его.

– Автоматический американский замок, – удовлетворенно заявил он. – И какая красивая вставка из цветного стекла на двери. Интересно, знает ли Питер Райс, что за викторианское витражное стекло можно выручить в наше время немалые деньги.

– Приступайте, – прошипела Агата, нервно оглядываясь через плечо.

Затем они услышали звук медленно приближающихся по улице шагов и напряглись.

– Стойте в углу и не двигайтесь и отвернитесь от улицы, чтобы не светить лицом. Тихо стойте! – прошипел Джеймс.

Они замерли.

Шаги приближались, время от времени останавливаясь.

– Пойдем, Спот, – раздраженно позвал мужской голос. Кто-то выгуливал собаку.

Агата чувствовала, как пот струится по ее лицу.

Затем, к своему ужасу, она услышала легкий топот лап у себя за спиной. Пес принялся обнюхивать ее лодыжки, вскоре послышались и шаги хозяина, идущего по тропинке через сад.

– Иди сюда, – резким тоном позвал хозяин.

«Прошу тебя, Господи, позволь мне выкрутиться из этой передряги, и я больше никогда не буду вести себя плохо», – молилась Агата.

Пес потопал прочь.

– Теперь я надену на тебя поводок, – раздался голос хозяина. После этого прозвучал металлический щелчок, затем звук шагов начал медленно удаляться из сада и теперь слышался где-то вдалеке улицы.

– Ух! – выдохнула Агата. – Чуть не попались! Нам следовало притвориться влюбленной парой, – с надеждой добавила она. – Тогда если бы он увидел нас, то сразу сбежал бы.

– Как раз наоборот, – высказал свое мнение Джеймс. – Ничто не раздражает жителя пригорода больше, чем вид парочки, целующейся на чужом участке.

Джеймс достал набор каких-то тонких металлических инструментов.

– Где вы их раздобыли? – спросила Агата. – Вы, случайно, не грабитель в отставке?

– Мне их подарил один парень из нашего полка. А теперь помолчите, пока я работаю.

Агата ждала и переминалась с ноги на ногу. Она надеялась, что широко рекламируемый дезодорант, которым она воспользовалась, работает. Джеймс пробовал один инструмент за другим, пока не