Искатель, 2010 № 08 - Журнал «Искатель»

Назло всем гулякам небо заволокло темными лохматыми тучами. Пошел нудный осенний дождь. Но гости и не думали расходиться, а просто перебрались в дом догуливать свадьбу и продолжали петь, плясать и веселиться.

В эту ночь Лена первый раз в жизни отдалась любимому человеку и по-настоящему стала женщиной. А Петя из мальчика превратился в мужчину. Молодые познали вершину счастья, таинства и прелести любви. Они стали мужем и женой не только на бумаге в загсе, но и в постели, на супружеском ложе.

Хотелось бы пояснить, почему у собаки такая странная кличка Геббельс. Лет десять назад Игорь Николаевич по пьяни принес домой найденную в канаве бродячую молодую собаку дворнягу.

— Как назовем пса? — заискивающе спросил хозяин у супруги Варвары Ивановны, боясь, что та вытурит его из дома вместе с бездомной дворняжкой.

— Хоть горшком назови, только в печь не ставь, — ехидно, с ноткой злости в голосе ответила привередливая хозяйка.

Варвара Ивановна по своему характеру была занудой и частенько безо всякой причины поругивала мужа, а то и охаживала его деревянной скалкой, когда тот приходил домой не совсем трезвый и задавал один и тот же вопрос: «Кто в доме хозяин?!» Дочь Лена всегда заступалась за отца, которого уважала и любила:

— Мам! Ты опять на папу руки поднимаешь? Что он тебе сделал?

— Не твое сопливое дело. Вырастешь — своим мужем командовать будешь, а тут я старшая! — увещевала строптивую девку строгая мамаша.

На вопрос отца о том, как назвать собаку, Лена сказала:

— Давай Бобиком назовем, видишь, у него хвост калачиком.

— Какой, к черту, Бобик? Посмотри хорошенько. У него морда бандитская, — язвительно возразила Варвара Ивановна и топнула ногой в резиновой калоше.

Приблудный пес злобно гавкнул на хозяйку и, проявляя симпатию, потерся худым боком о ногу девочки.

— Ого! Он еще голос подавать будет?! Хватит мне и двух глоток, — воскликнула хозяйка и понесла в коридор чугунок с мясными щами остывать, а потом выгнала бедного пса на улицу.

Примерно через час семья дружно уселась за стол и в предвкушении обеда глотала слюни.

— Наверное, щи уже остыли. Пойду принесу, — сказала хозяйка и вышла в коридор. Через минуту раздался истошный громовой голос Варвары Ивановны:

— Ах, бандит! Ах, фашист! Чистый Геббельс!

— Что случилось? — встревоженно спросили отец с дочерью, на что женщина ничего вразумительного не ответила, а только причитала и кляла пса почем зря.

А произошло вот что. Голодная псина, унюхав вкусный запах, лапой сдвинула крышку и сожрала почти все щи, а вместе с ними и полкило вареной свинины. Сыто рыгнув, довольная наевшаяся собака по-свойски улеглась на половике в коридоре, положив морду с вороватыми глазами на передние лохматые лапы. В итоге вся семья осталась без обеда с урчащими от голода желудками.

— Геббельс так Геббельс, — тяжело вздохнул Игорь Николаевич и сглотнул слюну. — Давай, дочка, режь хлеб, чайку попьем.

Дворняга прижилась на новом месте и в доме ничего больше не воровала. Она довольствовалась вчерашним борщом. Пес привязался к отцу и дочери, только люто невзлюбил злую Варвару Ивановну и иногда рычал на нее. Но Геббельс никогда не кусал хозяйку, понимая, что за это его точно попрут со двора. Женщина смирилась с присутствием псины, только сильно переживала о том, что собаку обиднее, чем Геббельс, не назовешь. Животное это тоже понимало, злорадствовало и в собачьем уме называло хозяйку ведьмой, но высказать свою мысль на человеческом языке естественно не могло.

После свадьбы наступил медовый месяц, а потом быстрой речкой потекли будни счастливой молодой пары. Фокины некоторое время пожили с родителями, что для молодоженов было не совсем удобным делом, и стали подумывать о переезде.

Старый пес Геббельс околел от старости, а кот Васька поел какой-то гадости, отравился и убежал в луга искать лечебную траву, да, видно, не нашел и отправился в мир иной следом за своим другом по общей миске.

Рыжий петух пристрастился к алкоголю, клевал выброшенную хозяевами гущу барды из-под браги и винные ягоды, оставшиеся от перебродившего вина. Потом он стал как-то странно, не по-петушиному кукарекать, а затем и вовсе потерял голос и всякий интерес к пеструшкам. Варвара Ивановна со словами: «Никакого толку от рыжего дурака... Кур не топчет, кукарекать и то совсем перестал», — зарубила на пасху несчастную птицу и сварила лапшу, которая почему-то воняла спиртом и оказалась несъедобной.

Через некоторое время Петя и Лена Фокины переехали жить в город. Вначале они снимали жилье по найму, а потом с помощью родителей купили однокомнатную малометражную квартирку на втором этаже «хрущевки». Петя окончил курсы шоферов и работал водителем на автобазе, а Лена трудилась, как и прежде, продавцом в продовольственном магазине.

Досужие кумушки-соседки говорили о Фокиных, как о благополучной и дружной семье. Петр спиртным не увлекался, получку всегда приносил домой, друзей у него почти не было, и все свободное время он посвящал любимой жене, которой часто дарил цветы и дорогие подарки.

Лена оказалась хорошей хозяйкой и заботливой женой, только вот детей супругам Бог не дал. Какая причина? Неизвестно. Врачи толком ничего не знали и объяснить не могли. Так прошли три года семейной идиллии. А была ли эта идиллия на самом деле? Может да, а может быть, и нет.

Спокойное, плавное течение жизни нарушила соседка Вера Максимовна. Досужая сплетница доверительно, но с некоторой издевкой как-то в разговоре и будто ненароком шепнула Лене:

— А твой-то погуливает от тебя втихаря, и все об этом знают. Только ты, как слепая кошка, ничего не видишь.

— Что ты говоришь, тетя Вера! Петя не такой, он только меня любит, все это наговоры и бабьи сплетни, — ответила Лена, ошарашенная неожиданной неприятной новостью.

— В тихом омуте черти водятся, — глубокомысленно молвила соседка и поковыляла в свою квартиру.

Фокина не поверила в измены мужа, но в ее душу вороватой мышью закралось сомнение, и какой-то маленький гадкий червячок стал точить сердце молодой женщины. Однако никаких изменений в поведении мужа она не заметила, супруг был по-прежнему с ней ласков и приветлив. «А может, когда любишь, не замечаешь ничего дурного в поведении дорогого человека и смотришь на весь мир через розовые очки?» — подумала Лена. Спустя некоторое время она немного успокоилась и почти забыла о разговоре