Кукла для зверя - Ника Долгина

Он приехал заблаговременно, зная о сложной системе допуска в ведомственное здание, пришёл всё необходимые процедуры и теперь стоял у кабинета с табличкой «Авдеев С.П., полковник юстиции» и расслабленно поглядывал на коллекционные наручные часы, стоившие больше, чем все домишки вместе с землёй на улице, где он родился, в убогом частном секторе на окраине провинциального посёлка с населением не больше трёх сотен душ.

Сейчас он приготовился к долгому ожиданию, мысленно выдыхая и невольно вспоминая свой печальный опыт общения со следователями поры своей бесшабашной юности, оставивший в нем стойкое неприятие казёнщины и глухое раздражение от чувства бессилия перед правоохранительной системой.

Время показало, что хоть он и был сейчас на волне успеха и богатства, это не оградило его ни от необходимости присутствия в этом здании, ни от прежних не самых приятных чувств.

Памятуя о высокомерии и любви к демонстрации власти людей, этой самой властью облачённых, он пытался отвлечься и не позволить себе сорваться, чем славился в пору горячей безудержной молодости, но чувствовал, что это даётся ему с превеликим трудом.

Это стало для Влада неприятным открытием, ведь он привык думать, что контролирует всё и вся — начиная от бизнеса, заканчивая собой.

Однако столь неприятный, хоть и давно ожидаемый экскурс в прошлое показал, как сильно он ошибался. Уже сейчас ему хотелось садануть кулаком в стену, срывая на ни в чём не повинной поверхности своё глухое неприятие ситуации.

Время, указанное в повестке, неумолимо приближалось, злость росла как снежный ком. Каково же было его изумление, когда ровно за минуту до обозначенного времени, дверь мягко отворилась и вежливый голос пригласил его в кабинет.

— Проходите, Владислав Викторович. Добрый день.

— Добрый, — буркнул Волчанский и последовал за приглашающим жестом. Он опустился на предложенный стул, с любопытством озираясь вокруг, пока хозяин кабинета плотно закрывал дверь и занимал своё место за столом.

В повестке была указана причина вызова — дача объяснений в рамках доследственной проверки, поэтому Влад решил обойтись без адвоката, тем более пока у него не было ни малейшего представления, что же нужно от него следствию.

Вовлекать юристов фирмы он не хотел, тем более не было смысла искать стороннего адвоката, пока не ясна суть претензий к нему со стороны закона.

* * *

Следователь — высокий статный мужчина средних лет, по беглой оценке Влада — хорошо за пятьдесят, с седыми волосами и пронзительным взглядом карих глаз, производил в целом приятное впечатление.

Он смотрел прямо и открыто, не суетился, не демонстрировал превосходства, но и не собирался заискивать перед посетителем.

Владислав отметил идеальный порядок на столе и чистоту в кабинете — не то, что никаких крошек, пыли и посторонних предметов — на столе была лишь одна папка без опознавательных знаков, ручка и карандаш, расположенные строго параллельно друг другу.

Это заставило Волчанского усмехнуться про себя, мысленно навесив на собеседника соответствующие ярлыки — тот был педантом до мозга костей.

Влад и сам ненавидел хаос и беспорядок, помня реалии своего тяжёлого детства, но до зацикленности на мелочах Авдеева ему было всё же далеко. Разве что с возрастом он станет чем-то похож на полковника. Эта мысль заставила его усмехнуться про себя ещё раз.

Волчанский молчал, справедливо ожидая действий от хозяина кабинета, а тот будто и не спешил, располагаясь удобнее, и не торопился завладеть инициативой, видимо, провоцируя Влада на ответную реакцию. Раньше бы он уже давно взорвался, а сейчас лишь терпеливо ждал, глядя на стол.

Кто-то должен прервать их молчаливую дуэль, но это будет не он. Не сегодня. Он молча взирал на то, как следователь кладёт на стол между ними диктофон, включает запись и прерывает наконец молчание.

— Итак, назовите свою фамилию, имя, отчество, дату, место рождения и род занятий.

Эта безобидная фраза спровоцировала-таки колючий ответ.

— В Следственном комитете не принято заблаговременно интересоваться данными подозреваемых?

Авдеев спокойно откинулся на спинку кресла, не приняв вызов, и мягко парировал:

— Это стандартная процедура, Владислав Викторович. Давайте не будем зря тратить ваше и моё время. Статус подозреваемого не имеет к вам никакого отношения. Пока не имеет.

Влад почувствовал себя школьником в кабинете директора, что лишь ещё больше повысило градус напряжения между ними. Чувствовалось, что встреча не задалась и мирная беседа не получится.

— Волчанский Владислав Викторович, 11 ноября 1990 года рождения, село Алтайское Тюменской области, генеральный директор группы компаний «Алькор», грузоперевозки.

— Замечательно. Как вы полагаете, с чем связаны проверки вашего бизнеса в последнее время?

— Не имею ни малейшего понятия, и вам это прекрасно известно. Не перекладывайте с больной головы на здоровую. У нас презумпция невиновности, знаете ли, что означает, что не я доказываю свою невиновность. Вы взялись найти мою вину, дак в чём же дело? Не сходится уравнение?

— Ваш сарказм неуместен. В ходе сегодняшней встречи я хочу прийти к некоему консенсусу, и было бы неплохо, чтобы вы оказали мне содействие.

— Я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите, и у меня нет никакого желания оказывать содействие. Вы кошмарите мой бизнес и персонал вот уже два месяца, тыча пальцем в небо, надеясь на удачу. Это попытка рейдерства?

— Я готов вам всё объяснить, но перед этим хочу некие гарантии.

— Не уверен, что понимаю вас верно. А ещё больше я не уверен в том, что готов дать вам какие бы то ни было гарантии.

— Вы умный человек, Владислав Викторович, поэтому юлить я не вижу смысла. Я готов раскрыть карты, при условии, что, независимо от исхода беседы, всё сказанное останется, между нами.

— Вы умеете заинтриговать, но, повторюсь, я не даю никаких обещаний, пока мне не ясна суть предложения. Это детский подход, вам не кажется?

— Я вполне понимаю вашу настороженность, учитывая ваш прежний опыт общения со следствием, но я даю вам слово офицера, что дело, изложенное мной, вас непременно заинтересует.

— На этом позвольте откланяться, я не играю с государством в азартные игры. Следующие наши встречи будут проходить в присутствии адвоката. — Волчанский сделал попытку встать, но был остановлен жестом и улыбкой Авдеева.

— При всем уважении, наш разговор не окончен. Вы не сможете покинуть здание без пропуска, подписанного собственноручно мной.

— А, вот теперь вижу истинное лицо следствия. Игра в хорошего полицейского окончена? Вы оседлали любимого конька и теперь я вынужден буду остаться?

— Нет,