Пойманная временем - Джули МакЭлвен
Внутри прихожая казалась меньше, чем была на самом деле, из-за низкого потолка, перерезанного древними узловатыми балками. Стены были выбелены, резко контрастируя с темным деревянным полом и лестницей. Голоса привлекли внимание Кендры к открытому проему справа. Там находилась общая столовая: семейные компании и одинокие мужчины занимали примерно половину столов. Ни одной женщины без сопровождения, отметила Кендра. Но она уже знала, что даже замужние дамы и вдовы, пользовавшиеся в эту эпоху большей свободой, сочли бы немыслимым обедать в общественном месте в одиночку.
Слева доносились другие голоса — низкие, явно мужские: дверь вела в трактирную часть. Быстрого взгляда было достаточно, чтобы увидеть мужчин, теснившихся вокруг прочных деревянных столов и вдоль стойки, куривших трубки и пивших. Несколько были хорошо одеты — вероятно, постояльцы. Остальные, решила Кендра, местные. Судя по рабочей одежде, это был их обычный вечерний ритуал: несколько пинт после трудового дня и обмен всем, что в деревне считалось новостями. Оранжево-желтый свет очага и настенных фонарей очерчивал лица молодых и старых. Единственной женщиной в комнате была темноволосая барменша; ее руки ловко управлялись с кранами, она наполняла кружки и непринужденно смеялась, двигаясь вдоль стойки.
— Добрый вечер! Добрый вечер!
Кендра обернулась и увидела пожилого мужчину, который улыбаясь поспешно шел к ним по коридору. На вид ему было под семьдесят или чуть больше, но он оставался крепким, с румяным круглым лицом, обрамленным густыми седыми бакенбардами, всего немного темнее редких волос на макушке.
Его голубые глаза были живыми и сразу оценили покрой и качество одежды герцога и Кендры. — Добро пожаловать в «Зеленую деву». — Он поклонился, и улыбка стала шире. — Я хозяин, мистер Болтон. Чем могу служить, сэр?
— Добрый вечер, — ответил Элдридж. — Я герцог Элдриджский, а это моя воспитанница, мисс Донован. Мы направляемся в мое имение в Ланкашире, но, к несчастью, туман заставил нас искать приют на ночь. Найдутся ли у вас комнаты… и ужин, желательно в отдельной гостиной?
При упоминании титула глаза мистера Болтона заблестели. Кендра почувствовала: даже будь все номера заняты, хозяин вышвырнул бы кого-нибудь ради возможности принять у себя герцога.
Хозяин снова поклонился. — Разумеется, ваша светлость. Для нас это честь! Не беспокойтесь: мы подготовим для вас и вашей воспитанницы две лучшие комнаты. При желании слуги даже сменят белье. «Зеленая дева» гордится высочайшей чистотой.
— Благодарю вас, мистер Болтон, но белье у нас свое. Наши слуги сами подготовят комнаты.
— Конечно, сэр, — кивнул Болтон. Дворяне обычно возили белье с собой, поэтому он не воспринял это как оскорбление. Хозяин оглянулся на женщину, спешившую к ним по коридору. — Жена, у нас гости: герцог Элдриджский и его воспитанница мисс Донован.
Миссис Болтон, вероятно, была почти ровесницей мужа. Годы избороздили ее лицо морщинами и смягчили линию подбородка, но по красивому строению костей Кендра предположила, что в молодости та была красавицей. Голову закрывал чепец, из-под которого виднелась лишь узкая прядь волос — в тусклом свете они казались пепельно-русыми, хотя при дневном наверняка были серебристо-седыми. Глаза у нее были темно-серыми. Невысокая, едва ли пяти футов ростом, женщина двигалась легко и проворно и без труда присела перед герцогом в глубоком реверансе.
— Для нас и правда большая честь, ваша светлость, — сказала она неожиданно образованной речью. — Позвольте спросить, что привело вас в Ист-Динглфорд, сэр?
— Боюсь, отвратительная погода, — ответил Элдридж.
— Герцог ехал в свое имение в Ланкашире, но туман задержал его, — пояснил жене хозяин.
Она сочувственно прищелкнула языком. — По-моему, во всем королевстве нет погоды непредсказуемее йоркширской.
— Надо позаботиться о гостях, — сказал Болтон и повернулся к герцогу. — Миссис Болтон проводит вас в отдельную гостиную. Согреетесь у огня и выпьете хереса или бренди — моя жена делает превосходный абрикосовый бренди… — Его взгляд скользнул к Молли и Уилсону. — Ваши слуги смогут подготовить спальни и поесть на кухне или в общей зале. Сегодня я поймал пару зайцев, так что мясо свежее. Наша кухарка, миссис Платт, готовит замечательное рагу из кролика.
Кендра не знала, что хуже — кролик или голубь, но дразнящие запахи из общей столовой уже заставляли желудок урчать.
— Благодарю. Вы весьма радушный хозяин. — Герцог помедлил и спросил: — Позвольте узнать: поблизости, случайно, нет текстильной фабрики?
Брови хозяина удивленно поднялись. — Есть, ваша светлость. Фабрика Бэнкрофта. Хлопчатобумажная, принадлежит лорду Бэнкрофту — лорду Натаниэлю Бэнкрофту, графу Лэнгфри. Его имение, Фалкон-Корт, тут неподалеку. А почему вы спрашиваете?
Элдридж поджал губы. В глазах снова появилось беспокойство. — Думаю, мне придется поговорить с деревенским мировым судьей и констеблем.
— С нашим судьей и констеблем? — Серые глаза миссис Болтон расширились. — Боже мой, зачем?
— Боюсь, сегодня вечером произошло нечто дурное. — Герцог словно собирался добавить еще что-то, но передумал. — Мы с мисс Донован подождем судью и констебля в гостиной.
Почти двадцать минут спустя хозяин привел в отдельную гостиную двух мужчин с шляпами в руках. Кендра и герцог сидели перед камином и потягивали абрикосовый бренди миссис Болтон, ожидая ужина.
Мистер Болтон представил констебля Джеймсона — высокого, широкогрудого, могучего мужчину лет тридцати пяти. Волосы у него были темные с рыжеватым оттенком, вьющиеся и немного длиннее, чем диктовала мода. Толстые брови нависали над глубоко посаженными карими глазами. Во время представления Кендру несколько озадачило известие, что констебль постоянно работает одним из трех деревенских кузнецов, хотя это объясняло кожаный фартук под потрепанным шерстяным пальто. Очевидно, в Ист-Динглфорде кузнецы были нужнее, чем служители закона.