Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Хреново, – заметил Эйден, когда я указала ему на это.

– Что? – Исабель могла только шептать и едва втягивала воздух.

– Кажется, ты сломала ребра, – объяснила я.

– Ванна. – Это был скорее стон, чем просьба.

– Ты ударилась о край ванны?

– Угу. – Теперь она только кряхтела.

– Я пригоню машину ко входу, ладно? – сказал Эйден.

– Телефон.

Он порылся в клубке одеял на полу, выудил телефон и сунул его в карман. Потом оставил меня одевать Исабель. Поскольку она была совершенно беспомощной, я не стала возиться с изысками вроде нижнего белья. Достаточно было просто прикрыть наготу.

Я медленно продела ее левую руку в фуфайку, но правую Исабель прижала так близко к боку, что я даже не стала пытаться надеть рукав. Пришлось натянуть фуфайку через голову со всклокоченными остатками волос и оставить правую руку внутри.

Со штанами было сложнее: я продела в брючины ноги, но, пока Исабель сидела, натянуть штаны выше не получилось бы. Она обняла меня левой рукой, и я подняла ее на ноги. Как только она встала на пол, дрожа и наваливаясь на меня, я нашарила в районе колен пояс штанов и дернула его кверху.

Исабель заскулила и стала клониться назад, будто хотела сесть.

– Нет. – Я сцепила руки в замок у нее за спиной. – Если сядешь, придется снова вставать. Теперь шагай.

– Туфли.

– Извини. Надо было надеть их тебе, прежде чем ты встала, но сейчас нельзя садиться, пока мы не доберемся до машины. Придется идти босиком. – Мой ответ был на шестьдесят процентов продиктован практическими соображениями и на сорок – мелочной мстительностью.

Словно в самом долгом медленном танце в восьмом классе, я обхватила ее рукой и повела шаг за шагом из комнаты в фойе. Эйден встретил там нас обеих, шаркающих ко входной двери. Как бы я ни желала его поддержки, он ничем не мог помочь.

Каждый шаг по пути из дома Исабель сопровождала коротким стоном. Он стал чуть громче, когда я повела ее босиком по гравию. Мотор машины уже работал, и я, придерживая больную, мельком представила возможный сумасшедший поступок. Как я толкаю Исабель в руки Эйдена, прыгаю в машину и уезжаю. Вместо этого я забралась назад, чтобы помочь моей тюремщице, когда она будет опускаться на сиденье. Мы уложили ее сзади с согнутыми коленями, прижав правый бок к спинке сиденья. Отбросив бесплодные фантазии, я выбралась из машины с противоположной стороны и, прежде чем закрыть дверцу, взглянула Исабель в лицо. Неподвижные глаза были широко распахнуты, из них текли слезы.

Я стояла, дрожа в носках и легкой одежде, а Эйден колебался. Потом повернулся к входной двери. Конечно же, он собирался отвести меня на второй этаж. Я последовала за ним, ведь другого выхода не было, разве что прыгнуть за руль и рвануть прочь отсюда вместе с лежащей на заднем сиденье Исабель. Дойдя до крыльца, я сообразила, что на машине наверняка есть номерной знак, а я упустила случай взглянуть на него.

– Не надо, пожалуйста, – попросил Эйден, отперев дверь этажа.

– Что не надо?

– Сама знаешь. Я люблю тебя и прошу ничего не предпринимать. Пожалуйста.

Я молча опустила глаза. Какие бы цели Эйден ни преследовал, его слова меня потрясли. Если это спектакль, то большего актерского искусства я еще не видывала. Никаких попыток ловчить. Он поцеловал меня в лоб и, когда я сделала шаг назад, закрыл дверь и запер замок. Через мгновение я услышала, как задвигается тяжелый засов.

После того как Эйден с Исабель уехали, я долго сидела на ковре в своей комнате, размышляя о возможном побеге. Сколько времени понадобится, чтобы отвезти Исабель в больницу? Позвонил ли кто-нибудь из них перевозчикам? Позвонят ли? Возможно ли выломать дверь? А если возможно, что нам делать дальше? Видимо, найти ключи от пикапа Эйдена. Предполагал ли он такой исход? Почему умолял ничего не предпринимать? Это реальный шанс сбежать – или мнимый, чтобы испытать меня?

Когда встало солнце, я пошла в комнату Джеки. Садик спал, растянувшись на ковре, но девочка уже проснулась.

– Ты не возражаешь, что он спит здесь? – спросила я.

Она помотала головой.

– Пора завтракать?

Как будто услышав свое имя, Садик перевернулся и сел.

– Завтрак?

– Может быть. Но нам придется обойтись припасами, поскольку меня некому отвести вниз, чтобы приготовить еду.

– А где все? – поинтересовалась Джеки.

Я уже собиралась солгать, но вовремя вспомнила, что решила быть честной с детьми, ведь и сама не хотела, чтобы мне врали. Получалось не всегда, но я пыталась.

– Изабель упала и разбилась, и Эйден повез ее в больницу.

– Сколько они будут отсутствовать? – В глазах у Садика мелькнул проблеск, который я узнала: точно так же он смотрел в те дни, когда Исабель перестала нас кормить и мы обсуждали самые отчаянные планы.

– Не знаю. Могут вернуться в любой момент. – Я надеялась, мальчик понял, что я имею в виду, поскольку мне не хотелось пересказывать тщательные расчеты, которыми я занималась до восхода солнца.

Пока мы открывали банки с консервированными персиками и упаковки крекеров, я почувствовала исходящее от Садика напряжение невысказанного. Наконец он выпалил:

– Почему мы не пытаемся сбежать?

Джеки с удивлением уставилась на него.

– Если бы я хоть примерно представляла, сколько они будут отсутствовать, попробовать стоило бы, но я ничего не знаю.

– Когда она нас не кормила, ты говорила, что можно выломать дверь.

– Я говорила, что можно попытаться, но я не уверена, что получится. А если и получится, что потом? Я не знаю, где Эйден хранит ключи от пикапа. И тебе известно, что уйти пешком мы не можем: посреди зимы, без пальто. У меня даже обуви нет.

– Все равно надо попробовать, – сердито буркнул Садик. Какая большая перемена по сравнению с прежней апатией. Не я ли заронила в душу паренька семена бунта?

– Это слишком опасно, – возразила Джеки. – Нас могут убить.

– Но есть шанс сбежать!

– Если сумеем выбраться из дома, найти ключи и выяснить, куда нам ехать. Если, если, если… И все это надо провернуть до возвращения Эйдена или до появления мордоворотов.

Было невыносимо разрушать мечты Садика. Да что говорить, было невыносимо разрушать собственные мечты, но я много часов мысленно перебирала в уме варианты. Подросток выскочил из-за стола и вихрем вылетел из столовой. Потом раздался отчетливый грохот: Садик пинал и лупил кулаками лестничную дверь. Я уже хотела пойти остановить его, как вдруг интерком щелкнул.

– Там у вас все в порядке? – Эйден, видимо, пришел из гаража, потому что на подъездной дорожке машины не