Со льдом - Ивар Лёкке

– Как все прошло?

– Спасибо, хорошо, – машинально откликнулся Соренсен. – Получил много полезной информации.

Женщина мягко рассмеялась.

– О, профессор любит поговорить. Особенно когда находятся благодарные слушатели.

Мортен обвел взглядом постепенно заполнявшуюся библиотеку. Свободных стульев оставалось все меньше.

– О чем будет сегодняшняя лекция?

– «Повседневные обряды древнескандинавских племен и их отражение в культуре народов Сорфьорда».

По спине невольно пробежал холодок.

– И что, – стараясь говорить как можно более непринужденно, поинтересовался детектив. – У профессора всегда такой ажиотаж?

– В последнее время да, – охотно кивнула библиотекарь. – С тех пор как в Сети набрали популярность ролики о древней культуре, молодежь буквально помешалась на изучении обрядов и рун. Знаете, есть такой блогер…

– Свенн Янсонн.

– Точно. Им сейчас все засматриваются. Обсуждают, ищут, что бы такое почитать по теме. Тут-то подростки и вспомнили о существовании библиотек. – Она хихикнула. – Удивительно, правда? В наш-то век интернета. А после того как мы уговорили профессора Вэтте прочитать курс лекций, отбоя не стало от посетителей.

– И когда это произошло?

– Хм-м… – Библиотекарь нахмурилась. – Дайте подумать. Лекции стартовали этой осенью. А первая волна интереса к монографиям и книгам о традициях севера пошла… с лета. Да, кажется, все началось перед фестивалем исторической реконструкции на Лофотенах. Примерно полгода назад.

Она явно была не прочь поделиться еще чем-нибудь, но Мортену было достаточно и того, что он успел услышать.

И без того картина вырисовывалась неутешительная.

На выходе из библиотеки его ждал сюрприз. У крыльца, засунув руки в карманы объемного красного пуховика, стояла Майя.

Поймав ее взгляд, Мортен хмыкнул.

– Старший детектив Вольден. Приехали на лекцию? Интересуетесь традициями древнескандинавских племен?

Она демонстративно закатила глаза, показывая, что думает о его предположениях, и мотнула головой на припаркованный у обочины серый внедорожник.

– Сержант Туррен уехал на вызов. Я отвезу вас в отель.

– Спасибо, не стоит. Давайте лучше в участок. Хочу проверить кое-что по вашим базам. Тем более все вещи остались там…

– Вещи в багажнике.

Мортен скептически изогнул бровь.

– Не терпится от меня избавиться?

– Не хочу, чтобы вы и дальше обживались в участке, – с обезоруживающей прямотой ответила старший детектив. – Диван, знаете ли, всего один. И душа у нас нет. Так что еще пара дней, и вы начнете издавать весьма характерный запашок.

Она так натуралистично поморщилась, что Соренсен не смог сдержать смешок.

– Ваша аргументация и упрямая настойчивость просто поражают. Сочувствую вашему мужу.

Что-то мелькнуло в ее глазах, отчего короткое «не стоит» прозвучало чуть резче обычного.

Мортен хмыкнул.

– Не стоит, потому что его нет? Не вынес?

– Садитесь в машину, детектив Соренсен.

«Что ж, ясно».

– Мортен, прошу, – отступил он, выбрав более безопасную тему. – Хватит этих странных формальностей. Я чувствую себя ветераном полицейской службы на открытом занятии в детском саду.

Майя фыркнула, но уже без колючих льдинок во взгляде.

– Что, травмирующий детский опыт? Ходили сами или все не можете забыть, как героический капитан Соренсен-старший рассказывал о своей работе вашим восторженным приятелям на детских стульчиках?

– Второе. Впрочем, наиболее сильное впечатление отец произвел на воспитательниц. А потом он ушел, и на их попечении остался только тот Соренсен, который не умел завязывать шнурки и категорически отказывался посещать уборную вне дома. Сколько раз я слышал произнесенное точно таким же тоном: «Садитесь на унитаз, Соренсен!» Как вспомню, так дрожь берет!

Эффект от шутки оказался даже лучше, чем он предполагал. Майя расхохоталась – громко и открыто, как совершенно не ожидаешь от человека, при первой встрече показавшегося строгим и сдержанным. Но это было приятно – для разнообразия.

– Боже, Мортен, – сделав глубокий вдох, проговорила она, но хоть голос звучал серьезно, в глазах еще плясали отголоски недавнего смеха. – Не хочу больше слышать ничего подобного. Если у тебя остались другие истории из славного боевого детства, пожалуйста, держи их при себе.

– Как скажете, старший детектив Вольден.

– Майя, – поправила она, заводя мотор.

Едва машина тронулась, Майя перешла к расспросам.

– Как прошла беседа с профессором?

– Содержательно, – коротко откликнулся Мортен. – Если хочешь, могу скинуть запись.

Она качнула головой.

– Только не говори, что веришь в эту чушь с рунами. Как по мне, это не более чем попытка запутать следствие. Обманка. Просто несколько странных штрихов, которые парни, нашедшие тело, приняли за руны, а пресса потом раздула шумиху.

– Возможно, – не стал спорить Соренсен. – Но лично меня куда больше беспокоит другое. Видела, сколько молодых людей пришло сегодня на лекцию профессора Вэтте? Библиотекарь сказала, что такой ажиотаж вокруг древненорвежской культуры продолжается уже полгода. Все эти блоги, фестивали реконструкторов, обсуждения в интернете и за его пределами. Как думаешь, сколько должно было пройти времени, прежде чем кто-нибудь из впечатлительной молодежи воспринял бы старые ритуалы всерьез и решился повторить подобное на практике?

Руки Майи крепче сжали руль.

– Хочешь сказать, у нас реально завелся сектант?

– Хочу спросить, много ли у вас неблагополучных подростков, привлекавшихся за насильственные правонарушения, и лиц, состоящих на учете в психиатрической клинике. Может быть, есть те, кто недавно сбежал из-под надзора?

– Нет, – после недолгого раздумья твердо ответила старший детектив. – Из тех, о ком мне известно, ни один смог бы совершить продуманное убийство. Что касается психиатрической клиники, в Скардвике ее нет. Тех, кто нуждается в помощи, отправляют в Нордфолль.

– А оттуда никто не сбегал?

– Нет.

– Тогда что насчет зарегистрированных людей с психиатрическим диагнозом? Паранойя, шизофрения. Я встречал на пароме парня, Олле. С ним явно было что-то не так. Подобные болезни часто передаются по наследству. Кто его отец?

На лице Майи явно мелькнуло недовольство.

– У Олле родовая травма. Обвитие пуповиной, мозг провел критическое время без кислорода, из-за чего и произошла задержка в развитии. Он безобидный мальчик из деревни Бьорнфелл, не надо его сюда приплетать.

– Я просто проверяю информацию. – Мортен дернул плечом. Не то чтобы он действительно подозревал Олле, но слова профессора о магическом мышлении и проблемах с установлением причинно-следственных связей слишком запали в душу. – Надо же понять, кто у вас тут мог двинуться на теме рун. Погода, знаешь ли, располагает. От чего вообще люди едут крышей? От болезни? От отсутствия света? От скуки?

– От жизненной неустроенности и гормонального дисбаланса. – Майя поморщилась. – И еще много от чего. Я знаю свою территорию, здесь нет сектантов-маньяков.

– Насколько тебе известно, – педантично поправил Соренсен.

Старший детектив замолчала. Крыть было нечем.

– Предлагаю не отмахиваться от версии с подростками, – нарушил тишину Мортен. – Допросим всех, кто ходит на лекции профессора Вэтте. Возможно, среди них найдется тот, кто воспринимает древние ритуалы слишком серьезно.

Майя кивнула.

– Хорошо. Я подготовлю список.

– И родителей тоже неплохо бы допросить еще раз.

– Мы уже разговаривали с опекуншей Лины. Ее муж ушел в море незадолго до того, как нашли тело девушки. Мы уведомили начальство «НордХав Аква», скоро его доставят обратно в Скардвик.

– Он подозреваемый?

– Родители и знакомые всегда под подозрением в первую очередь. Мы проведем допрос и снимем отпечатки. Все по стандартному протоколу.

– Отлично. А что по результатам вскрытия?

– Материалы были в отчете. Завтра утром должны прислать дополнительную информацию из Осло. Можем заехать в клинику, осмотришь тело.

– Конечно.

– Тогда буду в