Код 93. Районы - Оливье Норек
Еще трое находились в головной машине – небольшом микроавтобусе с дверцами цветов французского флага, – и там тоже не чувствовалось особой отваги.
– Что за бред, – вздохнул водитель.
– А главное, слишком большой риск для обычного нарушения, – добавил с заднего сиденья один из сотрудников муниципальной полиции.
– Сейчас двадцать два двадцать, они весь день ничего не жрали, устали, на нервах, температура по-прежнему плюс тридцать восемь, а тут еще мы лезем к их женщинам и их религии. Что за идиотизм?
– Остается только молиться, что не увидим ни одной паранджи.
Раздавшийся из рации гнусавый голос Гонтье положил начало боевым действиям:
– Всем машинам, одна есть. Бэтмен, на десять часов. Со мной по двое от каждой машины для выполнения задачи. Водители остаются в stand-by[69].
* * *
На площади было еще человек сорок. Шестеро в форме вышли из машин, собрались в одну плотную группу и направились к паре. Мужчина в джеллабе и полностью закутанная женщина. Эта сцена быстро оказалась в центре внимания, и все вокруг принялись снимать на мобильники видео. Полицейские перестроились: двое впереди, чтобы войти в контакт, двое по бокам, чтобы оказывать поддержку, и двое сзади, чтобы контролировать возможные волнения. Нарушители порядка очутились в ловушке. Гонтье заговорил; один звук его голоса мог вывести из себя кого угодно. Как это бывает у диванных собачонок, его страх излился чрезмерной агрессией. Выпятив грудь, Гонтье скрестил руки:
– Никабы запрещены, мадам. Ваши документы.
В разговор вмешался ее спутник, который с замечательной мягкостью попытался разрядить ситуацию:
– Мы всего лишь вышли за покупками, шеф. И сию минуту возвращаемся домой, вы больше нас не увидите.
– Здесь вам не а-ля карт[70]. Не вы выбираете, что вас устраивает, а что нет.
Чтобы избежать скандала и не испортить праздничный день, женщина отпустила руку мужа, достала из сумки вид на жительство, где была фотография с открытым лицом, и протянула полицейскому.
– Ну так это может быть кто угодно. А если вы вообще мужчина? Опустите покрывало, я должен удостовериться.
Подчиненные Гонтье нервно переглянулись.
Первый скутер проехал по пешеходной дорожке вдоль магазинов и затормозил на площади метрах в десяти. Второй поднялся по пандусу из подвалов башни Олдрина. Один из полицейских заметил, что, не прошло и минуты, толпа увеличилась вдвое, а у подножия башни Гагарина собралось около тридцати подростков. Непонятно откуда послышались оскорбления, поначалу относительно приличные:
– Расисты!
– Убирайтесь отсюда, бандиты!
Некоторые полицейские приготовились. Рука легла на баллончик слезоточивого газа. Пальцы сжались на ручке дубинки. Мужчина в джеллабе попытался их урезо-нить:
– Пожалуйста, не надо. Не здесь.
Но здравый смысл мусульманина не произвел никакого впечатления на Гонтье, который, потея от страха, повысил голос:
– Все усложняете вы. Если она не опустит покрывало, нам придется ее задержать. Месье тоже может поехать, если его это успокоит.
Свои слова он сопроводил действием: грубо схватил молодую женщину за локоть и потянул. Ее муж, в свою очередь, положил руку на локоть Гонтье.
Большего и не требовалось.
* * *
– Я вызову искру, – сказала Весперини.
* * *
От стен башен отражались голоса всевозможных тембров и тональностей:
– Твари!
– Оставьте ее в покое, гады!
Оба скутера одновременно тронулись и поехали по кругу, огибая эпицентр событий. Серый кирпич осколками разлетелся у самых ног полицейских, и те, судорожно озираясь, инстинктивно вынули кто дубинку, кто пистолет. Мужчина в джеллабе взмолился:
– Отпустите нас… и сами уходите, прошу вас.
Но Гонтье не ослабил хватку. Неподалеку от них тридцать человек, сбившись в плотную толпу, надели капюшоны и обмотали лица шарфами.
* * *
– А вы устроите пожар, – заключила госпожа мэр.
* * *
Парни приблизились и окружили их. Один подобрался со спины и ударил полицейского по затылку, сбив голубую каскетку.
– Эй! Наших морд ты тоже не видишь. Не хочешь ли и нас задержать?
Гонтье принялся вслепую водить пистолетом, ни в кого конкретно не целясь. Парнишка, на голову ниже его, грудью налег на дуло:
– Ну и что теперь? Выстрелишь в меня? Дай-ка свою пушку, пидор, я тебе покажу, как ею пользоваться.
Пока парень быковал, другой подкрался сзади и сдернул у Гонтье с пояса баллончик слезоточивого газа. Гонтье обернулся, но вор уже скрылся в толпе. Ужасный стресс, тоннельный эффект: мозг улавливал лишь часть информации, поэтому до Гонтье слишком поздно дошло, что все члены его команды изолированы и каждый окружен десятком злоумышленников.
Полицейские пустили слезоточивый газ, и он брызнул во все стороны. Сильная струя ударила в женщину в никабе; та закричала и рухнула на землю. Подстегиваемые собственной агрессией, парни кашляли, но ни один не отступил. Никто не обратил внимания на раздавшийся в отдалении взрыв. Со всех сторон сыпались тычки в лицо, пинки по ногам. Сзади незаметно подобрался пассажир в шлеме, занес руку с металлическим прутом и резко обрушил его на плечо полицейскому; тот закричал и упал на землю – перелом ключицы. Каким-то чудом шести полицейским удалось снова построиться и ретироваться, пробивая себе путь дубинками и поддерживая раненого.
Только добравшись до машин, Гонтье понял, почему никто из оставшихся позади коллег не счел нужным прийти на помощь. Двое пытались вытащить третьего через дверцу горящей машины. Под градом камней ветровые стекла покрылись сеткой трещин, кузовы покорежило. Метательный снаряд раскроил Гонтье лоб, который тут же обильно закровоточил.
Стресса и страха было столько, что о стандартной процедуре все забыли. Четверо полицейских забились в дальний автомобиль, пятеро остальных сгрудились в микроавтобусе, стоящем у выезда. Гонтье сел за руль. Не осмотревшись, он рывком сдал назад и с металлическим грохотом врезался в стоящую за ним машину, которая еще не успела тронуться с места, смял крыло и покорежил капот. Толпа надвигалась. Теперь их разделяло всего несколько метров. Гонтье снова попытался скрыться, развернулся и включил первую скорость, отчего мотор взревел, а спидометр показал пятьдесят километров в час.
Выбравшись из этой переделки почти целым и невредимым, Гонтье переключил на вторую, изо всех сил нажав на акселератор и почти встав на педаль. У выезда из микрорайона на дорогу общего пользования он не посмотрел ни влево, ни вправо; подсознательным видением не пойми откуда возник скутер, врезался в дверцу и сделал сальто. Водитель скользнул по капоту и приземлился в двух