Ищу её - Юлия Чистякова
Леший теперь появляется всё реже, решив большую часть работы оставить мне. Я по-прежнему справляюсь с кошачьими домашними делами, умудряюсь спроваживать гостей из-за грани, какими бы страшными они ни были, и всё, можно сказать, хорошо, кроме одного: иногда днём мне снится тот дурной сон, который напугал меня в холодную ночь её долгого отсутствия. Пока я лежу во власти кошмара, лапы начинают дёргаться, зато от этих резких движений, что радует, получается проснуться. Омрачает моё существование и то, что нить, связывающая нас, так и не становится крепче, недавно мне даже показалось, что она потускнела. Показалось же? Неужели судьба хочет перемениться? Строптивый дух предупреждал меня об этом, но в подробности не вдавался, возможно, сам их не знал.
Время продолжало течь сквозь мои лапы, я решил быть готовым ко всему и не тревожиться понапрасну, иначе можно совсем поседеть от страха раньше положенного срока. Хозяйка вновь начала уходить по утрам и возвращаться ближе к вечеру. В воздухе начало неуловимо пахнуть сыростью, набирали силу прохладные ветра, поэтому окно на кухне оставляли открытым всё реже. Наступила осень, время дождей и хмурого неба. Пока редкие капли застенчиво стучатся в окна квартиры, но скоро они станут настойчивее, требуя, чтобы их впустили внутрь.
То ли осень так влияет на восприятие, то ли дурные сны, но сегодня мне было отчего-то душно и безрадостно, я томился, словно котёнок в ожидании первой самостоятельной охоты. Не лежалось, не спалось, не сиделось, можно сказать про такие моменты – не жилось. Пытаясь занять лапы, запрыгнул на штору, удивился собственной наглости, озираясь, сразу спрыгнул, вытащив когти из желтоватой плотной ткани. Всё сегодня не складывается, даже шерсть не слушается и топорщится, сколько ни вылизывай. А тут ещё и еда в миске кончилась, как на грех. Когда только успела?
Я не сводил глаз с пустого дна, когда внезапно услышал, как кто-то стучит в дверь.
«Свои сами открывают. Стучит, значит, чужой», – проносится в голове мысль, и я уже под ванной. Старая женщина открывает дверь: до меня доносится сразу несколько голосов, гости размещаются в комнате Хозяйки, видимо, потому что она ближе. Все разговаривают, кто-то, судя по звуку, налил и поставил чайник, ничего сверхъестественного, даже Леший не вылез проверить, что творится. Если бы не сны, я бы, может, даже вышел познакомиться.
– А вы кота не видели, когда входили? – спрашивает Бабушка у собеседников, хотя голос её подозрительно близко слышен под ванной.
– Не, ба, его не было в комнате, когда мы пришли, – отвечает чуть тише другой женский голос.
– Спрятался, наверное, из-за того, что чужие пришли. Спрятаться – спрятался, даже подозреваю куда, сейчас я вам его покажу, – произносит старая женщина, открывая дверь пыточной, где я и находился. Рукой она меня, естественно, достать не смогла, поэтому берёт швабру. – Подождите, вылезет как миленький.
– Ба, ты ж его ударишь, не надо… – пытается образумить гостья Бабушку, но всё зря – та вслепую начинает бить по стене совсем рядом со мной и раза с третьего даже попадает по мне.
– Что с ним будет? Не рассыплется, он гад, живучий! – Очередной тяжёлый удар свистит над ушами, я не выдерживаю и вылетаю из своего укромного места, иначе до вечера можно и не дожить. – Вот и кот, видишь, целёхонек, хоть сейчас на выставку.
– Ну нельзя так с животиной, бабушка. Смотри, красивый какой, – женщина с тёмной кожей и слегка вьющимися волосами, которая чем-то напоминала подругу Хозяйки и саму Хозяйку, аккуратно берёт меня на руки и заносит в комнату.
В кресле сидит мужчина той же расцветки, что и она, видимо, они семья. От гостьи пахнет природой: шерстью, глиной и птицей; аккуратно поглаживая меня по спине, она продолжила разговор с Бабушкой, иногда отвлекаясь на меня, а так как я не чувствовал угрозы, позволяю себе спокойно расположиться на её коленях. Стало понятно, что она не даст меня в обиду. Через некоторое время ко мне подходит мужчина, чуть погладив мой нос, грубо, но приятно чешет подбородок.
– Ну что, Цезарёныш, будешь жить с нами?
– В каком смысле? – Хоть большинство разговоров я по-прежнему не понимаю, озвученный вопрос меня сильно удивил: они будут жить с нами или…
– Да будет, куда он денется, – произносит старая сожительница с каким-то сомнительным и непонятным удовольствием.
– Будешь! Глазюки умные, понимающие, – мужчина смотрит на меня и продолжает: – Не, ну классный кот, добрый, общительный, детям точно понравится. Бабуль, мы его заберём, не переживай.
– А сестра точно не против? – спрашивает женщина у присутствующих с сомнением. – Кот ведь действительно классный.
– Куда ей деваться! Я же предупреждала, что выкину его иначе, так что лучше забирайте, раз он понравился. У вас там деревня, свой дом – ему раздолье. А тут он меня только мучает. Вот Дымка была хорошая кошка, а этот бестолковый…
– Ну нельзя так, бабушка, не по-человечески, я с сестрой переговорю, это всё же её питомец. Да и кошку нашу прошлую ты особо не жаловала. Помню, ей тоже доставалось тапками по закоркам.
До ужаса хочется пить, я спрыгиваю с коленей, не прислушиваясь более к разговору, от всего происходящего горло пересохло. Вот, значит, как бывает. Ты можешь готовиться к чему угодно и сколько угодно, а в один момент выяснится, что ты совсем не готов. Именно это я и осознал. Лапы мне кажутся негнущимися, а пол под ними, наоборот, слишком гибким и мягким – я проваливаюсь, словно в той воронке из сна, и, кажется, меня ничто не спасёт. Так ты выглядишь, слепая и безразличная Судьба? Что ж, я преклоняюсь, понимаю, что слаб перед тобой, поэтому молча жду твоего приговора, каким бы он ни был. Об одном прошу: передай мне свою волю через Хозяйку.
Пришла не она, а её тень. То, что, видимо, от неё осталось