Соленый раф для влюбленных - Виктория Арана

– Это непередаваемые эмоции. Когда ты выходишь под софиты, а людей перед тобой с каждым разом становится все больше. Они знают твои песни, поют вместе с тобой, кричат, хотят поболтать и сфотографироваться. Ощущение, будто тебя обнимает весь мир. Я ни на что другое не смогу это променять. Надеюсь, получится остаться на сцене как можно дольше.

У меня же на душе скребли кошки. Только сейчас я начала по-настоящему понимать, насколько же мало свободного времени у артистов. Из-за наших встреч он уже пропустил несколько репетиций, за что получил от друзей.

Слушая рассказы о том, как он пытался собрать первую аудиторию, я вела его в магазин. Близилось время ужина, нужно было купить продукты. Андрей решил, что не может отказаться от приглашения поесть мою еду, поэтому вызвался помочь во время готовки.

Это казалось странным. Он ведь знал, что дома его будет поджидать сумасшедшая фанатка. Но все равно хотел пойти, чтобы провести со мной побольше времени. Даже с условием, что придется познакомиться вообще со всеми жителями большой квартиры в Муравейнике.

Андрей не дал мне самой нести пакет с продуктами. Из-за этого я чувствовала себя неловко, пока мы шли к подъезду. Он еще и дверь придержал, пропуская меня вперед. Мы остановились у почтовых ящиков в ожидании лифта. Почему-то молчали, разглядывая друг друга.

Он будто пытался отыскать изменения в моем взгляде. Впрочем, я занималась тем же самым. Раскрытая информация была не пустяковой. Я нервничала. Все события последних дней вполне могли быть ненастоящими.

Вдруг ему понравилось играть с девушкой, ничего не знающей о нем? Или в традициях самых гадких фильмов он с кем-то поспорил? С той же Аней? Для этого не было буквально никаких предпосылок, но я почему-то распереживалась.

– Что ты делаешь с макаронами, что твои соседки от них в восторге? – спросил он, когда мы зашли в лифт.

– Да ничего такого. – Я пожала плечами. – Но Полина ест их, несмотря на непереносимость лактозы. Поэтому, если тебе нужно в туалет, сходи сразу.

В лифте раздался самый завораживающий смех на свете. Я, разумеется, не смогла сдержать улыбку. Он смеялся до самой входной двери.

– Так, верни серьезность. Нельзя смеяться над девочками.

– Я не над твоей соседкой смеюсь. – Андрей вытер пальцем выступившие слезы. – Больше над человеческими слабостями. В целом мы все такие. Если нам чего-то нельзя, то мы все равно это делаем, потому что хочется.

И не поспоришь. Подобным грешили вообще все мои знакомые да и я сама. Пропустила уже несколько тренировок только из-за того, что хотела провести больше времени с Андреем.

– Ты прав. И на последствия нам совершенно все равно.

Андрей кивнул, пропуская меня в квартиру первой. Коты сразу бросились нам под ноги, пришлось отгонять. На шум выбежала и Оля в своей лучшей одежде. В руках она держала мерч с Андреем.

Я смотрела на нее и не понимала, как умудрилась не узнать кумира соседки. Она буквально ходила в футболке с его фотографией. А голос Андрея я слышала сто раз, ведь через наушники все пробивалось. Иногда песни включались по кругу через динамики, ведь мы были не против ее фанатизма, если она не выкручивала громкость на максимум. Но как я могла все это до такой степени игнорировать?!

– Привет, Андрей! – слишком громко сказала Оля и покраснела.

– Привет, – сказал он, помогая мне снять парку.

– Мы все хотим есть! – крикнула Рита из своей комнаты.

– Я уже иду на кухню! – проорала я в ответ.

Мы быстро помыли руки и пошли готовить. Андрей вызвался помогать. Ему выпала самая сложная часть – порезать лук. Я же поставила воду для макарон и встала рядом с ним, чтобы натереть сыр. Учитывая количество людей, ингредиентов нужно подготовить много.

Время работало против нас. Таймер на кухонном гарнитуре подсказывал: мы нещадно опаздываем. Андрей кромсал лук, смаргивая слезы, боясь прикоснуться руками к лицу. Я терла сыр, будто от его количества зависела вся моя жизнь.

Когда пришло время сливать макароны, Андрей под моим чутким руководством забросил лук на чугунную сковороду. Пока я трясла спиральками из теста в дуршлаге, ему пришлось следить, чтобы ничего не пригорело. А мне нужно было согнать всю лишнюю воду.

– Оно начинает темнеть! – В голосе Андрея слышалась паника.

– Бегу!

В следующую секунду на сковороде оказались макароны. Пока мой помощник мешал их с луком, я взбила в миске майонез, сметану, яйца и тертый сыр.

– Оно пригорит! – Андрей продолжал паниковать.

– Сейчас мы их спасем, – успокоила я его, выливая получившуюся смесь в сковородку.

Он продолжал мешать, ошалело поглядывая на меня. Когда все равномерно распределилось, я разрешила ему остановиться, а затем щедро посыпала все остатками тертого сыра.

– Теперь в духовку.

Мы заранее ее включили, чтобы не испортить содержимое сковороды. Андрей рухнул на стул, странно поглядывая на меня.

– Это не похоже на макароны с сыром, которые я пробовал.

Я рассмеялась. Так говорили все до первой вилки. Понятно, что на студенческой кухне могло быть только подобие оригинального рецепта. Когда денег было совсем мало, я плавила дешевые сырки в воде и смешивала их с макаронами. Иногда с гречкой. Или с рисом. Зависело от того, что оставалось у нас в холодильнике. Главное, что всегда получалось вкусно.

На запах начали стягиваться девочки. Оля, поняв, что активные приготовления закончились и на нее никто не будет ругаться, прибежала первой. Она устроилась напротив Андрея и замерла практически не дыша.

– Оля, – представила я соседку.

– А я Рита, ее лучшая подружка!

Соседка с ярким макияжем заявилась в таинственном темном наряде, будто собиралась создать какую-то особую атмосферу. Рита редко так ходила. Только в дни, когда «с ней говорила Луна».

Полина и Маша появились вместе. Они обсуждали, как вредно есть макароны с сыром и что они ни за что на свете бы от этого не отказались. И ладно Маша, заботящаяся о фигуре. Полина, страдающая от непереносимости лактозы, – вот кто удивлял больше всех.

Она пила таблетки заранее. Лекарство не всегда ей помогало, но Полина все равно съедала свою порцию и иногда еще накладывала добавку. Рисковала всем ради вкуса.

Вскипел чайник. Я расставила разномастные кружки по столу, а потом разлила кипяток, предусмотрительно положив внутрь пакетики с химозным ягодным запахом.

Андрей наблюдал за мной и порывался встать на помощь. Приходилось придерживать его за плечо, чтобы он хоть немного расслабился. Все же он пришел ко мне в гости. И не должен был делать больше, чем сидеть и