Дело о старинном сундуке - Владислав А. Соколенко
– Посторонним вход воспрещён, парень. – С одутловатого, пышущего румянцем лица на Петю недобро смотрел единственный прищуренный глаз. Стальной крюк соскользнул, освободив мальчишескую руку. – Экскурсия окончена, тебя, небось, мамочка с папочкой по всей палубе ищут.
– И дедушка… – уточнил Петя, растирая заледеневшее от металлического холода запястье.
– Дедушка, бабушка, да хоть тень отца Гамлета! – свирепо рявкнул пузатый пират, почёсывая правой рукой крюк, который был у него вместо левой. – Брысь отсюда, покуда цел! А не то устроим тебе прогулку по доске. Старина Хулио тебе это быстро устроит! Эй, Хулио, тут какой-то парнишка хочет поближе познакомиться с местными акулами!
Рулевой обернулся на зов, свирепо оскалил немногочисленные зубы и медленно провёл грязной ладонью над кадыком.
– Но в Неве не водятся акулы… – несмело возразил Петя, на всякий случай пятясь назад.
Пират захохотал, прижав крюк к своему огромному животу, выпирающему из-под замызганного белого фартука.
– Ишь, какой смельчак! Ты ещё скажи, что здесь и кракенов нет! Ну, уморил, малец! – Кок утёр слёзы смеха засаленным колпаком. – Давай, двигай к своему дедушке, или кто там тебя сюда приволок, и больше не суй свой длинный нос куда не следует! Знаешь, что случается с теми, кто суётся куда не следует?
– Что?
– А ты у них спроси, дорогуша. Правда, вряд ли тебе ответят. – Кок снова залился раскатистым грубым смехом, развернул парнишку лицом к выходу и придал ему ускорение лёгким тычком.
Повесив голову, Петя уныло побрёл к трапу, перед которым столпились туристы, ожидая, когда судно пришвартуется. Напоследок Петя бросил взгляд на вход в кают-компанию в надежде ещё раз увидеть таинственные блики, но иллюминатор был надёжно скрыт за мясистым плечом кока, который, привалившись к двери, ковырял крюком в зубах.
* * *
– Витя, передай мне, пожалуйста, варенье из хурмы. – Николай Семёнович шумно отхлебнул чай и откинулся на спинку любимого кресла.
Заслышав в тысячный раз за сегодня о хурме, Виктор непроизвольно попытался сделать мужественное лицо, но осознал, что он больше не часть команды, а всего лишь добропорядочный отец семейства, расслабился и, передав тестю варенье, с наслаждением занялся печеньем.
– Ох, ну каков всё же красавчик! Настоящий пират! – Варвара не уставала любоваться фотографией мужа в образе морского разбойника, которую она уже распечатала и вставила в солидную резную рамку. – Надо будет после ужина повесить портрет на стену, на самое видное место, чтобы все могли любоваться!
– Да, славная вышла прогулочка. – Дедушка одобрительно закивал, наливая себе ещё чашечку чаю. – Я, почитай, годков двадцать с плеч скинул, тоже почувствовал себя флибустьером, хе-хе!
Виктор оскорблённо вскинул голову.
– Да будет вам известно, достопочтенный Николай Семёнович, что в этом доме может быть только один флибустьер! И он перед вами! – Старательно сделав мужественное лицо, он нервным движением поправил очки на переносице и принял героическую позу, как на портрете.
Под шумок Петя улизнул в свою комнату. Какая разница, сколько в доме флибустьеров? На судне пригодится каждый. Кстати, а сколько их было сегодня на корабле, если, конечно, не считать папу? Капитан, кок, рулевой, квартирмейстер, Маленький Джон…
Дверцы шкафа протяжно запели, и в комнату ввалился запыхавшийся Волк.
– Фух, еле удрал! Представляешь, оказывается, эти инопланетяне с Алиота[4], ну, что в ковше Большой Медведицы, считают медведей священными созданиями, а всех остальных животных – подлежащими немедленному уничтожению, потому что они-де оскорбляют их чувство прекрасного! Кто бы говорил о прекрасном! У этих… медведянцев? Медведцев? Медведок? Медведовцев? В общем, у этих чудиков у самих по три носа, ухо на лбу, а туда же, эстеты!.. – Волк плюхнулся на кровать рядом с другом перевести дух. – Веришь, еле лапы унёс! Нет уж, больше я в этот медвековшик не сунусь, и не просите!
– Да никто и не просит, успокойся.
– Ну, а ты как провёл этот чудесный весенний день? В тихом и спокойном семейном кругу? – Волк устроился на диване поудобнее и с наслаждением распрямил гудящие от межзвёздного кросса лапы. – Не такое уж это простое дело – удирать от инопланетных братьев по разуму! Пришлось мчаться, словно Гончий Пёс[5]. Хорошо ещё, что смог удрать через какую-то кастрюлю. Судя по запаху, в ней как раз готовили обед из неэстетичных живых организмов вроде меня. Я внутрь прошмыгнул, крышкой накрылся да и был таков, остались они без супчика!
Петя едва заметно поморщился: из-за стены доносился жаркий спор его семейного круга о том, как правильно забивать гвоздь для портрета. Дедушка, по обыкновению, громогласно руководил процессом, мама прижимала драгоценный фотошедевр к сердцу, а папа пытался забить гвоздь согласно ценным указаниям.
– В кругу, да. Ездили на речную прогулку, катались на пиратском корабле.
– На всамделишном, что ли? – Волк от удивления взмахнул хвостом. – Или стилизованном?
– Да как тебе сказать. – Петя задумчиво развёл руками. – Честно, я не понял. Странный он какой-то. Слишком… натуральный, что ли. Всё как-то чересчур здорово, понимаешь? Паруса рваные, пластинки старые на граммофоне крутятся, а пираты на речников или актёров ну ни капельки не похожи! Экскурсовод слова коверкает, даже по путеводителю читает с ошибками. И такое ощущение, что они прячут что-то. Или кого-то.
– Что прячут? Где? – Волк насторожённо повёл ушами.
– Где-то на корабле. Я хотел разведать, но без тебя никак, в одиночку не справиться, дело серьёзное. Я сунулся было в самую подозрительную каюту, а на меня кок напустился, обещал акулам скормить… Руку мне чуть своим крюком не оторвал! – Петя сунул под нос Волку запястье без малейших следов травм. – Интересно, как он на камбузе с ним управляется?
– Да какие в Неве акулы, шутишь, что ли? – Волк пренебрежительно взмахнул лапой. – Корюшка разве что, так она не хищная.
– Я ему так и сказал! – торопливо объяснил мальчик. – Говорю, нет здесь никаких акул! А он давай хохотать… И взгляд у него такой был… Недобрый. А сам меня от каюты оттирает, вроде как чтобы я ничего лишнего не увидел. И звуки там были какие-то странные, будто стучит и булькает кто-то. А ещё иллюминатор светится. Не нравится мне это. Они что-то скрывают! А вдруг они кого-то похитили и держат в заложниках, чтобы получить выкуп?
– Скорее всего, ничего подозрительного там нет. Мало ли где какие звуки. Может, в животе у кого бурлило, – рассудительно заявил Волк. – Но на всякий случай я бы разведал, мало ли. Вдруг там и правда кому-то нужна помощь. Погнали, чего рассиживаться-то? – Волк подскочил и тут же оказался у двери.
– Днём мы смешаемся с туристами и незаметно проскользнём на корабль, а вот ночью будем как