Времятрясение - Линда Бакли-Арчер

Уильям постарался не ухмыльнуться. Да, правда, целились солдаты великолепно.

— Слушаюсь, милорд. — Уильям захлопнул дверцу машины и наклонился, чтобы назвать адрес шоферу.

— «Фронсис Таверн», будьте любезны, дружище, да поторопитесь.

Позже Уильям и солдаты, последний раз замеченные в военных действиях Семилетней войны осенью 1762 года, пили холодное пиво в баре на Шестой авеню. Бар принадлежал лохматому ирландцу Майклу. Майкл считал английских вояк актерами, не желавшими выходить из роли. «Актеры», взгромоздившись на высокие стулья и сгорбившись над барной стойкой, рассматривали фотографии большой семьи Майкла, а тот уговаривал гостей поездить по Америке, где можно добиться всего, если много и упорно работать. После бара компания отправилась в ближайший пустой кинотеатр на Вест-Хастон-стрит, где шла трилогия «Властелин колец». Они уже в третий раз сидели перед волшебным экраном, к тому же Уильям купил им огромное количество печенья. Когда первая серия подходила к концу и смертельно раненый Боромир храбро сражался против врагов, Уильям с трудом удержал солдат от того, чтобы они не кинулись на помощь герою. Когда же благородный Арагорн поразил своего мерзкого недруга, солдаты вскочили и одобрительно завопили. Они стали обниматься и, колотя по воздуху кулаками, во всю глотку орать: «Ура!» Когда Боромир умер и Арагорн произнес похоронную речь, солдаты расчувствовались до слез. Два подростка, смотревшие фильм, наверное, уже в тридцатый раз, с интересом поглядывали на крепких взрослых мужчин, которые явно испытывали те же чувства, что и они сами. Мальчики не могли бы объяснить, почему снова и снова возвращаются смотреть этот фильм и почему настоящая жизнь, по большей части, не соответствует сказке…

Уильям, будучи более сдержанным, лишь промокнул глаза платком. В будущем он увидел много чудес, но ни одно из них не произвело такого впечатления, как эти фильмы. Вообще-то Уильям часто испытывал тоску по дому. Но что будет, подумал он, когда придется привыкать к жизни без большого экрана? Ведь это наверняка однажды произойдет, его хозяин, в конце концов вернется домой…

Когда сержант Томас и его парни вернулись на Принс-стрит, лорд Льюксон выходил из представительного здания на углу Бродвея и Перла. Он посетил музей «Фронсис Таверн», чьи стенды с экспонатами времен американской революции натолкнули английского аристократа на мысли о преступных действиях. Когда лорд Льюксон проходил мимо портретов знаменитых сынов Америки, он вспомнил отца и его братьев, их портреты висели в Темпест-Хаузе. Эти гордые воины никогда не скрывали своего скверного мнения о Льюксоне, но теперь все их достижения, сложенные вместе, окажутся пустяком, по сравнению с дерзким планом, который ОН придумал.

Солнце палило, и лорд Льюксон щурился от слишком яркого света. Он шел в сопровождении двух тщательно выбранных манхэттенских знакомых — черноволосой миссис Стейси, в жемчугах и безупречном алом льняном костюме, и Алисой, ее племянницей, студенткой исторического факультета Принстона. Алисе было чуть больше двадцати, девушка с лицом эльфа, с блестящими, коротко стриженными каштановыми волосами. Она была одета в черные, модные шорты. То, как Алиса вела экскурсию по музею, превзошло все ожидания лорда Льюксона. Комментарии Алисы были проницательными и безупречными. «Я хорошо выбрал гида», — подумал лорд Льюксон. Девушка интересно мыслила — она знала о восемнадцатом веке больше, чем ОН САМ мог бы рассказать. Однако то, что леди посчитала для себя приемлемым надеть шорты, его поражало.

— Мадам, вы уверены, что это одно из старейших зданий Нью-Йорка? — с сардонической усмешкой спросил лорд Льюксон.

— Ну, ну, будьте умницей, лорд Льюксон, — засмеялась миссис Стейси и обернулась к племяннице. — Алиса, я вижу, трудно будет произвести впечатление на того, кто владеет в Шотландии замком тринадцатого века.

Алиса изумилась.

— Замком?

— О, я редко там бываю. Уверяю вас, мадам, на свете существует множество пещер, которые оборудованы более комфортабельно… Я обычно живу в моем поместье в Суррее или в городском доме на Берд-Кейдж-Уолк.

Алиса заправила прядь волос за ухо.

— Берд-Кейдж-Уолк?

— Да. Из моего дома открывается превосходный вид на Сент-Джеймс-Парк.

— Превосходный вид… — повторила Алиса, которую поразила эта фраза. — Я много раз проходила мимо вашего дома. Берд-Кейдж-Уолк — что за прекрасный адрес! И мне нравится, что Чарльз II ввел обычай называть улицы в честь животных из его зверинца.

— Желала бы я иметь такую голову, как у тебя, Алиса, чтобы помнить столько фактов, — сказала миссис Стейси. — Мне трудно даже запомнить, кто выиграл последний суперкубок.

— Простите, тетя Лаура, я бываю невыносима. Мне надо оставить занятия историей.

— Боже сохрани, ни в коем случае! — воскликнул лорд Льюксон. — О вас так много рассказывали. Именно потому, что я был наслышан о вашей образованности, я с таким нетерпением ждал этого рандеву — и, уверяю вас, нисколько не разочарован. Честно говоря, я рассчитывал поумнеть, побывав в вашем обществе.

Лорд Льюксон отвесил Алисе почтительный поклон.

— Ах, какой джентльмен! — воскликнула миссис Стейси, прижав руку к сердцу. — Вы существо редкостной породы. Надеюсь, вы не обернетесь волком в овечьей шкуре!

На что лорд Льюксон звучно завыл, немало удивив проходивших мимо людей. Обе спутницы громко рассмеялись.

Этот красивый милорд оказался интересным собеседником, хотя и упорно говорил языком какой-то исторической пьесы. Миссис Стейси даже предложила лорду Льюксону воспользоваться ее летним домом в Хэмптонс, если понадобится. На лорда Льюксона, впрочем, звездные светские связи миссис Стейси произвели меньшее впечатление, чем познания Алисы в американской истории. Алиса была заинтригована лордом Льюксоном, но что-то в нем ее настораживало. Он с восторженным вниманием слушал все, что она говорила об экспонатах музея; его манеры казались старомодными до эксцентричности — и это, несомненно, было притворством, но она чувствовала, что под холодной англо-саксонской внешностью скрывается какая-то тайна. И потому не могла ему довериться. Но по крайней мере, с ним не скучно…

— Ха! — воскликнула миссис Стейси, постукивая пальцами по музейному каталогу. — Вот то, что я искала. Прощальная речь Вашингтона.

— Вашингтон? Это имя мне незнакомо…

Алиса ухмыльнулась. Этому парню нравится всех разыгрывать.

— Генерал Джордж Вашингтон — первый президент Америки. Война за независимость, слышали о такой?

В ответ лорд Льюксон одарил Алису улыбкой.

— Неужто правда? Право слово! Очаровательно…

— Право слово… — медленно повторила Алиса.

— Только представьте, — продолжала миссис Стейси, — Вашингтон попрощался со своими людьми именно в этом здании. После такой громкой победы над британцами…

Алиса, не удержавшись, расхохоталась.

— Тетя Лаура, пощадите чувства нашего английского гостя!

Лорда Льюксона восхитило сверкание кроваво-красного лака на ногтях миссис Стейси.

— Слушайте: «С сердцем, полным любви и благодарности, я покидаю вас. Я благоговейно желаю, чтобы ваши последующие