Дорогой Скотт, дражайшая Зельда - Зельда Фицджеральд

В Лондоне Фицджеральды ужинали с английским романистом Джоном Голсуорси, драматургом и критиком Сент-Джоном Эрвином и ирландским драматургом Ленноксом Робинсоном, а также обедали с леди Рэндольф Черчилль и ее сыном Уинстоном. Они съездили в Париж, Венецию и Рим, после чего вернулись в Лондон и в июле отплыли в Америку. Эта первая поездка в Европу не слишком их впечатлила, как позже подчеркнул Скотт в письме своему университетскому приятелю Эдмунду Уилсону:

«Будь проклят этот европейский континент. Он вызывает только лишь антикварный интерес. Рим всего на несколько лет отстает от Тира + Вавилона… От Франции меня стошнило. Глупая поза обиженной, которую должен спасать мир. Я считаю позором то, что Англия + Америка не позволили Германии завоевать Европу. Это единственное, что могло бы спасти нагромождение старых развалюх».

Вернувшись, Скотт и Зельда поселились в Сент-Поле, где Зельда впервые встретилась с родителями Скотта. Скотт провел осень, правя «Прекрасных и проклятых» для книжной публикации. 26 октября 1921 года родилась их дочь, Фрэнсис Скотт Фицджеральд; в своем «Гроссбухе» Скотт записывает слова Зельды на ее рождение: «Надеюсь, она красива и глупа – прекрасная маленькая дурочка» – слова, впоследствии вложенные им в уста Дэйзи Бьюкенен в «Великом Гэтсби».

В марте 1922 года Фицджеральды вернулись в Нью-Йорк к публикации «Прекрасных и проклятых», и, если верить Мэттью Брукколи в его биографии Фицджеральда «Своего рода эпическое величие» (Some Sort of Epic Grandeur), Зельда должна была сделать аборт, отказываясь заводить второго ребенка сразу после первого. Хотя роман получил в целом весьма прохладные отзывы рецензентов, ожидавших еще один «По эту сторону рая», продавался он совсем не плохо. Лето Фицджеральды провели неподалеку от Сент-Пола, в яхт-клубе «Белый медведь», где Скотт готовил второй сборник рассказов «Сказки века джаза», опубликованный в сентябре, примерно в то время, когда пара арендовала небольшой дом на Гейтуэй Драйв в Грейт-Неке на Лонг-Айленде. Весной и летом 1922 года Зельда начинает публиковать в газетах и журналах короткие юмористические рассказы, в том числе ироническую рецензию на «Прекрасных и проклятых» в «Нью-Йорк трибюн». Осенью 1923 года на вопрос интервьюера Baltimore Sun, честолюбива ли она, Зельда ответила: «Не особенно, но я полна надежд. Я не желаю вступать в сообщества. Никаких комитетов. Я не активистка. Просто быть собой и наслаждаться жизнью».

В Грейт-Неке Фицджеральды оказались в пестром обществе писателей, деятелей шоу-бизнеса, светской публики и бутлегеров, появившихся потом в разных обличьях в третьем романе Скотта. Среди тех, с кем они регулярно проводили время, были комики Эд Уинн и Эдди Кантор, светский лев Герберт Баярд Своуп, драматург Сидни Ховард, киномагнат Сэмюэл Голдвин, писатели Ринг Ларднер и Джон Дос Пассос. Скотт очень подружился с Ларднером, убедил Scribners опубликовать его юмористические рассказы, постоянно с ним пил и куролесил. В эссе «Как прожить год на 36 000 долларов» Скотт объяснял, что «у многих уставших от жизни нью-йоркцев вошло в привычку проводить выходные в загородном доме Фицджеральдов». В течение некоторого времени Скотт пытался, пусть и безуспешно, заинтересовать бродвейских продюсеров в постановке написанной им пьесы, политической сатиры под названием «Размазня» (The Vegetable) (опубликована Scribners в апреле 1925 года); в конце концов пьесу взял Сэм Харрис, но она с треском провалилась на пробном загородном показе в Атлантик-Сити в ноябре 1923 года (в «Как прожить год на 36 000 долларов» Скотт не без сожаления замечает: «После второго акта я хотел остановить представление и сообщить, что все это было ошибкой, но актеры героически продолжили борьбу). Отрезвленный провалом пьесы и, как обычно, погрязший в долгах издателю и литагенту, Скотт завязал со спиртным. Между концом 1923 года и весной 1924-го он написал десять рассказов, позволивших посвятить лето работе над новым романом. Несмотря на доходы от рассказов – в 1923 году он заработал более двадцати восьми тысяч долларов – у Скотта и Зельды никогда не оставалось денег после оплаты расходов, необходимых для поддержания их образа жизни.

Разочарованные невозможностью выжить в дорогом Грейт-Неке, Скотт и Зельда в апреле 1924 года решили отправиться в Европу и поселиться на Ривьере, где за доллар давали девятнадцать франков. «Мы отправились в Старый Свет, чтобы отыскать новый ритм для наших жизней, – пишет Скотт почти сразу после прибытия в эссе «Как жить целый год практически бесплатно», – с искренней убежденностью, что себя прежних мы навсегда оставили позади». Скотт сберег семь тысяч долларов из денег, полученных за рассказы, и собирался работать только над романом, пока его не закончит, в чем и преуспел. В то время как Скотт с головой погрузился в работу, в июле 1924 года у Зельды завязались романтические отношения с молодым и красивым французским авиатором Эдуардом Жозаном. Хотя впоследствии и Скотт, и Зельда использовали этот сюжет в своих произведениях – Зельда в романе «Спаси меня, вальс» (1932), а Скотт в множестве рассказов и романах «Великий Гэтсби» (1925) и «Ночь нежна» (1934) – и хотя Скотт, несомненно, был опустошен этим событием (он отмечал в своей записной книжке: «Я знал, что случилось нечто, не подлежащее исправлению»), мы вряд ли когда-нибудь узнаем, насколько далеко зашли эти отношения (Жозан описывал их не более как легким флиртом).

Как бы то ни было, отношения Жозана и Зельды несомненно внесли свой вклад в сюжет и атмосферу романа, завершенного Скоттом в конце октября 1924 года, его маленького шедевра «Великого Гэтсби». Как он писал о книге своему другу Ладлоу Фоулеру в августе 1924 года, «весь смысл» ее «в утрате тех иллюзий, что окрашивают мир такими красками, что тебя не заботит, истинно ли окружающее или ложно, пока оно обладает завораживающим великолепием».

Тем же летом 1924 года на Ривьере Фицджеральды тесно сблизились с богатыми американцами Джеральдом и Сарой Мерфи, с которыми познакомились в Париже в мае 1924-го. Мерфи, в свою очередь, ввели их в свой круг писателей, композиторов и художников, включающий Пабло Пикассо, Коула Портера, Арчибальда Маклиша, Фернана Леже, Филипа Бэрри, Рудольфа Валентино, Дороти Паркер и Роберта Бенчли. Своим девизом Мерфи выбрали старую испанскую поговорку: «Хорошая жизнь – это лучшая месть». Именно тогда Скотт познакомился с творчеством Эрнеста Хемингуэя, прочитав его последний сборник рассказов «В наше время», недавно опубликованный в Париже, и рекомендовал молодого автора своему редактору в Scribners Максвеллу Перкинсу.

Поскольку жизнь во Франции даже с выгодным обменным курсом оказалась не по карману Скотту и Зельде, после того как Скотт в конце октября послал в Scribners «Великого Гэтсби», они решили провести зиму в Риме и на Капри (в Италии обменный курс был ниже, чем во Франции). Несмотря на неприязнь Скотта