Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ
— Вперед, мисс, не бойся!
Полин поднялась на три ступеньки, перекинула ногу через седло и осторожно села. Кобыла дернулась, и Полин пошатнулась: уцепиться было не за что, но она смогла удержать равновесие. Билли-Перл вставила ее ноги в стремена.
— Так! Теперь бери поводья, да, вот так. Выпрямись и опусти плечи.
Полин огляделась и поняла, что возвышается над Билли-Перл и надо всем вокруг. Это ощущение не было неприятным.
— Сейчас я буду водить твою лошадь. Но в следующий раз ты будешь управлять ею сама. Готова?
Полин кивнула. Билли-Перл взяла Ракету под уздцы и повела ее в более просторный загон. Полин смотрела прямо перед собой, на голову Ракеты между ушами, вытянувшись и судорожно сжав руки. Плавные движения лошади подчеркивали ее скованность.
— Эй! — окликнула ее Билли-Перл. — Тебе надо расслабиться, мисс. Надо улавливать движения лошади. Следовать за ними.
Это было нелегко, но Полин очень старалась. Ей хотелось показать этой удивительной девочке, на что она способна, а главное, ей хотелось слиться с Ракетой, хотя бы на один головокружительный миг стать с ней единым целым. Они сделали несколько кругов по загону, и Полин наконец почувствовала себя уверенно в седле и расслабилась.
— Ну вот, я же говорила, что получится, — подбадривала ее Билли-Перл. — Я тебе говорила!
Полин порозовела от удовольствия. Ей уже не хотелось слезать с лошади, ей хотелось учиться дальше. Она сама удивлялась собственному упорству.
— А что в мустангах такого особенного? — спросила она новую подругу.
— Я не специалист. Спроси лучше Велму.
— Но ты же знаешь, почему так любишь их?
Билли-Перл ласково погладила Ракету по голове, провела ладонью по ее крупу. Полин на такое пока не решалась, но очень хотела попробовать. Билли-Перл сказала, что лошадей любила всегда. Ее отец был владельцем соседнего ранчо. Он часто работал с Джонстонами, хотя разводил крупный рогатый скот. У них в доме к мустангам всегда относились с уважением и любовью, они ведь были легендой Дикого Запада. От одной мысли, что им могут причинить зло, Билли-Перл становилось плохо.
— А им причиняют много зла, — тихо сказала она. — Знала бы ты, чего мы тут насмотрелись. Как отвратительно с ними обращаются мустангеры!
— Мустангеры?
— Так называют мерзавцев, которые приезжают охотиться на них. С лассо, грузовиками, самолетами… Потом сдают лошадей на скотобойню, на корм для собак. Чтоб они сдохли!
Билли-Перл плюнула на землю и прибавила несколько крепких ругательств. Полин никогда не позволили бы так выражаться. Она была одновременно восхищена и шокирована.
— Мне бы очень хотелось снова сюда приехать. Но я не знаю как.
Билли-Перл пожала плечами.
— Запросто. Велма ездит в Рино каждый день. Кажется, твой отец возражать не будет.
— Мой отец давно умер. Даг мой отчим, но я его обожаю.
— А он тебя, сразу видно.
— Чем ты хочешь заниматься в будущем?
— А ты как думаешь?
— Знаю — лошадьми!
— Угадала!
Полин часто вспоминала эту встречу на ранчо Велмы Джонстон. Она положила начало их дружбе с Билли-Перл, дружбе глубокой и искренней, которая выдержала испытание временем и жизненными трудностями. Тем летом — летом 1952 года — они стали неразлучны. Каждый день во время длинных каникул Велма, Чарли и Даг по очереди привозили Полин на ранчо, а потом отвозили назад в Рино, так что она виделась с Билли-Перл постоянно. Взрослые понимали, насколько важна эта дружба. Все, кроме Марсель.
Полин на ранчо нравилось все — люди, лошади, загоны, запах соломы, навоза и пота. Очень скоро она выучила имена всех лошадей и перестала их бояться. Она все увереннее держалась в седле, хотя прекрасно понимала, что никогда не достигнет уровня Билли-Перл — эта девочка словно родилась верхом на мустанге. Полин познакомилась и с единомышленниками Велмы — людьми разных возрастов, которые приехали из разных уголков Невады и даже из соседней Калифорнии. Объединяло их желание защитить диких лошадей. Доктор О’Брайен, ветеринар с певучим ирландским акцентом и большим черным саквояжем, стал любимцем Полин. Он приезжал на ранчо раз в неделю, и она обожала наблюдать, как он работает: ласково говорит с лошадьми, перевязывает раны, дает лекарство.
За то первое лето Полин стала на ранчо своей. Она проводила с новой подругой, Джонстонами и мустангами очень много времени, и это не нравилось Марсель. Она считала, что верховая езда и работа на ранчо — неподходящие занятия для юной парижанки из хорошей семьи. Кончится тем, что Полин станет похожа на эту Билли-Перл, невоспитанную девчонку, больше похожую на сорванца с грубыми манерами. Даг всегда вставал на защиту Полин и ее подруги, из-за этого супруги часто ссорились, но, несмотря ни на что, Полин снова и снова возвращалась в Уордсворт, где со временем превратилась в настоящую наездницу.
Прошло три года. Полин и Билли-Перл скакали на лошадях и ухаживали за ними. На ранчо Джонстонов становилось все больше спасенных мустангов. Велма пользовалась огромным уважением, к движению по защите диких лошадей присоединялось все больше людей. В 1955 году после яростных дебатов с чиновником из Бюро по управлению земельными ресурсами Велма получила прозвище Энни Бешеная Лошадь. Так окрестил ее журналист из местной газеты.
1955 год был отмечен двумя событиями, которые наложили отпечаток на жизнь Полин. Умерла ее бабушка, мать Марсель, и они полетели в Париж на похороны. И Полин, и Марсель впервые путешествовали на самолете. С тех пор как они покинули Францию, прошло десять лет. Подавленная горем Марсель при виде семьи и друзей зарыдала. Она так тосковала по Парижу! Полин испытывала другие чувства: она была рада повидаться с близкими, но Париж перестал быть для нее родным городом, она очень скоро это почувствовала. Он показался ей серым, грязным и тесным. Машины и пешеходы спешили куда-то, как муравьи. Воздух был спертым. Ей не хватало Дага. И Билли-Перл. А еще Ракеты и Тундры. Ей были необходимы дикие просторы, невероятные пустынные пейзажи, бескрайнее небо, постоянно меняющее цвет, холодные даже в разгар знойного лета воды озера Тахо, в котором они любили купаться с Джимми и Дагом во время каникул. Она скучала по Рино, соседям и друзьям, по Дэйзи из магазина «Все по пять центов», по одноклассникам и учителям. Марсель не могла сдержать слез, расставаясь с Парижем, а Полин хотелось как можно скорее очутиться в Неваде.
В том же году на Рождество после невероятной грозы Траки разлилась и затопила Рино и окрестности. Наводнение нанесло городу большой ущерб, и понадобилась не одна неделя, чтобы справиться с его последствиями. Ранчо Чарли и Велмы было частично затоплено, и несколько дней до него нельзя было добраться. Но Полин успокоили: Джонстоны в порядке, все мустанги живы и здоровы.