Жизнь Горбачева - Николай А. Андреев
А уж Черняев повидал партийных вождей местного масштаба, знал их посконную натуру.
В 1976 году М. С. ездил во Францию. Возглавлял делегацию партработников. Под Тулузой встретились с семьёй фермера. Проговорили часа три. Больше всего М. С. заинтересовало, как фермер встроен в систему кооперационных связей – техническое обслуживание, переработка, сбыт. Узнал много интересного, но сделал вывод: дома этот опыт не пригодится, потому что нет такой свободы хозяйствования. Но главным было иное – за всеми деталями производственного процесса просматривался личный интерес работника. Чего в колхозе и в помине не было. У колхозника психология батрака.
Читаешь отчёты М. С. о поездках в капиталистические страны, остаётся непонятным: а чем полезны они были для него? Скажем, Бакатин откровенно пишет: «Две недели в ФРГ. Загнивающий капитализм показался мне раем. Встречи с рабочим классом Рура убедили, что никто и не думает о социалистической революции. Коммунистов мало. Больше всего поразило действительно товарищеские, простые, без тени полхалимажа отношения немецких коммунистов». Мог такое написать М. С.? Не уверен.
Вот и Виктор Степанович Черномырдин о том же, что и Бакатин: «Присмотрелись и увидели, что гнилой Запад живёт по несколько иным законам, люди там живут по-другому. Как ни крепок был железный занавес, а слышали и видели, как там народ живёт. Сравнивали, задумывались. Вроде жизнь улучшается, а она улучшалась по сравнению с пятидесятыми, шестидесятыми годами. А если сравнить с западной жизнью?»
И вот что интересно: ни в одной стране не почувствовал М. С. враждебности по отношению к себе, вообще к советским людям. Ни идеология, ни железный занавес не развели людей окончательно, не посеяли вражду. Поражала открытость, раскованность собеседников, их свободные суждения обо всём, в том числе о деятельности своих правительств, любых политиков национального или регионального масштаба. Подобных свободных суждений члены КПСС позволить себе не могли. Не могли позволить ни за рубежом, ни дома. За рубежом демонстрировали несокрушимую сплочённость и единство взглядов по всем вопросам.
Многое за границей вызвало у М. С. неприятие. Он укрепился во мнении: народное образование и медицинское обслуживание организованы в СССР на более справедливых принципах. И ставка на общественный транспорт казалась предпочтительней перед другими способами решения транспортной проблемы в городах. Но вот что касается функционирования гражданского общества, политической системы, то априорная вера в преимущества социалистической демократии перед буржуазной была поколеблена. Но, пожалуй, самое важное, вынесенное М. С. из поездок за рубеж, – он увидел: люди живут там в лучших условиях, более обеспечены, взгляд у них открытый, в разговоре доброжелательность.
Почему мы живём хуже других развитых стран? – мучил этот вопрос М. С., сильно допекал. Ответа на него он не знал. И, чувствуется, не искал.
Хотя выводы делал тогда смелые. Пишет в воспоминаниях: «Явно обозначившееся отставание в уровне и качестве жизни, в области передовых технологий, казалось, не очень беспокоило руководящих старцев. Вместо того чтобы искать способы преодоления этого отставания, не допустить вползания страны и системы во всё более глубокий кризис, в руководстве были озабочены сочинением новых искусственных идеологических концепций, которые должны были освятить существующие реальности и выдать их за достижения исторического масштаба». Но до вывода, что СССР проиграл идеологическую войну, М. С. не докатился.
Коммунисты на Западе к тому времени прекрасно знали, что именно построено в СССР. Сантъяго Каррильо, руководитель испанских коммунистов, говорил советским товарищам:
«Невозможно, чтобы такой страной как ваша, великой, мощной, с таким прошлым, таким значением для всего человечества, чтобы такой страной управляли хилые старички, ни на что неспособные. Доведёте вы свою страну до того, что у вас начнутся польские, венгерские или чешские события. Это будет катастрофа. И не только для вас, для всех нас тоже. Вот почему мы не можем и не будем молчать. И если вы сами не хотите разобраться по-ленински в своих проблемах и заглянуть правде в глаза, то мы обязаны тыкать вас носом. Предупреждать вас об опасности, попытаться вызывать у вас тревогу».
Не вызвал лидер испанских коммунистов тревогу у хилых старичков. Каррильо был объявлен антисоветчиком. А ведь так всё и произошло в СССР, как он предсказывал.
Член политбюро Британской компартии Берт Рамельсон говорил: «Я-то в состоянии вас понять, залезть в вашу шкуру. Но убедить у себя простого рабочего парня я уже не могу. И я, и рабочий парень не понимаем вот чего: если, сажая инакомыслящих в тюрьму, вы уверены в своей правоте, то почему не пускаете на суд иностранных журналистов? Раз вы этого не делаете, то простой человек на Западе не верит в чистоту ваших помыслов».
Да и внутри страны было полно понимающих людей. Причём настроенных отнюдь не антисоветски.
М. С. пришёл к выводу: начать перемены в стране реально только сверху. Это в значительной мере определило его отношение к предложению перейти на работу в ЦК КПСС. Хотя вряд ли он тогда поставил себе цель: стану главным в стране и поставлю её на правильные рельсы развития.
Часть вторая
Тревога и нетерпение
Почти девять лет проработал М. С. первым секретарём в Ставрополе. И если в первые годы партийной карьеры у него нет-нет да и возникала мысль, не заняться ли чем-нибудь другим, то работа секретаря крайкома партии окончательно убедила в надёжности сделанного выбора: его жизненное предназначение – вести массы за собой. Политика взяла верх. Ей отданы лучшие годы жизни, он почувствовал её вкус, и этот мир захватил его полностью.
Болдин утверждает: «Само время двигало его по кабинетам и коридорам ставропольской власти, пока весной 1970 года он не оказался на вершине той пирамиды, с которой хорошо просматривался московский Кремль».
Нет, время не двигает серых, одномерных, узколобых. М. С. не из этого унылого ряда, он отличался убеждённостью в правоте своего дела, контактностью, умением придумать неожиданное. Он – человек творческий. Свою карьеру он
Ознакомительная версия. Доступно 47 из 234 стр.