Париж в руинах: любовь, война и рождение импрессионизма - Себастьян Сми
Еще одним завсегдатаем этих еженедельных вечеров был друг Мане Эдгар Дега. Эти двое, уже какое-то время испытывавшие друг к другу симпатию, в последнее время стали сближаться. У них и впрямь было много общего: Дега родился в состоятельной семье, как и Мане. Правда, его мать, происходившая из знатной креольской семьи в Луизиане, умерла, когда ему было тринадцать лет, так что его воспитанием занимались мужчины. Он получил образование в лучшей школе Парижа, но, будучи одаренным рисовальщиком, решил заняться искусством, хотя его отец поначалу не одобрял это занятие. У Дега был угрюмый и одновременно ироничный ум, и он не любил тратить время на беседы и ненавидел лицемерие.
Зимой 1868 года Дега принес в квартиру Мане на улице Санкт-Петербург мольберт и кисти: Эдуард и его жена позировали ему для парного портрета. Портретная живопись в то время была крайне важна для творчества Дега, но его не интересовали портреты, подчеркивающие статус и семейные связи. Вместо этого он пытался создавать современные, психологически острые портреты, в которых бы бесстрастно оценивались человеческие характеры. На портрете супругов Мане, написанном Дега, Эдуард изображен развалившимся на диване – скучающим, разочарованным или погруженным в задумчивость (трудно сказать, по какому поводу), а Сюзанна – сидящей за фортепиано. Что-то в этой картине беспокоило Эдуарда. Возможно, он увидел здесь не слишком лестное изображение своей жены или, возможно (что было куда хуже), его задел излишне откровенный комментарий Дега относительно его брака и того, что он прочел в нем – отчужденность и разочарование. Эдуард принял картину в подарок, однако, вернувшись в свою мастерскую, испытал необъяснимый приступ гнева, взял нож и отрезал ту часть холста, на которой была изображена половина фигуры Сюзанны. Когда Дега узнал о поступке друга, то, пораженный, он попросил вернуть картину. Этот инцидент привел к охлаждению между ними – какое-то время Дега и Мане не разговаривали. Берта, как и все остальные, могла только догадываться о причине такого поступка Эдуарда. Вместе с тем она беспокоилась, что ее недавнее вступление в их круг могло иметь к этому какое-то отношение. Оба мужчины слегка флиртовали с ней. Ее подстегивали сплетни и слухи, но открытого скандала она остерегалась.
Дега, безусловно, мог быть довольно колючим в общении. Его характер, неприступный и отстраненный, вызывал в ней противоречивые чувства – восхищение смешивалось с неприятием. Да и Эдуард был отнюдь не идеален: то до обидного холоден, то чересчур дерзок. Но оба они обладали внутренней глубиной, талантом и ощутимой верой в себя. Кроме того, каждый из них обладал по-своему ярким умом: раньше ей никогда не приходилось сталкиваться с такими людьми. Инстинктивно она знала, что как художник может многому у них научиться. Оба они чувствовали – и она это ясно осознавала – у нее есть что почерпнуть.
К счастью, к весне 1869 года раскол между Дега и Мане, казалось, зарубцевался. Корнели Моризо, которая видела их вместе, сообщила, что они, похоже, «наладили отношения» (позже Дега довольно пренебрежительно отозвался об этой истории: «Как вы могли ожидать, что кто-то останется в плохих отношениях с Мане?»). В последнее время у них сформировался прекрасный круг общения. В дополнение к еженедельным встречам у Эжени Мане овдовевший отец Дега также устраивал музыкальные вечера, во время которых музыканты (включая некоторых весьма прославленных, таких как певец и гитарист Лоренцо Паган) выступали в камерной обстановке его скромной, но элегантной квартиры. Мать Берты тем временем проводила ответные вечера в доме Моризо – семьи Мане и Дега также были в числе постоянных гостей.
Берта завидовала тому, как свободно ее новые друзья могли бродить по городу. Она, конечно, отнюдь не сидела под замком, но, будучи незамужней женщиной из обеспеченной буржуазной семьи, все же не могла появляться в тех местах, где часто бывали ее друзья, не ставя под угрозу свою репутацию. Так что она часто проводила вечера дома. Она любила выходить на балкон на закате, когда солнце садилось за ее спиной. В последнее время ее глаза доставляли ей некоторые болезненные неудобства, она лучше переносила мягкий вечерний свет. Природа этого недомогания была неизвестна, но в светлое время суток Берта была вынуждена оставаться в помещении с компрессами на закрытых веках.
«И вот из-за моих собственных глаз я оказалась в ловушке, – писала она своей сестре Эдме в Бретань. – Я совсем не ожидала этого, и мое терпение на исходе»[32].
На улице цвела сирень и вот-вот должны были зацвести каштаны, так что глаза вполне могли воспалиться из-за весенней аллергии. Но не стали ли тому причиной также и слезы, которые она пролила по Эдме? Сестра уехала совсем недавно, и Берта горевала по ней. Впрочем, «горевала» – это, пожалуй, слишком сильное слово. Эдма не умерла, а всего лишь вышла замуж. Ее мужем стал лейтенант военно-морского флота Адольф Понтийон, старый знакомый Эдуарда. Они подружились, когда юный Эдуард, пытаясь поступить в военно-морскую академию, пересек Атлантику на учебном судне, направлявшемся в Рио-де-Жанейро. Это было двадцать лет назад. С тех пор Мане стал известным художником, а Понтийон по-прежнему служил на флоте. Их с Эдмой свадьба состоялась в ратуше Пасси 9 марта 1869 года.
По словам Анны Игонне, биографа Берты, одним из свидетелей на свадьбе был Адольф Тьер, друг родителей Эдмы и Берты[33]. Тремя десятилетиями ранее, будучи министром внутренних дел при короле Луи-Филиппе, Тьер принял участие в подавлении Лионского восстания ткачей, втором за три года. Рабочие возвели баррикады по всему городу, штурмовали армейские казармы и арсенал и превратили некоторые кварталы в укрепленные анклавы. Тьер, весьма терпеливый человек, принял взвешенное решение отвести войска, расположить их вокруг Лиона и обстрелять его. Затем он ввел своих солдат обратно в город с приказом методично и любой ценой отвоевывать районы, контролируемые повстанцами. Солдатам было разрешено пускать в ход пушки, взрывчатку, пули и штыки. Эта тактика сработала – восстание было подавлено. Однако сотни жителей Лиона были убиты во время массированных обстрелов. События тех
Ознакомительная версия. Доступно 25 из 125 стр.