Knigi-for.me

Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин

Тут можно читать бесплатно Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин. Жанр: Биографии и Мемуары издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
самым ценным из всего созданного Прокофьевым. И мне думается, невозможно отрицать, что именно эта лирико-поэтическая линия действительно развивалась в последний период творчества Прокофьева особенно интенсивно, в конце концов окончательно вытеснив все те крайности и преувеличения, с которыми Прокофьев вошел в музыкальную жизнь и которые долгое время еще сказывались в ряде его сочинений.

Возвращаюсь к авторскому вечеру 1927 года, в котором Прокофьев впервые в Москве играл Третий концерт. Этот вечер был, между прочим, примечателен тем, что в нем Прокофьев в последний раз в жизни сыграл не свое произведение (в годы жизни за границей он много играл других авторов, преимущественно классиков, для своих выступлений он сделал и Сюиту вальсов Шуберта, и переложение органной прелюдии и фуги Букстехуде).

Этим произведением была пятая пьеса из цикла Мясковского «Причуды». Дойдя до последнего проведения главной темы, Прокофьев сбился, попал снова на начало, потом вновь перескочил на коду и наконец завершил все это каким-то не очень вразумительным звучанием… Таких вещей с ним никогда не случалось при исполнении собственной музыки.

Спустя много лет, гуляя с Прокофьевым по лесу на Николиной горе, я напомнил ему об этом случае. Весело смеясь, как мы часто смеялись над давно и бесследно прошедшим казусом в своей жизни, Прокофьев сказал мне: «Вы ведь знаете, как я люблю и ценю Николая Яковлевича. Откровенно говоря, я даже иногда побаиваюсь его… И вот в тот вечер, подойдя к концу пьесы, я вспомнил, что в зале сидит Николай Яковлевич и слушает меня. И мне вдруг стало почему-то так страшно, что моментально из головы выскочила вся его музыка. Хорошо, что я хоть так ее закончил…» С тех пор Прокофьев играл в концертах только свои сочинения…

Как-то в 1937 году, живя в Ленинграде в «Европейской» гостинице, я услышал раздавшиеся из соседнего номера на фортепиано знакомые звуки. Догадался я не сразу – потом понял: это были пассажи из Третьего концерта Прокофьева. Кто-то играл их, так медленно и так настойчиво повторяя отдельные фигуры по множеству раз, что узнать эту музыку сразу было не так-то легко. Такая упорная работа над отдельными пассажами продолжалась и на следующий день. Наконец на третий день, поднимаясь к себе в номер, я столкнулся в лифте с Прокофьевым. Оказалось, что он-то и был моим соседом по номеру. Я, разумеется, не удержался и спросил Сергея Сергеевича, чем объяснить, что он так «по-консерваторски» учит свое сочинение, которое в течение уже многих лет великолепно играл едва ли не на всех концертных эстрадах мира. «Третий концерт – это не то что Пятый, который никто не играет и не знает, – ответил Сергей Сергеевич, – Третий концерт каждая собака знает, и уж тут, знаете, каждый пассаж приходится учить на совесть!» На следующий день в большом зале Филармонии состоялся концерт из сочинений Прокофьева. Он играл Третий концерт, и играл, как всегда, блестяще…

Вспоминаю еще Прокофьева перед самым началом войны. По просьбе редакции журнала «Советская музыка» Прокофьев согласился написать автобиографический очерк. С удивительной аккуратностью, в точно назначенные дни и часы, без опозданий хотя бы на минуту (такую пунктуальность в выполнении взятых на себя обязательств я видел еще только у Н. Я. Мясковского) приезжал Прокофьев на б. Собачью площадку и страницу за страницей сдавал в редакцию очерк своей жизни начиная с детских лет.

Иногда мне приходилось слышать слова о преувеличенной самоуверенности Прокофьева, о его непримиримости в спорах и нежелании считаться с чьим-либо мнением. И вот мы встретились с ним на несколько необычной почве: Прокофьев в качестве автора, я – в качестве редактора журнала. И сразу же увидел, сколь неосновательно такое мнение.

Прокофьев подолгу задумывался над всеми местами своей рукописи, которые вызывали хоть малейшие сомнения или вопросы. Он по многу раз переделывал отдельные фразы, добиваясь возможно большей ясности и точности в передаче своих мыслей. Когда рукопись была уже перепечатана и, казалось, окончательно отредактирована, Прокофьев продолжал вчитываться в нее, внося уже целиком по собственной инициативе те или иные, причем иной раз очень существенные, поправки и добавления…

Значительную часть летнего и осеннего времени 1944 и 1945 годов Прокофьев провел в Доме творчества Союза композиторов под г. Иваново. В эти летние месяцы мне посчастливилось близко познакомиться с Сергеем Сергеевичем, узнать его так хорошо, как, вероятно, при других обстоятельствах не удалось бы никогда.

Ивановский дом творчества сыграл большую роль в жизни многих композиторов в трудные военные годы. Созданный на базе большого совхоза, – дар правительства Союзу композиторов, – он был расположен на берегу крохотной, пересыхавшей в жаркое время речонки. Кругом – широкие поля, рощицы, а подальше – большие леса, до конца которых нам никогда не удавалось дойти. Композиторы жили в большом одноэтажном каменном доме, когда-то принадлежавшем местному помещику, и в построенных вокруг него небольших коттеджах. Обставлен Дом творчества было хорошо, уютно, даже с известным комфортом. В каждом коттедже стоял инструмент, а для композиторов, живших в большом доме, были оборудованы рабочие комнаты в соседней деревне.

В разное время здесь подолгу жили и работали кроме Прокофьева Н. Мясковский, Д. Шостакович, Р. Глиэр, А. Хачатурян, В. Мурадели, Н. Чемберджи, Н. Раков и многие другие композиторы и музыковеды. В Ивановском доме творчества было написано много музыки. Здесь всегда была хорошая творческая атмосфера, что не мешало нам много гулять, ходить за грибами, играть в волейбол, устраивать импровизационные спектакли, разыгрывать шарады и т. п.

Прокофьев с женой – Мирой Александровной – всегда жили в общем доме. Сергей Сергеевич не только сам много работал, но и способствовал поддержанию творческого духа у других обитателей Дома творчества. Он нещадно стыдил композиторов, мало работавших, и одно время даже установил замечательный обычай: по вечерам все должны были отчитаться в проделанной за день работе. И надо сказать, что его пример – пример неутомимого труда в искусстве – заражал многих из нас.

Сам Сергей Сергеевич работал регулярно и систематически. Никогда не опаздывая к завтраку, он прямо из столовой, в 10 часов утра, взяв под мышку большую папку, отправлялся в деревню, где находилась его рабочая комната. Оба лета, проведенные Прокофьевым в Иваново, я тоже жил в общем доме и тоже ходил заниматься в деревню.

За редкими исключениями мы с Сергеем Сергеевичем выходили из дома вместе. Помимо общности маршрута, нас объединяло еще одно обстоятельство: на краю деревни находился детский дом, где летом жили детишки рабочих одной из Ивановских фабрик. В час, когда мы направлялись в деревню, они обычно гуляли со своей руководительницей


Евгений Александрович Тростин читать все книги автора по порядку

Евгений Александрович Тростин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.