Павел Судоплатов - попаданец из будущего - Вадим Владимирович Чинцов

* * *

Берия вернулся с очередного совещания в Кремле. В 1953 году у Лаврентия Берии не было отдельного личного секретаря в привычном понимании — его функции частично выполнял Рудольф Иванович Сергованцев. Он занимал должность начальника секретариата МВД СССР, и его роль была скорее организационной и административной, чем сугубо секретарской в узком смысле.

Сергованцев принес почту, среди которой выделялся конверт с надписью на конверте «Лично в руки товарищу министру внутренних дел Л. П. Берии»:

— Лаврентий Павлович, этот конверт я обнаружил среди корреспонденции на своем столе, хотя это письмо не записано у меня во входящих, оно появилось пока я отходил на обед.

Берия хмыкнул, разглядывая конверт как ядовитую змею:

— Значит его подбросили в стопку корреспонденции в моей приемной?

— Так точно, товарищ министр!

— Свободен!

Берия вскрыл конверт, в котором был сложенный лист бумаги. Развернув его, всесильный министр прочитал текст, отпечатанный на машинке:

"Товарищ министр! Я как верный вам сотрудник спешу донести о составленном против вас заговоре, в котором главные роли принадлежать Хрущеву, Жукову, Булганину и вашим заместителям Серову и Круглову при поддержке всех членов Президиума ЦК КПСС. Для выполнения своих планов готовится назначение генерал-полковника Москаленко на должность командующим Московским военным округом взамен вашего выдвиженца генерала Павла Артемьевича Артемьева. Для демонстрации своего военного превосходства заговорщиками в столицу будет введено более 300 танков Кантемировской и Таманской дивизий, чтобы у боевых бериевских генералов и колеблющихся членов Президиума ЦК не появилось ни мыслей, ни шансов противостоять не намеренной шутить армии. Вскоре, без лишнего шума и сопротивления, все московские генералы, верные вам, Лаврентий Павлович, будут арестованы, а затем расстреляны. Дата начала переворота назначена на июнь этого года.

Подготовлено обвинение вас в шпионаже, в попытке захвата власти и похищении женщин с последующим принуждением их к сожительству. В качестве доказательства последнего факта хотят допросить вашего начальника охраны, который якобы похищал по вашему приказу прямо на улицах девиц и замужних женщин. Помимо вас планируется арест и других товарищей. Доподлинно известно, что подготовлен предварительный список кандидатов, в который на данный момент входят: Меркулов, Кобулов, Гоглидзе, Мешик, Деканозов, Масленников, Влодзимирский, Судоплатов, Эйтингон, Обручников, Емельянов и Ручкин. Однако список может и пополниться, что не исключено. Целью Хрущева является занятие поста председателя правительства и первого секретаря ЦК КПСС, а затем и а затем и избрание Председателем Совета министров."

Берия ошарашенно бросил письмо на столешницу и расстегнул верхние пуговицы кителя — ему вдруг стало тяжело дышать.

Он и Жуков были и товарищами по несчастью. Над обоими сгущались сталинские тучи. В начале 1950-х гг. вождь уже расстрелял четырёх генералов, двух маршалов и крупнейших руководителей страны по «Ленинградскому делу». Нисколько не лучше, чем у Жукова, вышвырнутого из столицы во второстепенные округа, к 1953 г. была ситуация и у Берии, что не могло не сближать их. В это время по команде Сталина вовсю раскручивалось так называемое «Мингрельское дело», а НКВД было приказано искать «большого мингрела». Его и Жукова роднило также сходство взглядов на вредную для дела роль парткомов и всей партийной вертикали.

Берия понимал, что в случае провала с его уничтожением политический расклад в верхнем слое руководства вполне мог сложиться не в пользу хрущёвского блока. Позиции Маленкова и особенно Жукова могли стать решающими и вряд ли в пользу затеявшего переворот Хрущёва. Нужно отдать ему должное: Никита Сергеевич пошёл ва-банк и рисковал головой в случае утечки информации о его планах. Риск перехвата оперативных сведений спецслужбами и провала такой операции был огромен. И этот слив планов Хрущева сейчас у него на столе. Мысль о том, что это письмо является дезой, Берия отмел сразу. Слишком просто можно было убедиться в его достоверности. Тем более, что перед ним был перечень тех, кто явно мешал Хрущеву состряпать дело против министра внутренних дел. Жаль, что министр государственного контроля СССР Меркулов болен. В 1952 году у него случился первый инфаркт, а через четыре месяца — второй. Необходимо отправить шифровки министру внутренних дел УССР Мешику, министр внутренних дел Азербайджанской ССР Емельянову, министру внутренних дел Грузинской республики Деканозову и начальнику УМВД Ростовской области Ручкину!

Не медля ни минуты, Берия вызвал к себе начальника Главного управления советским имуществом за границей (Главк при Совете министров СССР) Кобулова, члена коллегии и заместителя министра внутренних дел СССР Масленникова, члена коллегии министерства внутренних дел и начальника 3-го управления (контрразведка в Советской армии и ВМФ) Гоглидзе, начальника Следственной части по особо важным делам МВД СССР Влодзимирского, начальника Управления кадров МВД СССР Обручникова, начальника 9-го отдела Судоплатова и его заместителя Эйтингона.

Когда все заняли места за столом для совещаний, Берия зачитал анонимку, при этом пристально вглядываясь в глаза каждому, чья фамилия была упомянута в этом письме, пытаясь прочесть в них реакцию на тот факт, что его имя занесено в список подлежащих аресту. Увидев у некоторых растерянность, Берия ухмыльнулся и решил ковать, пока горячо:

— Хочу услышать ваше мнение о этом письме и его авторе, который умудрился оставить его среди корреспонденции в секретариате.

Масленников как старший по должности поднялся первым:

— Я считаю, что это не фальшивка! И к этой анонимке стоит отнестись с полной серьезностью. Предлагаю установить за предателями Серовым и Кругловым наблюдение с прослушкой их разговоров.

Я решил, что это предложение полная хрень и возразил:

— Слежку во-первых, могут обнаружить, во-вторых, среди наружки и технарей из прослушки могут быть люди предателей.

Берия с интересом прищурился и склонил голову набок:

— И что вы предлагаете, Павел Анатольевич?

— Считаю, что необходимо изолировать обоих предателей силами моего отдела на нашей подмосковной базе и допросить с пристрастием. Если они оба не виновны и являются вашими преданными сотрудниками, то вы, товарищ министр, поздравите их с присвоением очередного звания, ну а если нет, то они погибнут в автомобильной аварии. И тянуть с этим нельзя, пока об этом письме знает ограниченный круг лиц. Тем более, что переворот намечен уже на этот месяц. Может у нас совсем нет времени на подготовку к противодействию членов Политбюро, решивших нарушить законы Советского Союза. Хрущёв уже имеет опыт заказного террора и вполне может пойти на ваше физическое устранение. По моим данным он был одним из «заказчиков» убийств украинского революционера и националиста Александра Яковлевича Шумского и греко-католического епископа Теодора Ромжи, чье влияние на верующих вызвало резкое недовольство тогда еще первого секретаря ЦК Компартии Украины Никиты Хрущёва. Более того