Миротворец - Андрей Алексеевич Панченко
— С Максом. Знаю.
— Условия он подтвердил. Только я медицинскую часть отдельно расписал. По лечению, обследованиям и запасу препаратов. Он обещал тебе передать.
— Передал уже.
Макс действительно звонил днём. Сказал, что доктор у меня неприятный человек: ни на какие общие обещания не соглашается, всё требует уточнить. По голосу я понял, что Чернов ему понравился.
— Решил? — спросил я.
— Решил. Приеду. Только не в понедельник. Ещё неделю здесь доработаю, смену мне нашли.
— Хорошо.
— И, Сергей…
— Да?
— С людьми не торопись. Я всех осмотрю. Кому-то, возможно, сначала лечиться придётся. Знаю я, кого ты набираешь. Наверняка все стреляные, как и ты. Когда начнут рассказывать, что ничего не болит, и они хоть завтра готовы, не верь.
— Тебя позову. Ты у нас добрый.
— Именно.
После звонка я ещё несколько минут сидел с трубкой в руке. Потом снял куртку и достал чистый лист. Нужно было подготовить приказ, договориться о переезде, уточнить, где доктор будет жить. Дел набиралось немало, но впервые за эту неделю от новой записи в списке стало легче.
К концу недели мы с Равилем разложили на столе все бумаги. Приглашённые. Приехавшие. Те, кому предстояло приехать. Несколько согласившихся пройти отбор. Отказы. Самый короткий список оказался там, где я поначалу рассчитывал быстро набрать первое подразделение. Равиль пересчитал фамилии.
— Маловато.
— Пока хватит.
— Мы такими темпами долго собираться будем.
Я потёр переносицу.
— Сколько будем, столько будем.
Он посмотрел на меня и отодвинул лист. Из открытого окна доносились голоса. Во дворе разгружали мебель, кто-то спорил с водителем, требовал подать машину ближе к крыльцу. На первом этаже Белов переставлял медицинские шкафы. Богдан уехал на обследование. Чернов собирался передавать дела в больнице. Люди понемногу появлялись, только совсем не с той скоростью, с какой росли расходы.
— Может, кого из охраны ещё посмотреть? — спросил Равиль.
— Посмотрим. Но сначала поговорим с каждым. И Максу скажи, чтобы лучших без замены не снимал. Нам ещё предприятия охранять надо.
Он сделал пометку.
— Сазонов звонил.
Я поднял глаза.
— Зачем?
— Механика предложил. Вместе сейчас работают. Говорит, мужик толковый, технику знает, руки на месте. Служил зампотехом, был в Афгане. Толком он ему ничего не объяснял, но говорит, что мужик скучает по армии. Разведен, детей нет.
Понятно… Ты Сазонову что сказал?
— Сказал, что кандидата посмотрим, и что ты не обиделся. Он зачем-то ещё раз спрашивал.
— Позвони ему завтра. Скажи, спасибо. С механиком встретимся. На сегодня всё, пожалуй.
Равиль удивленно посмотрел в окно, за которым еще светило солнце..
— Не понял… Ты куда-то собрался?
— Домой.
— Так рано?
— Попробую удивить жену.
До города я ехал один. На этот раз без остановок и звонков. Вспоминал разговоры, лица, вопросы. Деньги спрашивали почти все, только за одинаковыми словами стояло разное. Одному надо было детей кормить. Другой хотел выбраться из своей нынешней жизни. Третий уже прикидывал, чем сможет поживиться. И сразу отличить одного от другого получалось не всегда.
У дома я заглушил мотор и достал записную книжку. Возле нескольких фамилий стояли короткие пометки. У Сазонова — одна черта. Я посмотрел на неё и приписал рядом: «Механик. Позвонить». Потом убрал книжку в бардачок. Таня открыла дверь ещё до того, как я поднялся на крыльцо.
— Что случилось?
— Ничего.
— Почему тогда рано?
Я обнял её, поцеловал в висок.
— Соскучился.
Она помолчала, потом обняла в ответ.
— Руки мой. Сейчас ужинать будем.
За столом я уже привычно потянулся к карману за книжкой и только тогда вспомнил, что оставил её в машине. Таня заметила.
— Потерял что-то?
— Нет.
Я взял хлеб и подвинул к ней тарелку.
— Рассказывай, как день прошёл.
Глава 8
Первый общий сбор мы назначили на понедельник. До этого люди приезжали по одному, осматривались, разговаривали со мной и Равилем, заполняли бумаги. Теперь предстояло собрать всех вместе и объяснить, как мы собираемся жить дальше.
К девяти утра на площадке перед казармой стояло семь машин. Четыре принадлежали «Кунару», ещё на одной приехали я и Равиль, остальные принадлежали Максу и Богдану. Богдан как раз стоял возле своего старого «Москвича» и разговаривал с механиком, которого прислал Сазонов. Чуть дальше Белов помогал Чернову вытаскивать из багажника тяжёлый ящик. Доктор прибыл накануне, переночевал в подготовленной комнате и с утра уже успел выяснить, что шкафы в медицинском кабинете поставили неправильно. За казармой натужно гудел трактор, растаскивавший оставшийся после ремонта мусор. Равиль ждал у крыльца.
— Все приехали?
— Все. Али с Гришей ещё в казарме. Людей по комнатам распределяют.
— Вместе?
— А чего им делить? Пока вполне мирно командуют.
Я посмотрел на него. Равиль усмехнулся.
— Не переживай. Я им сказал.
Об этом я и сам собирался поговорить с обоими ещё до сбора. Али приехал три дня назад. Встретились мы у меня в кабинете, и первые несколько минут он рассказывал о чём угодно, только не о себе. Расспросил про Антона, про Быкова, про остальных. Ему я позвонил без всякой надежды, всё-таки он был действующим военнослужащим и жил в другой стране вот он здесь…
— Всё, Серый. Теперь я тоже гражданский. — После недолгого разговора наконец сказал он главное.
— Уволился? — Удивился я.
— Уволили. — Не весело усмехнулся Али.
Я посмотрел на него внимательнее.
— Из-за нашей поездки?
— А ты как думаешь?
После истории с Антоном ему ещё предстояло вернуться в часть. Отпуск к тому времени давно закончился. Пока мы сидели под следствием, объяснять его отсутствие было некому, да и особенно нечем. Позже бумаги пришли, обстоятельства вроде бы выяснились, но желания оставлять Али на службе у начальства не появилось.
— За опоздание из отпуска, значит? — спросил я.
Он усмехнулся.
— За всё хорошее. Там и до этого отношения были так себе. А тут такой повод.
— Почему не позвонил?
— Ты мне оттуда отпуск продлевать собирался?
— Хоть бы знал.
Али пожал плечами.
— Теперь знаешь.
Мы оба замолчали. Мне хотелось сказать, что попробую помочь, с кем-нибудь поговорить, но я вовремя удержался. Вряд ли он приехал ради того, чтобы я возвращал его в армию.
— Ты сказал, что ты людей набираешь.
— Набираю. Только сначала выслушай, что предлагаю.
С ним разговор получился короче,