Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

Увидев нас, он заметно выдохнул.

— Нашел вас.

— Как видите, — отозвался Морозов. — Что случилось?

Дроздов посмотрел сначала на воеводу, потом на меня.

— Зубов просил вас найти.

— А телефон на что? — нахмурился я.

— Он у вас не отвечает, — развел руками парень.

Я даже не стал проверять аппарат, так как догадывался, что связи тут нет. Затем насторожился и уточнил:

— С пленными что-нибудь?

— Нет. С ними все тихо. Сидят. Вот только…

— Что?

Гаврила сглотнул.

— Платонова нашли.

Я почувствовал, как внутри все неприятно сжалось. Морозов медленно выпрямился.

— Он сам пришел в отделение.

Мне показалось, что я ослышался.

— Сам?

— Так передали, — кивнул Гаврила. — Пришел, назвался и сказал, что желает сдаться властям. Оружия при нем не было. Сопротивления не оказал. Его уже закрыли в специальном отделении.

Мы с Морозовым переглянулись.

После недавней засады, поднятой реки, кукловодов и попытки убить нас новость выглядела настолько нелепо, что я не сразу понял, как к ней относиться.

— А знак? — спросил я.

Гаврила растерялся.

— Какой знак?

— Неважно.

Я снова посмотрел наверх, туда, где за отодвинутым шкафом осталась открытая пустая ниша.

Платонов пришел сюда. Нашел то, что искал. Забрал семейную реликвию, которая могла дать ему право заявить о старых притязаниях Беловодья.

А потом добровольно отправился к жандармам.

Что-то в этой последовательности совершенно не сходилось.

— Обыскали? — спросил Морозов.

— Конечно.

— Что при нем было?

— Ничего особенного. Документы, деньги. Еще ключи какие-то. Все забрали и описали.

Я посмотрел на Илью. Он выглядел не менее озадаченным.

— Камень нашли? — спросил водяной.

Гаврила покачал головой.

— Про камень ничего не говорили. А что…

Илья медленно выдохнул.

— Значит, он спрятал знак.

— Или отдал кому-то, — добавил Морозов.

Эта мысль понравилась мне еще меньше.

Я прошелся по комнате и остановился возле комода с семейными фотографиями. На одном снимке Леля стояла возле старой ивы, положив ладонь на плечо мальчика. Платонов смотрел прямо в объектив и выглядел недовольным тем, что его заставили замереть ради фотографии.

Теперь этот мальчишка вырос, вернулся домой за наследством, попытался убить князя, а затем совершенно добровольно позволил посадить себя под замок.

— Он хочет, чтобы мы к нему приехали, — произнес я. — После вчерашнего у него было достаточно времени. Он знал лес, знал реки и наверняка понимал, что мы начнем его искать. Вместо этого он сам пришел в отделение.

Воевода задумался, а затем медленно кивнул.

— Похоже на приглашение.

— Вот только приглашения у него какие-то своеобразные.

— Других от него я уже не жду.

Илья неожиданно хмыкнул.

— Тогда езжайте.

Я повернулся к нему.

— А вы?

— Останусь здесь.

— Почему?

Водяной посмотрел на лестницу.

— Хочу еще раз осмотреть дом.

Я поднял с комода фотографию Лели с сыном и еще раз посмотрел на мальчишеское лицо.

Совсем недавно мне казалось, что мы наконец нашли ответ.

Теперь вопросов стало только больше. Я осторожно поставил рамку обратно.

— Хорошо. Осматривайте дом. Только ничего не трогайте без необходимости.

Илья возмущенно вскинул брови.

— Мастер-князь, я вообще-то старше этого дома.

— Именно поэтому и предупреждаю.

Морозов усмехнулся и направился к выходу.

Я последовал за ним, но уже возле двери почему-то остановился и оглянулся.

Илья стоял посреди комнаты и смотрел на лестницу. А потом его взгляд медленно переместился к фотографии Лели.

В этот момент он показался мне очень старым. Внешне хозяин рек оставался прежним. Но на лице появилось выражение, которое я уже видел у Митрича, когда тот вспоминал события, произошедшие задолго до моего рождения.

Я хотел спросить, что именно его тревожит. Но передумал. Платонов ждал. А судя по всему, он очень рассчитывал, что я приму его приглашение.

Мы вышли из дома следом за Гаврилой. После прохладного полумрака комнат солнечный свет на несколько мгновений показался слишком ярким, и я невольно прищурился. Воздух снаружи был теплым, пах нагретой травой, старой древесиной и водой, которая находилась совсем рядом, хотя отсюда реки почти не было видно.

Морозов первым спустился с крыльца, но уже на последней ступени остановился. Я едва не налетел ему в спину и хотел было поинтересоваться, что случилось, когда тоже заметил стоявших у старой ивы незнакомцев.

Их было трое. Лесовиков Иволгина я узнал сразу. Все трое выглядели почти как обычные мужчины, разве что одежда была странноватой и словно подобранной без особого интереса к человеческой моде. На одном красовалась просторная рубаха. Второй был одет в старую куртку, несмотря на теплую погоду, а третий зачем-то нацепил на голову кепку, которая сидела слишком высоко и совершенно ему не шла. В волосах у всех запутались мелкие листья, хвоя и кусочки сухой травы. Однако стряхивать их никто не собирался.

— А эти еще откуда? — негромко спросил Морозов.

Гаврила обернулся.

— Так они меня сюда и привели.

Воевода перевел взгляд на парня, потом снова посмотрел на лесовиков.

— Привели?

— Ну да.

Гаврила произнес это так спокойно, словно трое представителей старшего народа каждый день встречали его в чаще и сопровождали по своим владениям.

Я присмотрелся внимательнее. Лесовики не выглядели настороженными. Один