Офшорный блюз - Владимир Прягин

— Ух, ничего себе, — сказала Наталья. — Сложно.

— Да ну их. Не грузись.

На минуту повисла пауза. Я рулил, а Наталья молча смотрела перед собой. Затем она вновь заговорила, с сожалением в голосе:

— У меня нет высокопоставленных знакомых в концернах…

— Особо и не рассчитывал, — хмыкнул я.

— Погоди, дослушай. Есть давняя подруга по универу. Учились мы, правда, на разных факультетах, а познакомились случайно на вечеринке, не суть. Она юридический окончила, очень умная. И, как бы это сказать… Практичная, в общем. Планировала на годы вперёд. Бесперспективных ухажёров отсеивала, собиралась сосредоточиться на карьере. Не то чтобы она вот прямо прожжённая карьеристка, но этот вариант казался ей оптимальным на тот момент. И у неё действительно получалось. Устроилась в адвокатскую контору, была там на хорошем счету. Замуж не собиралась в обозримом будущем. Но потом встретила человека из богатой семьи, он работал в «Оушен» на серьёзной должности…

— Ну-ка, ну-ка, — сказал я. — Заинтригован.

— Не радуйся раньше времени. Да, Снежана с ним в итоге сошлась, а я с ней иногда перезваниваюсь, хоть и нечасто. Но её муж, во-первых, уже уволился из концерна пару лет назад. И можешь не спрашивать, подробностей я не знаю. А во-вторых… Нет, я-то могу попросить Снежану, чтобы она попросила мужа с тобой поговорить, мне нетрудно. Но…

— Понятно, — сказал я. — С какой вдруг радости богатый и влиятельный тип станет тратить время на рядового пристава, которому чё-то надо. Я для него — как муха. Отмахнулся и пошёл дальше.

— Это ты сгустил краски, — улыбнулась Наталья. — Но да, очень сомневаюсь, что он с тобой согласится встретиться. Я позвоню Снежане, просто сразу тебя предостерегаю, чтобы…

— Чтобы губу заранее не раскатывал. Договорились, не буду. Но в любом случае — спасибо, чем бы ни кончилось.

Мы миновали район с респектабельными особняками. Дома вокруг становились крупнее, но теряли в изяществе. А впереди, чуть слева, уже торчали высотки с фасадами из стекла разного оттенка — ультрамариновые, синевато-зелёные, фиолетовые.

— Значит, твоя подруга училась на юридическом, — сказал я. — А ты сама?

— История искусств.

Мы подъехали к Лебяжьему озеру, шириной метров сто от силы, а длиной, пожалуй, с полкилометра. Никаких лебедей там, правда, не обнаружилось, зато имелись кафешки, скверики и скамейки.

Народу было довольно много — дождь с утра так и не пошёл, а тучи наконец-то раздвинулись. Потеплело градусов до пятнадцати. Лиственные деревья ярко желтели, а между ними вклинивалась тёмная зелень хвои.

— Пройдёмся? — предложила Наталья.

— Да, только место для парковки найду… А, вон, возле ёлочки…

— Это не ёлочка, это тсуга.

Особой разницы я, честно говоря, не заметил, но уточнять не стал. Мы вылезли из машины и медленно пошли вдоль деревьев, по асфальтированной дорожке.

— Хороший у нас город, но вот погода… — заметила Наталья со вздохом. — Двести дней в году — с дождём или снегом. Такого дня, как сегодня, надо ещё дождаться…

Из-за деревьев показалось здание, которое явно предназначалось не для жилья. Без окон, только со стеклянным фойе. Что-то в стиле раннего конструктивизма, по-моему. Разновеликие кубы из бетона, в светлых тонах, сведённые в единое целое.

— Кинотеатр, — пояснила Наталья. — Один из старейших в городе.

На самой крупной афише был незнакомый мне мачо на фоне пальм, рядом со спорткаром. Фильм назывался «Из женских грёз». Со второго плаката смотрел мрачноватый тип в римском шлеме, с коротким мечом в руке: «Преторианец». Актёра я не знал тоже. Зато на следующем постере я наконец-то узрел знакомца — Клинт Иствуд же, собственной персоной! Лицо, выступающее из мрака, с подчёркнутыми морщинами и резкими тенями: «Полный контроль».

Был и четвёртый постер. Он заставил меня немного зависнуть, поскольку вызвал смутные ассоциации в памяти. Рекламировался мультфильм про доисторические приключения, с предельно чётким названием: «Игуанодон». Мультяшный ящер удивлённо таращился, и я был почти уверен, что видел его в своей альтернативой реальности. Да, точно, очень похож, но…

— А почему динозавр рисованный? — вырвалось у меня.

— А каким он, по-твоему, должен быть? — развеселилась Наталья. — Это же мультик, диснеевский.

— Нет, я понимаю, что мультик. Но я думал, он будет компьютерный.

— В каком смысле?

Как уже случалось не раз, если я случайно выуживал из памяти что-нибудь знакомое, контекст достраивался почти без усилий. Вот и теперь я сразу ответил:

— Ну, три-дэ-графика. Си-джи-ай, всё такое.

— Не знаю, о чём ты говоришь. Что за буквы?

Я несколько озадачился, мелькнула мысль: «Упс». Здесь нет компьютерных мультиков? Вообще несерьёзно…

Пока я придумывал, как отмазаться, у меня зазвонил мобильник.

— Добрый день, — произнёс дребезжащий старческий голос. — Это Гуляев, археолог. Вы ко мне приезжали, чтобы проконсультироваться.

— Да, профессор, — подтвердил я, удивившись звонку. — Вы что-нибудь вспомнили дополнительно?

— Нет. Но меня только что навестил человек, которого вы разыскиваете.

— Синельников объявился? — быстро переспросил я. — Он всё ещё у вас?

— Нет, только что ушёл, — ответил старый профессор. — Пока он был в доме, не получилось отправить вам сообщение. Телефон оказался не под рукой.

— Он не сказал, куда направляется?

— К сожалению, нет.

— Досадно, — констатировал я. — Хорошо, профессор, я к вам сейчас подъеду. Расскажете всё подробно.

Я убрал телефон и посмотрел на Наталью. Та улыбнулась:

— Да, поняла, твой выходной закончился.

— Извини, я сам не ожидал, честно. Давай я тебя хоть на такси посажу…

— Не надо, я ещё погуляю, а потом сяду на трамвай, остановка рядом.

Она аккуратно чмокнула меня в щёку, и я быстро пошёл к машине. Вырулил со стоянки и вновь погнал на северо-запад, в район с крутыми особняками.

Старик-хозяин впустил меня и провёл в гостиную. Вид он имел задумчивый.

— Разговор с вашим беглецом получился странный, но любопытный, — сообщил он. — Сначала, впрочем, всё развивалось достаточно предсказуемо. Этот господин задавал вопросы об острове, куда ограничен доступ. Я отвечал примерно то же самое, что и вам. Он отреагировал с некоторым… гм… нетерпеливым скепсисом, скажем так. Да он, собственно, и так был на взводе…

— Ну,