Офшорный блюз - Владимир Прягин

— Элементарно же. Я пришелец из параллельного мира, где всё это уже проходили.

Он коротко хохотнул:

— Да, это многое объясняет. Ладно, пришелец, скажи мне вот что. Как скоро рынок дозреет до тех новаций, что ты описывал?

— К концу нулевых примерно, — сказал я. — А до этого будут либо обычные телефоны, либо «цифровые блокноты» со встроенной звонилкой и с настоящими кнопками. У нас в параллельном мире так было, по крайней мере.

Мы вернулись в гостиную. Посидели ещё немного все вместе, после чего мы с Натальей откланялись.

— Ну, Александр, — улыбнулась Наталья, когда мы сели в машину, — ты меня удивил. Чтобы Ростислав прислушался к случайному мнению касательно его бизнеса — это почти из области фэнтези.

— Стараюсь, — сказал я скромно.

Доставил её домой. На прощанье мы с ней поцеловались уже менее формально. Договорились встретиться на днях снова.

Вечер был уже поздний, но в сон меня не клонило. Я покопался в памяти и прикинул, могу ли я сделать что-нибудь содержательное.

И да, кое-что в голову пришло.

Я вспомнил свой разговор по телефону с Иксом, чей номер был у Синельникова. Где этот Икс обитает, мы приблизительно засекли. И теперь я решил поехать и глянуть, хотя бы в общих чертах.

Конечно, с практической точки зрения это не имело большого смысла. Во-первых, я всё равно не знал точный адрес, а во-вторых, мы уже завершили дело. Синельникова поймали, а Икс не интересовал Службу приставов.

Но он интересовал меня — как участник непонятных движений вокруг моей персоны. Пусть даже участник косвенный и не знающий меня лично.

Дороги уже были свободны, и я доехал быстро. Нужный район, признаться, несколько удивил меня. Я уже бывал на окраинах к северу от сопки Верстовой (в первый день работы, с Ревякиной), поэтому ожидал увидеть панельные обшарпанные скворечники. Но те сосредоточились в отдалении, а я попал в чистенький и компактный микрорайон с нарядными многоэтажными башнями.

Люди здесь обитали явно небедные. Соответственно выглядели и легковушки на стояночных местах, красиво размеченных вдоль газонов. Паркетники последних моделей, представительские седаны. Попался даже один спорткар, приземисто-обтекаемый.

Моя тачка на этом фоне напоминала сорняк в розарии. Но всё-таки я припарковал её на свободном месте. Сверился с картой. Карандашом я заранее отметил участок, в котором Икс находился, когда я ему звонил.

Я вылез, прошёлся. Окинул взглядом многоэтажную башню, которая, судя по результатам пеленга, подходила больше всего. Стеклянные эркеры, безупречная кирпичная кладка, мягкий свет в окнах.

Икс почему-то так и не выглянул, не помахал мне с балкона. Осталось разве что покричать ему: «Выходи, гадёныш», но я как-то постеснялся.

Единственный внятный вывод из моих наблюдений состоял в том, что Икс — обеспеченный человек. Коллекционер? Ну, может, и так, но это уже гадание…

Вернувшись в тачку, я вырулил со двора. Микрорайон приютился чуть на отшибе, у подножья горы, и гладкая дорога вела от него к шоссе, плавно загибаясь.

Следом за мной из микрорайона выехал серебристо-серый хетчбэк, маленький и скромный. Я усмехнулся — всё же я не единственный бедный родственник в этом заповеднике изобилия.

А хетчбэк — как у Ревякиной, кстати. Гм…

Чтобы попасть домой, мне требовалось обогнуть Верстовую, от её северного подножья к западному. Я покатил с нарочитой неторопливостью. Хетчбэк повторял за мной повороты. Номер я рассмотреть не мог, но уже почти не сомневался — это моя рыжая коллега. На прошлой неделе, значит, я за ней проследил, а теперь она за мной. Весело живём, фиг ли…

На глаза мне попался узкий проулок, и я свернул туда. Через полминуты за мной свернул и хетчбэк, свет фар мазнул по кирпичному торцу дома. Последние сомнения улетучились.

Я вылез из машины и зашагал к хетчбэку. Навстречу выскочила Ревякина и наставила на меня пистолет:

— Стой на месте, Комлев!

— Вот это поворот, — сказал я, приостанавливаясь. — Так, значит, ты с ними всё-таки? Зря я не стуканул тогда Шульгину.

— Не заговаривай мне зубы. И я сказала — не двигаться!

— А иначе что? Вальнёшь меня прямо здесь?

— Вопросы буду задавать я, — сказала Ревякина. — И да, если вынудишь, пулю тебе влеплю, продажный урод…

— Ты берега не попутала? — спросил я. — Давай без гнилых наездов. Расскажи лучше, что тебе передали через ячейку в порту. И что за лысый хрен с татуировками садился к тебе в машину…

— Следил за мной? — яростно прошипела она. — Ублюдок…

— А ты за мной не следила? Или сюда заехала по чистой случайности?

— Я сразу поняла, что вокруг тебя — какая-то вонь. А сегодня в обед я видела, как с тобой здоровался Кулебякин, адвокат криминальных кланов. Только не ври мне, что ты его не знаешь…

— Кулебякина знаю, — подтвердил я. — Вчера только познакомились, и он сразу пытался сунуть мне взятку. Может, всерьёз, а может, подстава. Если не веришь, спроси у Чона, я ему говорил.

— А после работы ты ездил к бывшему сотруднику «Оушен»…

— Ездил, да. И что в этом криминального? Я встречаюсь с девчонкой, которая знает его жену, ещё с университета. И, кстати, тоже можешь спросить у Чона. Та барышня, с которой я был в машине, его двоюродная сестра. Ну, так получилось.

— Да наплевать, как ты это маскируешь! Ты в течение суток общаешься с человеком от криминала и с экс-менеджером концерна!

— Ну, это может вызвать вопросы, — согласился я. — Но у меня ощущение, что ты в это вкладываешь некий конкретный смысл. Расшифруй.

Такая постановка вопроса, кажется, несколько удивила Ревякину. Или, может, мой тон прозвучал не так, как она ждала. Пистолет она так и не опустила, но явно заколебалась. Я молча ждал.

— Стой возле своей машины, — определилась Ревякина наконец. — Не дёргайся и не приближайся, иначе выстрелю. И я не блефую, Комлев.

— Как скажешь.

Я попятился к «форду». Она вытащила мобильник и набрала номер, проделав всё это левой рукой. А в правой держала «вальтер», целясь в меня.

— Привет, Чон, — сказала она. — У меня вопрос…

Разговаривали они около минуты. Затем Ревякина спрятала телефон, опустила ствол, но по-прежнему смотрела враждебно.

— Зачем ты за мной следил? — спросила она.

— Пятый блок в камере хранения, пятнадцатая ячейка, — ответил я. —