Офшорный блюз - Владимир Прягин

— Закрытая информация.

— Ой, да ладно, Тёма, не выкаблучивайся, — сказала Ревякина. — Мы с вами поделились, хотя были не обязаны. Одолжение сделали, собственно говоря. Или мы, по-твоему, должны у вас спрашивать разрешение, чтобы заехать в жилой район по своим делам? Даже не рассчитывай. И не будь козлом, объясни нормально.

Ревякина с Тёмой некоторое время сверлили друг друга взглядами.

— Ладно, — буркнул он наконец. — Но только в двух словах. У нас в разработке — парень из министерства коммерции. За ним установлено наружное наблюдение. Есть подозрение, что он связан с криминалом. Готовится задержание. И тут вдруг вокруг его места жительства начинаете крутиться вы двое, что-то высматриваете. Естественно, мы насторожились.

— Как будете его брать, поищите у него левые мобильники, — сказал я. — Может, он действительно Икс.

— Благодарим за совет, — очень вежливо произнёс полицейский в свитере. — Примем во внимание. А пока, думаю, пора закругляться. Спасибо за пояснения. И огромная просьба — не предпринимайте больше шагов в этом направлении. Вы можете спугнуть нашего фигуранта.

Мы вышли с Ревякиной в коридор и, посмотрев друг на друга, молча разошлись по своим рабочим местам.

А после обеда я взял из гаража минивэн и поехал в аэропорт. Пора было встречать гостей из страны Советов.

Припарковавшись, я прошёл в терминал прибытия. Аэропорт не выглядел огромным. Размером, пожалуй, с Внуково до реконструкции. Иностранцев в Новоархангельске было много, но крупным международным хабом он не считался.

— Совершил посадку самолёт авиакомпании «Аэрофлот»… — заговорила дикторша. — Встречающие приглашаются в зал прилёта…

Мои «клиенты» прилетели транзитом через Нью-Йорк. Нехилый вояж вообще-то, через половину земного шара. Сначала над Европой, затем над Атлантическим океаном, а под конец над Америкой.

Я заранее подготовил опознавательную табличку. Ну, то есть распечатал на альбомном листе надпись крупным шрифтом: «МВД СССР». Был, правда, соблазн написать что-нибудь из серии: «Если кто-то кое-где у нас порой», но я удержался. Вряд ли моё начальство оценило бы подобную креативность, если бы дошли слухи. Да и не имелось гарантии, что соответствующая песня с цитатой в этой реальности существует.

Широкие стеклянные двери мягко скользнули в стороны. Начали выходить пассажиры, таща наплечные сумки и катя чемоданы на колёсиках. Уроженцы Союза опознавались сразу, не только по одежде (ярких цветов было маловато), но и по выражению лиц. Народ прилетел как будто на другую планету. Вертели головами, широко распахнув глаза, несмотря на усталость от перелёта.

Ко мне направились четверо. Двое были в коротких куртках из нейлона и в строгих джинсах, крепкие и спортивные. Оперативники, видимо, которым и предстояло взять Синельникова за шкирку и доставить в Москву. Двое же других — в плащах и костюмах с галстуками. Чиновники, ясень пень.

— Приветствую, товарищи, — сказал я. — Добро пожаловать на загнивающий Запад.

Оперативники хмыкнули, полноватый мужик в плаще рассмеялся, а его коллега, более подтянутый, зыркнул на меня подозрительно. У меня возникло ощущение, что я только что был взят на карандаш, занесён в графу кандидатов на строгий выговор и лишён тринадцатой зарплаты. Хорошо хоть, зарплату мне выдавал не он.

Я представился и повёл их к автостоянке. Сказал попутно:

— Сейчас везу вас в гостиницу. К нам в контору вы завтра утром, наверно? Ну, чтобы отдохнуть с дороги нормально.

— Отдых не требуется, — сказал строгий чиновник. — Отвезите нас сразу по месту службы, мы переговорим с вашим руководством.

— Да бросьте, Фёдор Степанович, — сказал его весёлый коллега. — Аврала нет, торопиться некуда. Обустроимся, а завтра уже, на свежую голову…

— Давайте обойдёмся без споров, Илья Семёнович. Я глава делегации, и вопросы организационного характера — в моей компетенции.

Полноватый Илья Семёнович вздохнул укоризненно, но дискуссию прекратил. Зато сразу застолбил место рядом с водителем, когда мы добрели до машины.

Мы погрузились в минивэн и выехали из аэропорта. Открылась панорама столицы, с деловыми центром посередине и с двумя сопками по бокам. Илья Семёнович вертел головой и задавал мне вопросы. Его попутчики, устроившись позади нас, молчали.

Припарковавшись возле конторы, я пригласил:

— Пойдёмте. Отведу вас к начальнику управления. Сам я — в отделе розыска. Как понадоблюсь, позовите.

Вся их четвёрка зашла в кабинет к Овчинникову, а я сел за компьютер. Вновь пожалел, что до видеохостингов здесь ещё не додумались. Посмотрел бы сейчас какие-нибудь приколы, чтобы скоротать время…

— Как успехи в извозе, Комлев? — поинтересовался Булкин, проходя мимо.

— Совершенствуюсь, — сказал я. — Учусь не хамить клиентам.

Булкин свалил, поржав надо мной. А минут через двадцать ко мне зашли оба оперативника из Союза.

— Быстро вы, — сказал я.

— Ну, а чего тянуть? — сказал тот, что был помладше. — Наша задача — этого перца отконвоировать. Все бумажки уже заранее подготовлены, нам только расписаться, по сути. Завтра уже обратно.

— Вы ж вроде на несколько дней? — удивился я.

— На несколько — это те, — ткнул он большим пальцем через плечо, в направлении кабинета, где ребята при галстуках общались с Овчинниковым. — Они прилетели, чтобы разговоры разговаривать. А мы — люди подневольные. Метнулись сюда, метнулись обратно. Ноль романтики. До гостиницы нас подбросишь?

— Естественно, я же к вам прикреплён. Поехали?

— Да. И, кстати…

Оперативник прервался на полуслове, потому что в отдел заглянул Илья Семёнович, всё такой же неунывающий.

— Ну что, коллеги, — сказал он, — отправляемся заселяться?

— А ваш четвёртый? — спросил я.

— Фёдор Степанович пока остаётся, у него есть срочные темы для обсуждения.

— Ну, как знаете.

Я довёз их до гостиницы. Весельчак в плаще, записав мой сотовый, забрал свои вещи и скрылся в вестибюле. А оба оперативника задержались в машине.

— Слушай, Александр, — сказал мне молодой, — а шмотки где лучше посмотреть, чтобы не слишком дорогие? А то, если вернёмся без ничего, нас жёны домой не пустят.

— Вам джинса нужна? Да в любом торговый комплекс зайдите или в универмаг. Ну, или в фирменный, если нужен вот прям аутентичный «левайс» из Штатов. Но в фирменном, наверно, дороже, я не интересовался. Если б ты спросил сразу, я б в интернете глянул.

— Не-не, спасибо. Глянем в универмаге.

— Один мы только что проезжали, — подсказал я. — С полкилометра, могу подбросить.