Елизавета, у нас отмена! - Алексей Сергеевич Фирсов

пальцы, объясняя завхозу правила розничной торговли 21-го века: — Первое: ввести строгую маркировку! На каждую бочку и бутылку клеить ярлык с датой поставки и номером партии! Второе: соблюдать принцип FIFO — «First In, First Out»! Или по-русски: «Первым пришло — первым ушло»! Сначала подаем к столу то вино, у которого срок годности подходит или партия старше, а свежие поставки ставим в глубь стеллажа! Чтобы у меня ничего больше в подвалах не «усыхало»! И третье, самое главное: ты и все твои подвальные грузчики сегодня же подписываете Договор о полной коллективной материальной ответственности! Пропадает хоть одна бутылка — вычитаю стоимость из жалованья всего отдела двора! Всё ясно?

— Всецело ясно-с, Ваше Величество! — пролепетал Лёвенвольде, прижимая руки к груди. — Ни единой капли больше мимо баланса не утечет!

— Вот и чудно! — Маша наконец-то улыбнулась своей нормальной, человеческой улыбкой и подняла бокал, наполненный густым, золотистым, пахнущим медом и солнцем токайским вином. — А теперь, товарищи топ-менеджеры, когда ревизия завершена, а левый товар оприходован в белую кассу — давайте выпьем! За порядок на складе, за честную инвентаризацию и за наш новый Балканский филиал! Прозит!

ГЛАВА 56.ВЫЕЗДНОЙ КОРПОРАТИВ НА ПРИРОДУ И НАРУШЕНИЕ ТЕХНИКИ БЕЗОПАСНОСТИ

Налаженная складская дисциплина и успехи на балканском направлении принесли в центральный офис долгожданное спокойствие. Но покой генерального директора длился недолго — в компании наступила пора традиционных осенних мероприятий.

Утром в кабинет к Маше ввалился принц Антон Ульрих. После памятного ночного тимбилдинга в Царскосельских банях бренд-амбассадор цвел и пах, ощущая себя полноценным соучредителем империи. На этот раз супруг вырядился так, что у Маши рявкнуло в глазах: на нем был изумрудный бархатный кафтан с золотым шитьем, высокие ботфорты со шпорами, а на голове красовалась треуголка с таким пышным пучком павлиньих перьев, что принц напоминал ходячую витрину отдела элитной галантереи. Через плечо висел витой охотничий рог из серебра.

— Свет мой, Анна! — восторженно прогудел Антон Ульрих, принимая героическую позу. — Погода стоит великолепная! Лес золотом горит! Весь двор, все сенаторы и чужеземные послы уже собрались у подъезда, псари своры гончих держат! Поедем травить оленя в гатчинских лесах! Ты на белом коне, я рядом с рогатиной — покажем всей Европе нашу королевскую стать и удаль!

Маша оторвалась от изучения ведомости по закупкам овса, смерила взглядом павлиньи перья мужа и представила предложенный «досуг».

В Люберцах она один раз по молодости съездила с коллегами на пейнтбол в заброшенный коровник — потом три дня синяки мазала и поясницу лечила. А тут предлагалось носиться на бешеной скорости по осеннему лесу, рискуя влететь лбом в дуб или переломать ноги на кочках. С точки зрения техники безопасности (ТБ) это был чистый суицид и угроза срыва всех бизнес-процессов компании!

— Еще чего, на лошади скакать по яминам! — категорически отрезала Анна II, машут рукой на мужа. — Я тебе что, каскадер? Отстегну себе позвоночник на кочках или шею сверну в овраге — кто тогда квартальный баланс сводить будет? Остерман с подагрой? Нет уж, Антоша. Экстрим отменяется.

— Но Анна! — обиженно протянул бренд-амбассадор. — Как же королевская охота? Без государыни сенаторы не поймут… Это же древняя дворянская традиция!

— Традиции надо оптимизировать под нужды топ-менеджмента! — наставительно подняла палец Маша. — Значит так: объявляем сегодняшнее мероприятие «Выездным осенним корпоративом на природе». Вы с генералами и сенаторами скачите по чащам, трубите в рога и гоняйте кабанов — вам физическая нагрузка полезна, чтобы жир придворный сжечь. А у меня будет пункт управления парковкой и зоной отдыха. Я в шатре на поляне посижу!

Она повернулась к своей неизменной тевтонской тени, которая уже стояла наготове с походным несессером:

— Юлька, готовь самовар! Едем на природу, берем теплые пледы, варенье и сушки! Организуем штабной лагерь с максимальным комфортом!

Через три часа на живописной поляне посреди золотой гатчинской дубравы вырос настоящий мобильный филиал Зимнего дворца.

Пока в глубине леса заливисто лаяли сотни гончих, хлопали выстрелы и трубил в свой серебряный рог Антон Ульрих, на поляне царили покой и европейский сервис. Обер-архитектор Растрелли по строгому техзаданию Маши спроектировал быстровозводимый шатер из плотного персидского шелка с деревянным настилом, защищающим от сырой земли.

Внутри шатра на мягких диванах, укутавшись в оренбургские пуховые платки, сидели генеральный директор Анна II и старшая камер-фрейлина Юлиана фон Менгден.

Посреди стола, покрытого накрахмаленной скатертью, пыхтел и пускал пар огромный, пузатый тульский самовар — первая экспериментальная модель, которую Маша лично заказала тульским оружейникам для нужд дворцового общепита. Вокруг самовара теснились блюдца с крымским инжировым вареньем, связки баранок и горячие пирожки с визигой.

— Эх, лепота! — Маша с наслаждением прихлебывала чай из блюдца по-купечески, вприкуску с сахаром. — Вот это я понимаю — правильный выездной тимассмент! Воздух свежий, птички поют, а главное — никаких тебе французских послов с их нотами!

— Точно так, Ваше Величество! Абсолютная изоляция от стрессовых факторов, — подтвердила Юлиана, аккуратно намазывая варенье на булочку. — Кстати, пока мы тут чаевничаем, капитан Вындомский доложил, что периметр оцеплен преображенцами. Ни один дикий кабан или пьяный сенатор в нашу VIP-зону без пропуска не прорвется.

— Отлично работает охрана! — похвалила Маша. — Но знаешь, Юль, я вот сижу, смотру на этот лес и думаю… У нас же сегодня в лесу бегает полторы сотни здоровых мужиков с ружьями и собаками. Тратят порох, изнашивают казенных лошадей, топчут траву. А какая с этого коммерческая выгода предприятию?

Юлиана задумалась, отложив булочку: — Ну… традиционно охота считается просто забавой, сударыня. Убыточной статьей бюджета. Потом псарям на чарку давать, забитых лошадей списывать…

— Убыточной?! В нашей торговой сети убыточных статей быть не должно! — возмутилась старший товаровед. — Вызови-ка сюда Лёвенвольде! Он же у нас министр двора и начальник всех кухон?

Трусливый завхоз Лёвенвольде, который после подвальной ревизии боялся собственной тени, нарисовался перед шатром через минуту, преданно поедая глазами начальство.

— Рейнгольд Густав! — позвала Маша из шатра. — Скажи-ка мне, сколько мы в месяц тратим из бюджета на закупку говядины и свинины для дворцовых кухон и прокорм гвардейских караулов?

— Страшные суммы-с, матушка-государыня! — трагически вздохнул министр двора. — Мясники московские и петербургские цены ломают, за пуд хорошего мяса по рублю с четвертью дерут! Казна трещит-с!

— А в лесу прямо сейчас бегают тысячи тонн бесплатной, экологически чистой оленины, кабанины и зайчатины! — Маша постучала ложечкой по краю чашки. — Значит так, завхоз! Мы вводим на сегодняшнем корпоративе Новую систему мотивации и KPI по заготовке мясной продукции!

Маша начала формулировать правила охотничьего ритейла: — Пункт первый: объявить всем сенаторам, князьям