Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов
— Искорка, только не говори, что ты… Стоп! — взбеленился я, видя как примеру инферийки последовала и Фьётра. — Фи⁈ И ты туда же⁈ То есть вы хотите…
— Да, мой милый, — твердо выпалила Искрида, а её страшно возбужденные глаза мелькнули перед моим лицом. Вот только вместе с возбуждением в них поселилась небывалая тоска и горечь. — На следующие три часа ты наш и только наш! Позволь нам с Фи утолить наше общее с ней горе именно такой… любовью. Позволь нам стать теми, кто пойдет с тобой до самого конца.
На остатках здравомыслия я всё еще пытался вразумить их обеих. Хотя сдерживать себя, видя перед собой два столь прелестных и возбуждающих тела было практически невозможно. Однако последней каплей стал душераздирающий шепот Фьётры. Этот шепот не оставил и камня на камне от моей силы воли:
— Мы будем ради послужить тебе наш дорогой и любимый… муж.
Муж?..
* * *
Тридцать три часа…
Тридцать два часа…
Тридцать один час…
Жалел ли я о случившемся? Жалел ли я о том, что сделал, хотя с каждым часом жить мне оставалось всё меньше? Нет. Совсем нет. Я обещал, что проживу оставшиеся часы, как нормальный человек. И я сдержал данное себе обещание.
Я любил их, как в последний раз и они платили мне тем же. Хотя последним разом это, скорее всего и было. Никто из нас не спал. Я просто лежал, прижав вану и гиару к себе, слушая тишину и вслушиваясь в их дыхание. Запоминая их аромат. Вот только время оказалось беспощадно.
— Пора… — тихо прошептал я, разрушая хрупкую тишине и приняв сидячее положение, я в последний раз бросил взгляд на два чарующих женских тела, а после заглянул им в глаза. — Я благодарю судьбу за то, что повстречал вас. Спасибо вам.
— Нет, спасибо тебе, муж, — едва слышно обронила Фи, пряча слёзы и целуя меня в щеку.
Сейчас Искрида выглядела страшно удрученной и поникшей, но сделав усилие над собой, та попыталась улыбнуться и подобно северянке, клюнула меня в другую щеку.
— Да. Спасибо тебе, муж…
Не прошло и пары мгновений, как вана весьма элегантно обернулась простыней и покинув кровать, присела на колени и тихо заговорила:
— На Севере есть одна традиция. Верные жены обязаны подготовить своих мужей в последний… — голос Фи дрогнул, но та сдержалась и выдавила из себя лучезарно-горькую улыбку, — … в последний поход.
Не проронив ни единого слова Искрида точно также облачилась в простыню и присела на колени рядом с северянкой.
— Мне по душе такая традиция, — сиплым тоном заметила она.
— Как пожелаете, мои драгоценные жены.
Глейпнир…
Доспех Черной Гидры…
По мановению мысли золотистые цепи и дарованный Лазаревыми доспех материализовались прямо на постели и не говоря не слова я просто встал и начал ждать. Первым в ход пошло поддоспешное белье. Ничего особенного. Для Черной Гидры не требовалось чего-то запредельного. Лёгкая рубаха, не менее лёгкие тактически штаны и ботинки на шнуровке, а затем в дело вступил и сам доспех.
Искрида с Фи всё делали молча. Причем делали они всё настолько мастерски и выверено, что я даже залюбовался. Однако, когда Путы Фенрира легли на запястья пришлось покидать столь приятную, но краткую негу.
— Да поможет тебе Сущее, дорогой муж, — с любовью произнесла Фи, коснувшись своими губами моих.
Через миг Искрида поступила точно также, лишь слова у неё оказались иные:
— Да облегчит твой путь Пламя Возмездия, милый супруг…
* * *
Земля. Российская Империя.
Москва. Первое кольцо.
Главная резиденция таинственного рода Лазаревых.
2 8 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.
Тот самый день.
03–59…
Портальная площадка.
Еще не начало светать, но количество разумных у портальной площадки не поддавалось счету, а воздухе повисло небывалое напряжение. Ни шепота, ни единого звука, только давящая тишина и молчание.
Слов было сказано достаточно. Но огромное количество вещей по-прежнему осталось невысказанным.
Могло показаться, что три тени вдали образовались прямо из воздуха, однако, нет. Просто первый рассветный луч возник именно в тот момент, когда Ранкар, Фьётра и Искрида ступили на тропу, что вела к площадке.
Бездна замерла от увиденного и неверяще сглотнула от нахлынувших эмоций. Шаги, взгляд, осанка, манера держать себя и угольно-тёмный доспех Черной Гидры. Хотелось ей того или нет, но она залюбовалась собственным сыном. Именно таким она всегда себе его представляла — сильным, мужественным, несгибаемым. Именно таким она видела его в своих грёзах и снах.
— Астрал Всемогущий! — горько заключила она, коснувшись руки Зеантара, но её шепот услышали практически всё, кто стоял рядом. — Он так… он так похож на тебя…
* * *
Инферно. Манор Разрушения.
Великий город Эреб.
Цитадель правления Аббадона Разрушителя.
Тронный зал.
Голос Аббадона было очень сложно узнать, но сквозь боль и отчаяние юный Разрушитель его каким-то чудом его распознал. Он толком ничего не видел, плохо слышал, но всё же понял, кто над ним возвышался.
— Плохо, Гатаг, очень плохо. Твой отец разочарован.
— Ты… ты не мой отец… — глухо просипел диабал, позвякивая кандалами на руках и ногах, а из горла у него не переставая струилась кровь, что мешала нормально говорить. — Ты всего-навсего… гнусная тварь… И тварью ты стал… еще до того… как явились… они…
Глава 4
От рассвета до рассвета…
Инферно. Манор Разрушения.
Великий город Эреб.
Цитадель правления Аббадона Разрушителя.
Тронный зал.
— Ты… ты не мой отец… — глухо просипел диабал, позвякивая кандалами на руках и ногах, а из горла у него не переставая струилась кровь, мешающая нормально говорить. — Ты всего-навсего… гнусная тварь… И тварью ты стал… еще до того… как явились… они…
Грохочущий смех оглушил тронный зал. Чудовищная враждебная сила будто тисками сдавила изувеченное тело Гатага и почти уничтожила разум. Из пробитого горла юного Разрушителя вместе с кровью вырвался мерзкий свистящий звук. Дышать и без того было сложно, а теперь воздуха абсолютно не стало.
—