Наталья Шегало - Меньше, чем смерть

Сова прокомментировала его предложение выразительным стоном.

– Ничего, – утешил он ее, – у нас еще есть время что-нибудь придумать. Я бы предпочел личную встречу с Магистром: наш разговор определенно не стоит доверять даже трижды закодированному каналу Так что садись-ка и рассчитай мне курс до одиннадцатой базы.

Сова вовремя прикусила язык и не стала спрашивать, откуда Симарглу известно местонахождение Магистра. Наверняка и на этот вопрос у него был готов не менее насмешливый ответ.

Шли вторые локальные сутки «Водолея» на внешней орбите одиннадцатой базы. Магистр не спешил принимать решение, и «Водолею» – частному судну с криминальным пассажиром на борту – было категорически отказано в посадке.

Накануне, едва вынырнув из подпространства, Сова положила корабль в дрейф, заперлась в каюте и с трудом заставила себя связаться с Магистром по телепатическому каналу Оттягивать этот неприятный момент дольше было невозможно. Судя по тому, сколько ей пришлось ждать ответа, Магистр Ритор был очень занят.

– Что у тебя?

Он спросил это таким тоном, будто последние сто лет Сова беспокоила его раз двадцать на дню исключительно по пустяковым вопросам.

– У меня на борту – Симаргл.

Лучше уж было сразу во всем признаться. Но произвести эффект неожиданности ей не удалось.

– Значит, его смерть – все-таки инсценировка.

Как будто он ждал чего-то похожего.

Сове даже не пришлось объяснять, каким образом она оказалась в ненужное время в ненужном месте – сейчас Магистра это не интересовало. Он выслушал переданное ею предложение Симаргла о сотрудничестве, ни разу не перебив, ни разу не изменившись в лице. Она пристально вглядывалась в знаменитый шрам в надежде предугадать, что ей теперь грозит: награда или наказание – но все тщетно. Едва ли в настоящий момент Магистра заботила участь подчиненной – ему предстояло определить участь целой планеты.

– Что мне делать? – Натворив столько дел по собственной инициативе, Сова теперь искренне была готова подчиняться. – Посадить корабль в порту?

– Управление кораблем у тебя? – казалось, Магистр был удивлен.

– У меня, – подтвердила Сова.

Он задумался на несколько секунд.

– Сейчас к тебе подгонят орбитальный изолятор. Состыкуешь с ним «Водолей» и немедленно заблокируешь управление.

– Хорошо. Что потом?

– До того как Симаргла арестуют, постарайся не стать заложницей.

Сова поморщилась, но промолчала.

Арест прошел безмятежно. Сова даже не ожидала, что в этом мирном процессе, совершенном по предварительному сговору сторон, будет задействовано четверо до зубов вооруженных офицеров службы исполнения наказаний. Симаргла такая честь смешила до тех пор, пока его не положили на пол каюты лицом вниз. Сова не выдержала:

– Капитал, потрудитесь приказать своим людям поднять арестованного и снять с него наручники.

Приказ прозвучал так уверенно, что ему повиновались. Этому не помешали даже ее погоны старшего лейтенанта. Впрочем, это были погоны службы внешней разведки, которые оказались не по зубам капиталу тюремных войск.

Ей стыдно было смотреть в глаза Симарглу. Но в этом и не было необходимости: она великолепно чувствовала его состояние каждой клеткой кожи. Воздух потемнел от напряжения, внутренний индикатор опасности зашкаливало. Симаргл подчинялся, но, казалось, он сам не предполагал, как невыносимо будет это подчинение. Сова готова была к тому, что в любой момент он сорвется – и у нее на борту будет четыре трупа.

– У меня для вас одно пожелание, капитан. – Сова старалась, чтобы ее голос звучал высокомерно и презрительно. – Если во время ареста вы испытываете извращенную потребность унижать арестованного, обратитесь в службу психологической помощи. У нас на Лакиоте отличные специалисты. Не сомневайтесь, я непременно отмечу в рапорте ваше поведение.

– Я получил приказ арестовать преступника! – Капитан зверем глядел на Сову, и было с чего: она только что нарушила одну из священных заповедей субординации – сделала выговор командиру в присутствии подчиненных.

– А я получила приказ проконтролировать этот процесс.

Орбитальный изолятор был оснащен несколькими камерами. Симаргла поместили в одну из них. Это была самая просторная камера, оснащенная всеми удобствами, обставленная – по тюремным понятиям – даже с некоторой долей роскоши. Но это была камера. И Сова лучше других понимала разницу между свободой и ее отсутствием.

Капитан терпеливо ждал у двери, пока Сова покинет изоляционный каземат, чтобы заблокировать выход.

– Я вернусь через пятнадцать минут. – Это сообщение предназначалось не столько капитану, сколько Симарглу.

Он впервые после ареста повернулся к ней:

– Не беспокойся. Все идет так, как надо.

Ей бы его уверенность!

Магистр ждал ее рапорта

– Почему не дают разрешения на посадку? – спросила Сова.

– Одиннадцатая база – закрытый порт Ордена, – внушительно напомнил он.

– Но Симаргл арестован.

– Имей в виду, – игнорируя ее вопрос, предупредил он, – и само его существование, и его арест – засекреченная информация. Даже охрана не знает, кого ей было приказано взять под стражу.

– Тем более! Сколько нам еще болтаться на орбите?

– Сколько будет нужно. По крайней мере, до тех пор, пока не станет ясно, что это не провокация со стороны Симарла. Подумай на досуге, какой скандал может разразиться, если хоть одна душа узнает, что Орден за спиной у Федерации принимает на одиннадцатой базе бывшего диктатора Тонатоса!

– Федеральные души вполне могут оставаться в блаженном неведении. Не зря же вы доводите до истерики ответственных за режим секретности.

– О том, что он жив, наверняка известно не только нам. Он – не идиот, чтобы сдаться Ордену, не обеспечив себе гарантий. Сейчас, когда он загнан в угол, он опасен как никогда. Я уже выслал к вам группу экспертов. И твой «Водолей», и самого Симаргла придется просканировать до миллиметра на предмет наличия жучков. Проконтролируй: экспертам и охране запрещено с ним разговаривать.

– А мне можно? – подобострастно поинтересовалась Сова.

– Ты уже наговорилась. Можешь считать себя на «Водолее» под домашним арестом.