Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— И как ваш план должен смягчить последствия? — поинтересовался Чебриков.

— Вы когда-нибудь читали труды Юрия Ларина? — спросил улыбнувшийся Жириновский.

*СССР, Московская область, село Покровское, дача полковника Орлова, 19 июля 1987 года*

— И что, вообще ничего? — нахмурился Жириновский.

— Сбой дало твоё предсказание, — усмехнулся Орлов, продолжив выбивать пепел из ореховой курительной трубки. — Я пробил всё — есть четырнадцать Матиасов Рустов, но только девять из них проживают в ФРГ и лишь один имеет лицензию пилота. Только вот он сейчас дома лежит — у него правая нога в гипсе.

На улице стоит солнечная погода, в воздухе пахнет летними травами и жарящимся на решётке мясом.

Орлов получил хорошую дачу на ведомственном участке на северной окраине Покровского — здесь полноценный дом, десять соток для приусадебного хозяйства, кирпичный гараж для его новенькой «Волги», а также некое подобие бассейна, которое Геннадий строит по выходным уже третий месяц подряд.

— Как это, дома лежит? — нахмурился Владимир.

— Да самым обыкновенным образом, — пожал плечами Геннадий. — Он арендовал самолёт, Сессну-172, и начал наваривать на неё дополнительные топливные баки. Агентура сообщает, что он уронил газовый ключ на ступню — об этом свидетельствуют данные его больничной карты. Ну и был небольшой скандал, попавший в местные газеты — владелец самолёта счёл приваривание нештатных топливных баков умышленной порчей его имущества и подал на Руста в суд. А вот зачем Руст наваривал дополнительные топливные баки — это интересный вопрос…

— Очевидно, что он хотел улететь очень далеко, — усмехнулся Владимир. — И если бы не газовый ключ, очень по-пролетарски упавший ему на ногу, он бы прилетел в Москву.

— А я так ждал его… — с сожалением вздохнул Орлов. — С молодёжью развития событий ждать ещё долго, поэтому хотелось отметиться перед командованием…

Под «молодёжью» он подозревает «комсомольцев», за которыми ведётся тщательная слежка, в том числе и через внедрённую агентуру. Материалы накапливаются, дела заведены, поэтому нужно только дождаться лучшего момента, чтобы разом и громко накрыть их всех.

Орлову уже слишком мало звания полковника или каких-то орденов — его целью является звание генерал-майора. Это дело может стать поводом для перехода в высшую лигу Комитета.

— Прояви терпение, — попросил его Жириновский.

— Вы чего до сих пор прохлаждаетесь?! — вышла на крыльцо Надежда, жена Геннадия. — Мы вас из дома зовём — кушать подано, идите жрать!

— Да идём-идём, — заулыбавшись, развернулся к ней Орлов. — Видишь, Вольфыч, в какой тяжёлой обстановке приходится отдыхать?

— Шашлык стынет, Гена! — улыбнувшись, сообщила Надежда. — Идите в дом!

*СССР, Московская область, город Москва, Исполнительный комитет Ждановского районного Совета народных депутатов, 28 июля 1987 года*

«Начали проявляться симптомы», — подумал Жириновский и опустил номер «Известий».

Прозвучал очередной тревожный звонок — крымские татары вышли на митинг на Красную площадь, требуя вернуть их в Крым и восстановить в правах.

На самом деле, они выходят уже во второй раз, ведь первый митинг состоялся шестого июля и длился трое суток, до его разгона милицией. А вот второй митинг не только не разогнали, а даже осветили в «Известиях».

Это индикатор того, как быстро работают мозги у Горбачёва — при первом митинге он растерялся и действовал, как прирождённый номенклатурщик, то есть, запретить, разогнать и не допустить, а ко второму митингу у него выработалась новая стратегия. Теперь он якобы на одной стороне с крымскими татарами и готов «изучать и решать» их наболевшие проблемы.

Разумеется, что ничего «изучать и решать» он не собирается — Жириновский прекрасно помнит, что вопрос с крымскими татарами решится только после распада СССР. Очень сильно после.

В кабинет заглянула Екатерина Георгиевна.

— Владимир Вольфович, вас зовут телевизионщики, — сообщила она.

— Иду, — ответил он и встал из-за стола.

К нему сегодня пришли репортёры от программы «90 минут», которым было велено осветить положительный эффект от «демократических» выборов.

Партия готовится к дальнейшей «демократизации», то есть, к выборам 1989 года, поэтому сейчас ей очень нужны любые положительные примеры, пусть даже это будут такие «непонятные» люди, как Владимир Жириновский. К тому же, формально, он вполне «понятный», потому что утверждён парткомом и прошёл под протекцией КГБ.

У репортёров случилась накладка с оборудованием, поэтому Владимиру пришлось ждать — они возятся с камерой и прочим оборудованием в зале заседаний, где и будет проходить интервью.

В зале заседаний его встретила журналистка Татьяна Миткова, которая на прошлой неделе переслала ему список вопросов, чтобы он подготовился и не «плавал».

— Мне сюда садиться? — спросил Владимир, указав на стул перед камерой.

— Да, Владимир Вольфович, — кивнула Миткова. — Начинаем через несколько минут.

— Как скажете, — пожал плечами Жириновский и сел на стул.

Это его первое медийное появление, причём разговор будет идти о его профессиональной деятельности на посту председателя исполкома. Ему есть чем похвастаться, поэтому он будет.

— Итак, начнём, — получив сигнал от оператора, сказала Миткова. — Здравствуйте, уважаемые телезрители, сегодня мы берём интервью у Владимира Вольфовича Жириновского, председателя исполнительного комитета при Ждановском районном совете…

Начало интервью не пойдёт в эфир, потому что формат «90 минут» редко допускает полные интервью. Вероятнее будет краткая информационная заметка, прочитанная ведущим, а затем, если будет время, вставят какие-нибудь ключевые отрывки из ответов интервьюируемого. Но Миткова должна, по протоколу, со всеми поздороваться и сымитировать полноценное интервью.

— Здравствуйте, — кивнул Жириновский.

— Владимир Вольфович, как новый председатель исполнительного комитета Ждановского райсовета, — начала корреспондентка, — расскажите, пожалуйста, о первых шагах, которые Вы предприняли для улучшения жизни жителей района.

— Уважаемые товарищи, мои первые шаги были направлены на изучение насущных проблем района, — протокольно ответил Жириновский. — Я провел встречи с трудовыми коллективами и жителями, чтобы выявить приоритеты. В результате мы оптимизировали бюджет, перераспределив средства на ремонт коммунальной инфраструктуры и благоустройство дворов. Это позволило уже в первые недели улучшить условия для нескольких тысяч семей, что я считаю важным достижением, но останавливаться на нём не собираюсь.

Действительно, оптимизация бюджета позволила выделить значимые средства на ремонт коммуникаций, а также заняться некоторыми дворами, находящимися в не очень благообразном состоянии. В ходе этих работ было случайно обнаружено четыре наркопритона, которые ликвидировали силами милиции, но о таком по центральному телевидению не расскажешь…

— В контексте недавних выборов в местные советы, как Вы оцениваете влияние демократизации на работу райисполкома? — задала вопрос Миткова. — Привели ли альтернативные кандидаты к более эффективному управлению?

— Разумеется, — кивнул Владимир. — Альтернативные кандидаты внесли свежие идеи и усилили коллективный подход. В нашем райисполкоме это привело к