Стас Ас - Последний день может стать первым (СИ)

– Примите схемы расположения, полковник.

Я уже чувствую, как по виску из-под козырька фуражки стекает струйка пота. Возможно,

андроиды на посту настроены на ментальное обнаружение. В зоне восприятия поста в центре

управления находится весь объект. Мы проскочим по границе. Заметят – нам конец, всему конец.

Зато я знаю патрульные зоны… Стараюсь отвернуться, чтобы переход не заметил испарину на

висках… Возвращаюсь в транспорт… Полоса незримых врат погасла, машина проползла за нее, и

та сошлась белым светом. Врата перехода разомкнуты – теперь только вперед!

– Лети быстрей!

Нагоняем время рывком. Следующие за мной машины еще не установили дистанцию… Считаю

секунды до пересечения с разведчиком – проскочим. Я задал транспортам маршрут и схему с

графиками патрулей. Теперь они сами думают. Из-за того, что их мозг активен, высок и уровень

ментального фона – ничего в этом хорошего нет, но сейчас мы можем рискнуть, скорость важнее.

Перешли на следующий объект, дали крюк из-за патруля – теперь по слепой зоне полетим.

Перед вхождением в слепую зону объект нас зарегистрировал – стандартная операция, все как

положено. Здесь объект ничего не видит, и мы никак не сможем узнать точное расположение

патрулей, но и за явное превышение допустимой скорости штраф не получим. “Защитник”

активировал лучевые пушки машины… Он следит за сигналом, только мы превышаем скорость

настолько, что можем просто влететь в их зону восприятия, и тут уж ничего не поделаешь –

придется жечь лучами все подряд.

С проездными объектами – никаких проблем – они регистрируют и пропускают нас без

вопросов. Раньше по таким тоннелям в день проходили тысячи транспортов, людей и машин – на

таких объектах тщательные проверки невозможны. Мозг автоматически, не задумываясь,

считывает наши опознавательные знаки и открывает путь… На полной скорости влетели на

внутренний переход. Платформа подъемника опустилась, слилась с полом, открыла нам шахту.

Поднялись вертикально, на скорости – крысам здорово досталось… Остановил машины прямо на

площадке около подъемника. Дальше пешком.

Моя концентрация достигла предела. Перевожу машины на режим прямого управления –

запускаю системы сокрытия. Транспорты исчезли в легком искажении – регистрируется только

электромагнитное поле с пятидесяти метров. Пустота выпускает серую лавину крыс. В белом свете

переливаются волны серых шкурок. Сержант разделяет их по группам… Мой сержант не человек,

но я почти забыл об этом. Пусть на мгновение, но я забыл, что эта серая волна… что это крысы…

249

Теперь нужно провести их через бесчисленные проходные тоннели, через тысячи глаз,

сенсоров… Переслал первому поколению и своему “передатчику” схемы маршрутов и патрулей,

чтобы не было промедлений и беспорядка. Время… Собираюсь с духом… Кивнул в сторону

проходного тоннеля. Заходим.

– За вами следуют паразитарные организмы в количестве, превышающем все санитарные

нормы.

Чертов объект!.. Оборачиваюсь на текущую за мной серую речушку…

– Да? Как-то не заметил. Развелись тут. Куда вы смотрите?!

– Полковник, город был зачищен.

– Оно и видно!..

– Настоятельно рекомендую применить зачистку. Послать запрос на ликвидаторов

паразитарных организмов?

– Не сейчас.

– Подтвердите запрос.

– Сказал не сейчас! Не при мне! Через три часа будет проведена операция по ликвидации всех

паразитарных организмов на планете!

– Вы намерены ждать проведения операции зачистки?

– Да. Не экономично распыляться по мелочам.

– Вы правы, полковник.

Убедил… Объект, наконец, заткнулся. Я поправил фуражку так, чтобы незаметно стереть

перчаткой испарину… Тихо – только мои ровные гулкие шаги разносятся по коридору, блуждают

под перекрытиями. “Защитник” идет впереди, люди из первого поколения – за мной. Они

двигаются совершенно бесшумно. Крысы ручьем растеклись вдоль стены – даже еле различимый

шорох их лапок сливается в нечто подобное журчанию воды. На естественную миграцию это

может быть похоже только с очень большой натяжкой, но объект замечаний больше не делает. При

таком придирчивом надзоре я не могу позволить себе держать “передатчика” на плече, и он вьется

у моих сапог. Стараюсь не выпускать его из виду. Пока никаких условных знаков – все спокойно.

Идем быстро, вот только время идет быстрее. Считаю секунды… “Защитник” остановился, и мои

шаги замерли, отозвавшись лишь всесторонним приглушенным эхом. Я поднял руку, и мои бойцы

встали у меня за спиной. Разведчик близко. Крыс поднял голову – смотрит на меня… У них здесь

связь плохая. Сейчас мы подошли к подземельям промышленной зоны – впереди

административный центр. Пойдем по минус первому уровню зданий, в которые крысы проникнуть

не могут. В технических помещениях таких объектов нам не место, и со стороны управляющих

ими компьютеров возможны осложнения. Но я и так с трудом составил маршрут – на большинстве

таких объектов стоят идентификационные полосы. Я разработал маршрут так, чтобы пройти по

слепым зонам – это самый короткий, но не самый безопасный путь. Только в данном случае об

этом говорить не приходится – время не позволяет нам легких путей искать, так что…

– D40, думаешь, со времен Пересмотра Задач на всех объектах, где шли бои, остались слепые

зоны?

– Уверен. Они даже на объекты, лишенные центрального управления, ставят только ментальные

передатчики.

Да, верно… Здесь права Центра ограничены – без приказа командования он не может получить

полный доступ к автономным системам, переписать программы, не может создать их, установить

на объект и подключить… Он распоряжается только сетями связи и управляемой техникой… да и

идентификационные полосы полностью в его власти. Слепые зоны не подключены – это точно. Эхо

тихонько постукивает моими пальцами по корпусу браслета… Считаю секунды… Долго… До

штаба каких-то пять километров… Следующий объект слепой. Его патрулируют.

“Защитник” наклонил голову – можно идти. Я бы подождал еще немного, чтобы быть