Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
А в будущем, когда начнётся приватизация, собственность Организации никто приватизировать не позволит — люди так и продолжат бесплатно арендовать жильё.
Выселять в голодную степь он никого не позволит, но если возникнет потребность срочно получить наличность, всегда можно обменять элитарную квартиру на несколько квартир в районах попроще. Учитывая, что эти квартиры находятся в собственности Организации, юридических проблем возникнуть не должно.
Но вряд ли будут возникать подобные ситуации, потому что план Жириновского предполагает, что уж в ликвидности у Организации проблем не будет никогда.
Разные сомнительные личности уже обращаются к обитателям «афганских» пятиэтажек, полагая, что они владеют этим жильём и имеют право распоряжаться им — предлагают продать их за очень большие деньги.
Также поступают предложения об инвестировании средств в строительные кооперативы Организации, чтобы построить что-то подобное в другом районе, 50/50 или меньше.
Но это всё слишком мелкая возня, чтобы Организация связывалась с подобным — это не входит в стратегические планы.
Жильё в Ждановском районе строится исключительно для ветеранов и их семей, остаются они в собственности Дома воинов-интернационалистов, как юридического лица, распределяющего фонд, без поблажек и допущений.
В конце концов, Владимир, пользуясь своими полномочиями, позаботился о том, чтобы строительным кооперативам Организации выдавали участки в приоритетном порядке. Это гарантирует, что район будет застроен преимущественно «афганским» жильём.
В других городах Союза происходит нечто аналогичное — за исключением Армянской ССР, по очевидным причинам.
Масштабы строительства в республиках, конечно, поменьше, но и там «афганские» дома ценятся выше, чем даже номенклатурные.
Но настоящий строительный бум будет в 89-м и 90-м годах — начнутся монолиты, с огромными квартирами, с трёхметровыми потолками и внутренней инфраструктурой будущего.
«Даже в 2050-м году все будут лишь мечтать о проживании в этих квартирах…» — подумал Жириновский с предвкушением. — «Монолиты, при должном уходе, простоят и полторы сотни лет — это будут памятники нам всем».
Также он согласовывает установку на Таганской площади монумента в память о погибших воинах-интернационалистах — композицию из двух десятков статуй воинов разных родов войск, с настоящей БМП-2Д, защищённой решётчатыми экранами, уже ставшими одной из узнаваемых особенностей этой войны.
Такие вещи дают терапевтический эффект, потому что выражают признание. Консилиум психиатров, собранный в московском Доме, пришёл к заключению, что это пойдёт на пользу всему сообществу ветеранов, поэтому Жириновский начал решительно действовать…
— Володя! — позвала его Галина. — Иди ужинать! И малого позови!
— Иду! — ответил Владимир.
Он зашёл в комнату к Игорю, который всё так же, как и утром, пишет код и читает документацию.
— Идём ужинать, боец, — позвал его Владимир.
— Я щас, пап, — отмахнулся Игорь.
— Никак нет! — отрезал Жириновский. — Успеешь ещё кодировать! В столовую! Бегом — марш!
— Иду… — с сожалением оторвался от компьютера Игорь.
Игры, несмотря на их наличие, его не особо интересуют — он поковырялся в них несколько часов, но с тех пор больше не включал.
Галина подала жаркое из говядины, а также витаминный салат.
— Есть прогресс, сынок? — поинтересовался Владимир.
— Разбираюсь, — пожал плечами Игорь. — Интересно.
— Тогда готовься — завтра вместе засядем, и будешь объяснять мне, как там всё устроено, — улыбнулся Жириновский.
— Зачем это тебе, пап? — с недоумением спросил Игорь.
— Надо, — ответил ему Владимир. — Мне нужно понимать, что говорят компьютерщики — а то бормочут какую-то тарабарщину… Ну и важный принцип педагогики: «Обучая обучаюсь»! То есть, тебе это тоже пойдёт на пользу!
На самом деле, он хочет не только разобраться во всём этом, но и наладить связь с сыном. А человечество ещё не придумало способа для налаживания связи между отцом и сыном лучше, чем какая-нибудь совместная деятельность.
— А в школе как дела? — спросил Владимир.
— Всё хорошо, — ответил Игорь.
— Он у нас начал очень хорошо учиться, — улыбнулась Галина. — Все учителя хвалят — особенно учителя физкультуры и математики. В этом году будет отличником.
— Это радует меня, — произнёс Жириновский. — Очень хорошо.
Игорь улыбнулся и кивнул.
— Ты, наверное, заходи ко мне на работу, когда время будет, — попросил его Владимир. — Посмотришь, как и с кем работает твой старик.
— Хорошо, приду, как время будет, — пообещал Игорь.
— И с компьютерщиками нашими пообщаешься — они много знают обо всём этом шайтанстве, — улыбнулся Жириновский. — Что ж, приятного всем аппетита! М-м-м, чудесное жаркое…
*СССР, Московская область, город Москва, исполнительный комитет Ждановского районного совета, 7 декабря 1988 года*
— Сколько там наших? — спросил Жириновский.
— Девять бригад, со спецтехникой, — ответил Сергей Александрович Рачинский, начальник Управления строительства. — Но ещё три бригады едут.
— Какова текущая ситуация? — задал Владимир следующий вопрос.
— Предварительно — удалось значительно минимизировать ущерб, — улыбнулся Рачинский. — Но Спитак, большей частью, разрушен.
Координацией на месте занимается полковник Петров, Виктор Игоревич — раньше он командовал мотострелковым полком под Кундузом, а сейчас командует бригадами аварийно-восстановительных работ в Спитаке, Ленинакане и Кировакане.
Тщательное слежение за сейсмической активностью позволило довольно-таки точно определить возможное время критического удара — предполагалось, что это произойдёт шестого, седьмого или восьмого декабря, поэтому эвакуацию населения начали ещё четвёртого числа.
И даже так, кто-то всё равно остался в городе.
Жириновский же, со своей стороны, мобилизовал всю свою Организацию и заранее подготовил всё необходимое: тысячи палаток, сухие пайки, чистую воду, волонтёров из медработников, строителей и инженеров — всё это отправилось в Армянскую ССР на поездах заблаговременно, ещё в первых числах декабря.
— А жертвы? — спросил он.
— Минимальные — пока что, не более ста человек, — ответил Сергей Александрович. — Спасательные арки спасли сегодня немало жизней…
Никто, кроме Жириновского и Орлова, не знал точное время начала землетрясения, поэтому было выработано решение — разработать комплекты для укрепления помещений. Учёные из НИИ Стали выработали проект каркаса, способный выдержать деформацию здания при землетрясении.
Эти уродливые каркасы из стальных балок устанавливались в каждом доме, чтобы жильцы, когда начнётся землетрясение, смогли забежать в укреплённую комнату и переждать худшее время.
— Следующие две недели будут вестись спасательно-поисковые работы, — сказал Рачинский. — Но уже можно сказать, что мы со своей задачей справились — ущерб минимален и теперь нужно лишь расчистить завалы и отстраивать города.
По воспоминаниям Директора, в Спитакском землетрясении погибло около двадцати пяти тысяч человек, а полторы сотни тысяч человек получили травмы разной степени тяжести.
Эвакуация, предпринятая советским руководством, к слову, повысила межэтническую напряжённость, потому что какие-то внутренние силы начали раздувать слухи о том, что это принудительное выселение армянского населения под предлогом землетрясения, которого,