Песнь Таргитая. Гойда - Юрий Анатольевич Молчан

- Она показывается лишь тем, кому сама желает, - сообщил Белояр хмуро. - Так было всегда. Так что ступай и не вздумай навалить кирпичей! Не бзди — не то все село задохнется, не ссы от страха — урожай погубишь, как говорила моя бабка.

- Видать, мудрая была женщина, - едко заметил тцар.

- А то! - отозвался волхв. - Светоч знания во тьме невежества!

Поднявшись по невысокой лестнице, тцар толкнул дверь и вошел. Мгновенно оказался в залитой тусклым светом горнице, дверь за спиной закрыта, словно ее и не открывал, а прошел насквозь.

У окна на лавке старуха в ветхой одежде. Однако Имиру на мгновение показалось, что в ее облике промелькнул лик красивой молодой женщины. В руках прялка, пальцы двигаются, сплетая шерсть в тонкую, светящуюся нить. Лицо морщинистое, точно вырезано из дерева грубой рукой, губы сжаты так, что сразу заметно — зубов у бабки либо нет вообще, либо почти не осталось. Но глаза смотрят живо, остро и проницательно — прямо на него.

- Здравствуй, бабушка, - проговорил Имир, чувствуя, что его осыпало морозом, и передернул плечами. - Спасибо, что пригласила. - Сам не зная почему, тцар начал выказывать вежество, словно некая сила заставляет выговаривать именно эти слова.

- Здравствуй, тцар Имир, - ответствовала старуха. - Ты верно угадал — я уже давно не показываюсь людям. Бабу-Ягу может узреть лишь тот, кого она сама выберет. Прошли те времена, когда любой Иванушка-дурачок мог отправиться в путь и зайти ко мне переночевать.

Не зная, что на это сказать, Имир развел руками и кивнул, с глупой, как ему показалось, улыбкой на лице.

- Проходи, садись, - пригласила Яга, поводя дланью и указывая на лавку за столом посреди горницы. - У тебя были тяжкие дни, от твоего меча пал племянник. Простолюдину такое непросто пережить, а уж правителю и подавно, хоть ты и не подаешь вида. Без страданий и угрызений совести мы бы остались бездушными зверями. А так — Род вложил свой огонь, и теперь у нас есть душа, которая может радоваться, а может и кручиниться, страдать. Чтоб жизнь медом, как грится, не казалась, нам частенько попадаются колючки.

- Все это очень интересно, бабушка, - согласился тцар. - Но ты бы сказала, зачем звала. Меня ждут воины.

Яга посмотрела со снисходительной улыбкой, от которой морщин на лице как будто прибавилось. Старческие пальцы не перестают прясть светящуюся нить.

- Ты случайно убил Рамзагана, - сказала она вновь. - И теперь Куявию ждет страшное время. Смерть, огонь, страдания. Море слез прольют куявские жены и дети по мужьям, братьям и сыновьям. Твой брат приказал начать войну, Имир. И он не остановится, пока не подчинит твое тцарство себе и не зальет его кровью. У тебя нет больше брата. Отныне — Волот твой лютый враг, который желает смерти тебе и страданий твоему народу и всем, кто тебе дорог.

Имир кивнул, отмечая, что покамест не услышал ничего нового. Однако слова Яги разбередили свежую рану в душе, что только-только начала заживать.

- Должен ли я отыскать Кладенар? - спросил неожиданно сам для себя и поднял пристальный взгляд на старуху. Голос прозвучал приглушенно, хрипло, словно вопрос дался с неимоверным трудом. - Или же мне воротиться и защищать Куявию от артан?

- Если даже ты повернешь, - отвечала Яга, - Волот — и не подумает. И если добудет волшебный камень, тогда от Куявии точно не останется камня на камне. Ты должен ему помешать! В Кладенаре - великая сила. Столь мощного магического предмета уже давно не видели в мире Яви. Он — последний. Остальные уже найдены магами и осели в их высоких башнях. Куявию защитят и без тебя, но если упустишь Камень, и он окажется у Волота, всему конец, Имир! Твой долг — заполучить Кладенар. Ради Куявии. Ради всего Троецарствия!

Тцар мрачно кивнул. Открыл было рот, чтобы ответить да поблагодарить, но ощутил, что не может вымолвить ни слова. Рот онемел. Ноги словно сделались ватными, не в состоянии сделать ни шагу.

- Ступай, Имир, - молвила Яга. - И помни мои слова.

В мгновение ока тцар, сам не зная как, оказался снаружи, на поляне посреди темнеющего леса. Каким-то образом он пропустил закат. Неужто пробыл в избе Бабы Яги так долго? Воины и Белояр смотрят вопросительно, однако на лицах ни капли удивления, словно он вышел из избы своими ногами, а не перенесся мгновенно, благодаря волшебству.

- Возвращаемся! - велел Имир и одним прыжком оказался в седле.

Лес и темнеющее небо сперва расплывались, дрожали, но затем вновь обрели четкость. Вернулись лесные запахи, стрекот сверчков в траве. Вдали послышалось уханье совы. Глаза черепов на кольях начали светиться багровым светом, словно в пустые глазницы положили угли. Однако самой избы и след простыл, словно ее никогда и не было. Воины в ужасе переглянулись, начали делать знаки, отгоняющие злых духов.

- Назад в лагерь! - повторил тцар громче и, пришпорив коня, помчался вперед. Воины и Белояр последовали за ним. Волхв не на шутку встревожился — в отличие от воинов, он-то ясно видел, что из избы тцар не выходил, а появился на поляне прямо из воздуха!

Войско артан все дальше двигалось вглубь Куявии, таща за собой телеги и обозы с провиантом, снаряжением, походными кузнями. Артанские дружины с красными стягами, на которых перекрещенные топоры и вставший на дыбы медведь, казались разлившейся в половодье рекой. Армия Пригоршни делилась на тысячи и сотни, а также отряды помельче, разъезжалась в разные стороны. В то же время крупный боеспособный костяк сохранялся, его вел вперед сам тцарский советник Пригоршня.

Артане захватывали мелкие деревни, брали штурмом города. Часто им открывали ворота, но и тогда они убивали всех способных носить оружие мужчин, чтобы не оставлять за спиной потенциальных врагов.

Задержались возле крупного города Харкина, но внутри оказалась крепкая боеспособная дружина, и они успешно отбили несколько артанских атак. Тогда Пригоршня велел оставить две сотни воинов для дальнейшей осады, а сам двинул войско дальше — в направлении стольного града Куябы.

Против артан ополчились простые куявы в селах и деревнях, даже на мелких хуторах. После столкновения с армией куявского бера Партока, в чьи владения они залезли, артане потеряли почти весь отряд. Выжившие