Владимир Зырянцев - Люди Края

Хельдер протянул разведчику распечатку.

— Да, ничего не разобрать, — согласился тот. — Хотя нет: вот тут слово «поле», а еще «по причине» и «кисло…» — видимо, «кислород».

— Оба этих слова — «поле» и «кислород» — ключевые для понимания ситуации, — продолжил Хельдер. — Капитан сообщил о нападении, как того требует инструкция, но почему-то не выполнил следующее требование — не включил защитное поле. Хотя вся аппаратура, как потом было установлено, была исправна. А еще следствие установило, что пассажиры погибли от недостатка кислорода в сочетании с повышенной тягой.

— Но он — капитан то есть — пытался как-то защищаться? Отстреливаться?

— Да, и еще как! — подтвердил Хельдер. — Он стрелял из всех пушек, носовых и кормовых, истратил половину зарядов.

— И не попал? — удивился Мельник. — Такого не может быть!

— Да, это странно, — согласился хозяин. — Также непонятно, как нападавшие сумели открыть входной люк и проникнуть на борт. А они проникли. Команда встретила их у входа с оружием в руках. Там был бой — вернее, бойня. Весь экипаж погиб, а со стороны нападавших — не только трупов нет (это понятно, могли унести с собой), но ни одной капли крови на полу. В общем, вошли, перебили команду, забрали мою дочь и еще одну девушку, некую Элеонору Фолт, и исчезли. И никаких следов.

— А баллистическая экспертиза? Из какого оружия они стреляли?

— Из плазменного. Поэтому пуль нет и можно установить только тип оружия.

— Подождите, а как же запись? — воскликнул разведчик. — Ведь на корабле постоянно ведется запись всех переговоров, работают мониторы…

— С определенного момента — вскоре после того как капитан передал сообщение о нападении — все мониторы по неизвестной причине отключились и запись прекратилась. А потом возобновилась — словно сама собой. Только на борту уже никого не было, одни трупы.

— А эта вторая девушка? Зачем они ее захватили?

— Откуда я знаю? Может, для отвода глаз, может, под руку попалась. Так что картина очень темная и непонятно, за что ухватиться, — подытожил Хельдер. — Но это мне, профану, непонятно. А следствие, я думаю, будет копать, копать и докопается — установит и картину нападения, и нападавших. Вот только сколько времени им на это потребуется? Я надеюсь, что вы это сделаете быстрее.

— А сколько времени вы отводите мне?

— Да, это важно. С их требованиями я согласился сразу, я уже говорил. Но они хотят акции, причем все сделки должны выглядеть как самые обычные — с платежами, договорами, банковскими проводками и всем прочим. А это требует времени. Мы согласились, что на это уйдет две недели. Через две недели все мое состояние должно перейти к нескольким фирмам — разумеется, подставным. Их названия мне сообщат в последний момент. И еще неделю попросили они сами: думаю, она нужна для того, чтобы все бумаги успели несколько раз сменить владельцев. Ровно через три недели они должны вернуть мне дочь. И ровно столько времени есть в вашем распоряжении.

— А наличные совсем не требовали?

— Наличные? Да, совсем забыл — наличные тоже. Просто о них сказали позже, отдельно. Завтра я должен передать десять миллионов атло в старых мелких купюрах. Кому и где передать, сообщат в последний момент. Деньги сейчас собирают.

— Неплохо, — оживился Мельник. — Значит, так. К завтрашнему дню у меня должен быть корабль — небольшой, но быстроходный. Скажем, такая же «букашка», что напала на «Магеллан». Пусть он стоит на Луне-Главной или на Второй. Да, и пусть на него нанесут антирадарное покрытие — это убережет нас с вами от кое-каких неприятностей. Чип с допуском на корабль и всеми документами положите в кармашек на его ошейнике, — разведчик показал на свернувшегося у дверей Гана. — Он на эти сутки останется у вас. Туда же, в кармашек, положите бумажку, там напишете, где и когда состоится передача денег. И на всякий случай ему продиктуйте. А он меня найдет.

— Но если вы схватите гонца, они поймут, что я… — встревожился Хельдер.

— Нет, не схвачу, — успокоил его разведчик. — Просто это самый короткий путь. Акции нужны заказчикам, а наличные — исполнителям. Так мы их найдем.

Он поднялся и направился к двери.

— Как я узнаю… получилось у вас или нет? — спросил вдогонку хозяин.

— Когда я привезу вам дочь. Или не привезу, — ответил Мельник.

Капитан Петерсон второй день находился в мрачном настроении. Оно овладело им еще до отлета, на Луне-Второй, когда диспетчер сообщила, что у него в экипаже вынужденная замена. Электронщик Чанг Норрис внезапно заболел, вместо него полетит… полетит… — диспетчер пошуршала рапортичками и наконец нашла нужную — полетит Мариус Смит. Тоже очень опытный специалист, только что прибыл с курсов переобучения. Так что капитан может спокойно готовиться к старту.

Первое, что пришло в голову Теодору Петерсону: Чанг, парень надежный и работящий, но при этом слегка безалаберный, перебрал в одном из баров космопорта и ему стыдно в таком виде появляться перед командиром. Или того хуже: электронщик, готовый часами сражаться во всякие «Битвы драконов» или «Систему монстров», ввязался в азартную игру, крупно проиграл и не может расплатиться. Сидит, бедняга, у себя в номере и боится выйти, чтобы не попасть в руки разъяренных мафиози. Правда, Петерсон плохо представлял, откуда на Луне-Второй могут взяться мафиози, но чего не бывает в наше время.

Однако диспетчер быстро развеяла его подозрения. Оказалось, Чанг действительно болен, но что именно с ним стряслось — никто не знает. Ночью он внезапно почувствовал сильнейшие боли в желудке — настолько острые, что вызвал врача. Тот, подозревая аппендицит, направил парня в хирургический бокс, но там выяснилось, что с аппендиксом у электронщика все в порядке, зато не в порядке с печенью и легкими — прямо на глазах врачей у него развивался отек. В общем, сейчас возле него собрались все медицинские силы космопорта, и парня готовят к отправке на Землю.

Петерсон помчался в госпиталь и успел как раз вовремя: Чанга уже грузили в ульдер. Хотя выглядел он неважно, но держался хорошо: потребовал, чтобы «этот, которого вместо меня пришлют», не занимал его каюту, а жил в запасной, и вообще, чтобы к следующему рейсу его на борту не было — он, Чанг, на Земле задерживаться не собирается. Петерсон еще успел пошутить с электронщиком о возможности его задержки на Земле после знакомства с хорошенькой медсестрой («Лучше с реаниматором, нет, с патологоанатомом», — поправил Чанг), но тут его прогнали — ульдер отправлялся.

Зато на капитана насели врачи. Одни интересовались, не принимал ли Чанг время от времени какие-нибудь препараты; другие допытывались, не высаживался ли экипаж «Гренландии» на планеты типа Никты или Крона, не сделав необходимых прививок. От этих расспросов Петерсону стало совсем тошно: вот работают люди рядом с тобой, дышат тем же очищенным воздухом, а разницы между межпланетным катером и тяжелым транспортом не видят.