Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Необходимо испытать на практике современные зенитно-ракетные комплексы Советского Союза, а возможностей для этого мало, а ещё нужно сделать так, чтобы в НАТО не были слишком уверены в своих военных возможностях. А для этого нужны большие потери, которые заставят их усомниться в качестве и надёжности своей техники.

Расчёты аналитиков показывают, что потребуется около трёх-четырёх месяцев, чтобы была собрана группировка сил, достаточная для освобождения оккупированного Ираком Кувейта.

И если Хусейн потерпит ещё три месяца, то для полной подготовки к встрече с авиацией стран НАТО будет примерно полгода, чего вполне достаточно, чтобы настроить новую систему противовоздушной обороны Ирака.

Жириновский не станет от этого ярым сторонником Хусейна — он ему не нравится и политика у него дурацкая, а сам Саддам является слишком азартным, для руководителя государства, человеком, что лишь вредит, а не помогает.

И всё же, Владимир считает Саддама «меньшим сатаной», с помощью которого можно навредить «большему сатане», которым является президент Джордж Буш-старший.

«Сейчас его все называют просто Джорджем Бушем, потому что на его сынка никто не обращает внимания, ведь он не самый умный мальчишка в семье…» — подумал Жириновский, тягая железяку. — «Но ситуация может резко измениться и изменится — иногда Штатам нужны тупые президенты. Хотя Рональда Рейгана Джордж Буш-младший переплюнуть не сможет».

Вторжение в Ирак теперь, конечно же, будет очень вряд ли, потому что существует СССР. И это очень хорошо, потому что Владимиру не нужна прозападная марионетка по соседству с дружественной Сирией, которая должна Союзу так много денег, что никогда не выйдет из-под его политического влияния.

Вообще, Союзу очень много кто должен — суммарно долги разных стран оцениваются в 150 миллиардов долларов США, о чём никто не забывает. Таким образом была достигнута долговая лояльность — так уж получилось, что все, кто должен Союзу деньги, по случайному совпадению, находится в списке просоветских стран.

Осечки бывают — например, как с Египтом, который должен Союзу и выплачивает определённую сумму, а сам находится в орбите США и является его надёжным партнёром на Ближнем Востоке. Но тут просто перебили деньгами и землёй — США ежегодно выплачивает Египту 1,3 миллиарда долларов в качестве военной помощи, что делает его вторым по объёму получателем средств, после Израиля.

Подписав Кэмп-Дэвидские соглашения, Египет променял идеи арабского содружества на возвращение Синая и сотрудничество с США. С тех пор и дружат, а с задолженностями Союзу они юлят и вечно пытаются всё реструктурировать, чтобы платить позже.

Брежнев проявил слабость и упустил политические возможности, возникшие во время арабо-израильских войн, поэтому сильнейшая армия Ближнего Востока сейчас выступает на стороне США.

А Горбачёв всё лишь усугубил, в 1987 году списав полтора миллиарда долларов долга, в обмен на египетскую продукцию — завозимые египетские финики даже можно изредка найти в гастрономах…

Жириновский не собирался никому и ничего прощать, в обмен за хоть какие преференции в экономике — деньги есть деньги.

Все будут либо платить, либо становиться по-настоящему лояльными — инструменты для принуждения у него имеются.

А ещё он будет создавать новых «долговых рабов» — Хусейн вышел из-под контроля в 80-е, потому что абсолютно беспочвенно уверовал, будто весь этот «весь мир с нами» продлится дольше, чем война против Ирана — вчерашние «друзья» покинули его тут же, оставив наедине с разворачивающейся экономической катастрофой.

Здесь-то в игру и вступает Советский Союз, который единственный не отвернулся, поддержал в час нужды — зенитными установками, техникой и специалистами, не за деньги. И когда Хусейн получит за свои опрометчивые действия с Кувейтом, его страна будет обложена санкциями и единственным вариантом для него будет обратиться к своему единственному настоящему «другу».

А «друг», разумеется, поможет — но уже совсем не за просто так…

«Ещё один рынок сбыта советской продукции», — самодовольно подумал Владимир. — «Хусейн ещё тысячу раз пожалеет о том, что связался со мной — я обдеру этого подонка, как липку».

Он надел пиджак, поправил галстук и уселся обратно в кресло, будто до этого не тягал тяжеленную железяку.

Ещё со времён Афгана у него есть строгий распорядок упражнений — из-за этого его охранение вынуждено бегать по утрам по десять километров, а также три раза в неделю посещать с ним ведомственный тренажёрный зал недалеко от Лубянки.

Владимир решил, что надо осваивать единоборства, чтобы развивать ещё и реакцию, поэтому уже полгода занимается армейским рукопашным боем с лучшими инструкторами КГБ. Это необязательно, но способствует общему физическому развитию и интересно, поэтому-то он и занимается этим всерьёз.

«Да потом посмотрим, какой это шик и пиар!» — подумал он, раскладывая на столе разноцветные папки. — «Пока всякие Сильвио Берлускони будут размахивать пивными пузами, я буду демонстративно валять по матам специально обученных единоборцев сразу перед несколькими камерами!»

У него уже сложился имидж боевого офицера, который точно знает, как сделать Союз снова великим — его слегка портят его речи и шутки с прибаутками, а также анекдоты, но общая тенденция движется к укреплению имиджа, потому что он, действительно, делает Союз снова великим.

* СССР, РСФСР, город Москва, Кремль, Сенатский дворец, кабинет Жириновского, 12 декабря 19 90 года*

— Владимир Александрович… — с мольбой обратился Жириновский к Крючкову. — Ты больше не выступай без согласования, хорошо? Все и так знают, что кругом враги, что заговор Запада — не надо, ладно?

Крючков нахмурился.

— Вот «Ан гард!» или «Взгляд» — вот туда можешь приходить и разговаривать о чём захочешь, — продолжил Владимир Вольфович. — Но вещание ЦТ на экстренное обращение лучше больше не прерывай — у нас некоторые граждане подались в бега загород, потому что были уверены, что уже началась ядерная война! А мы только-только начали стабилизировать экономическую ситуацию.

Положение в экономике, пока что, далеко от стабильного — дефицит бюджета, несмотря на принимаемые меры, продолжает расти, но зато уже стабильно наращивает скорость замедления.

«Звучит почти как абсурд — „наращивает скорость замедления“ — ха-ха-ха!» — задумался Жириновский над формулировкой Виктора Штерна. — «Но это правда».

Идёт оздоровление советской экономики — около 93 % кооперативов находятся под контролем Организации, но не за счёт поглощения, а за счёт ускоренного расширения. Очень скоро частные кооперативы, которые что-то там производят, будут занимать меньше 1 % рынка лёгкой промышленности…

Дефицит товаров народного потребления, по свежей оценке ГКО, устранён уже на 47 % — почти половина, но дальше будет только больше.

«Золотое окно», когда можно было зайти в кооперацию и построить