Степан Ларин - 25-й (СИ)

 — Я смотрю, у вас не самые тёплые отношения с однополчанами. Не слишком лестно вы о них отзываетесь. — Разгрузка завершилась, я присел на обломок каменного блока от разрушенной стены фермерского дома — отдохнуть после разгрузочных работ. Эришкигал же не устала толком. Напротив, пожаловалась на то, что засиделась сначала в левитаторе, а потом на спине бурниша, взялась за пару коротких сабель и принялась вспоминать фехтовальные приёмы. Оружие свистит хоть и в стороне от меня, но кровь всё же стынет, когда закатное солнце сверкает то на одном клинке, то на другом.

 — Декурион, скажите: если бы вас посадили в тюрьму, вам было бы дело до тех, кто там с вами сидит? Думаю, вы просто захотели бы поскорее оттуда выбраться. А мне отсюда не уйти, ещё и все эти офицеришки так многозначительно на меня смотрят, будто я с каждым из них собираюсь крутить роман.

 — Вы воспринимаете свою службу, как наказание?

 — Это и есть наказание. — Со злости она описала саблями широкий круг перед собой. Будь на пути лезвий люди, их бы рассекло пополам. — Я спасла целый город. Может быть, даже не один. А эти идиоты обвинили меня в гибели товарищей и множества гражданских, разрушении инфраструктуры и несанкционированном применении боевой магии третьего уровня!

 — Можно поподробнее?

Нарубив достаточно воображаемых противников, Эришкигал села напротив меня, у ноги пасущегося рядом Хоука. Привязывать его не стала — он-де послушный, не убежит никуда, пока хозяйка не отпустит. А если убежит, его всегда можно взять под прямой контроль телепатией и вернуть обратно. Ко мне динозавр уже привык, хотя смотрит как-то странно. Так рыцарь смотрит на смерда. Дескать, разговаривай с моей хозяйкой, разрешаю, только знай своё место, салиранох и клон.

 — Я тогда служила в ИКСАР штатной Видящей. Ну, знаете, телепатические допросы, борьба с подпольными колдовскими культами, поддержка штурмовиков «Кобры» в боевых операциях... Помню этот поганый денёк, как вчерашний... Очередной скучный штурм... — Воткнув клинки в почву, Эришкигал взялась за рукояти и опёрлась на них. — Накрыли наркопритон в одном из трущобных районов Тлантиоки. Только притон оказался не только и не столько притоном. Так, прикрытие. Нарки свозили туда всё, что удавалось добыть: кислоту, герк, сахарок, холекс, травку, грибы, мать их... Торчки там упарывались в честь Шары, желая привлечь его из Бездны на свою вечеринку.

 — Почему вы не вызвали паладинов? Демоны — это ведь уже по их части. — Хоть я не верю в демонов — не доводилось их видеть — говорить об этом Видящей я не стал. Слишком уж она уверена в своих словах.

 — Не успели. Думаете, эти обколотые и обнюханные упыри так просто подпустили нас к своей святыне? У них там и оружие было вообще-то. Во время штурма пришлось потрудиться, а когда мы пробились в здание и нашли в подвале святилище, главный жрец уже закончил ритуал призыва.

 — И что? Шара решил осчастливить этот мир своим присутствием?

 — Сам Шара — нет, но кто-то из его высших демонов уж точно. Страшнючий такой, огромный, весь розовый, с башкой, как у рыбы-молот... Наше оружие никак не могло навредить ему. И тогда я, будучи единственным магом в отряде, сделала то единственное, что могло хотя бы задержать демона — обрушила своды здания и похоронила святилище вместе с порталом и всеми нами. Повезло мне одной — удалось выбраться. Зато не удалось ничего доказать. Алтарь был собран из кучи хлама, так что отыскать его под обломками никто не сумел. Труп демона тоже не нашли (потому что его затянуло обратно в портал), но нашли погибших иксаровцев и кучу гражданских. Если бы они владели магией, то ради спасения города сделали бы то же самое со мной, и я бы не обижалась. А начальство захотело, чтобы я ещё и раскаялась за свой поступок и свою жертву! Так что я ответственно заявила: «Вылижите мою морагу», подписала все бумаги, получила укол «Стромы» и отправилась мотать срок на Ошу в субсекторе Ваштех. Холодно там. Хоть передохнула от жары Некра. Просидела в одиночке десять лет из своего пожизненного. Потом мне предложили отправиться воевать на Землю в обмен на амнистию, если выживу. Я согласилась. Мне ввели антидот и, собственно, отправили сюда вместе с этими космопехами.

Донёсшийся издалека глухой стук, как будто большим молотом бьют по земле, заставил её прерваться. Хотя, как я понял, она и собиралась закончить повествование на этом месте — всё, что было дальше, я и так знаю.

 — Вы это слышите? — схватившись рукой за карабин, она вдруг повернулась туловищем к северу, в сторону далёких немецких позиций за не менее далёким лесом почти в километре от разрушенной фермы. Вокруг возятся солдаты, и возятся громко, но я отсеял лишний шум и понял, что встревожило женщину: стук усилился, а ещё к нему добавился лязг и клацанье сервомоторов.

 — Слышу. — Вздохнул я и немедленно тоже взялся за оружие. — Это шагающие танки.

 — Со стороны немцев?

 — Да...

Я не успел разглядеть, что выбралось из леса. Визг взлетающих ракет заставил схватить Эришкигал за руку и кинуться к ближайшему окопу. Я сделал это рефлекторно, не успев даже подумать ни о чём, кроме спасения. Инстинкт самосохранения и хорошая реакция сработали раньше человеческого рассудка. Прыгая в траншею и затаскивая Эришкигал за собой, я бросил беглый взгляд на лес. Кривые огненные руки взметнулись над верхушками деревьев и, страшно переломавшись, дотронулись до почвы вокруг нас, над нашими головами. Я торопился так, что забыл надеть шлем, пришлось зажать слуховые отверстия ладонями. Над краем окопа, где мы скрючились в три погибели, да и вообще над всей линией траншей сама собой выстроилась стена пламени. Само оно не достало, но жар его опалил... хотелось бы сказать «до боли», но мы ведь её не чувствуем. Были второй и третий залпы, я лежал на сырой земле, накрыв колдунью своим телом, к нам падали оглушённые легионеры и куски их тел, но не упало ни одной ракеты. Чертовски повезло, в общем.

Когда наверху стихло, а звон в голове стал проходить, я осмелился пошевелиться. Снял шлем с ближайшего мертвеца, надел на себя и осторожно высунул голову над окопом. Ракетный залп собрал обильный урожай: меж рядов траншей валяются развороченные тела клонов и космопехов — тех, кто не успел укрыться. Таких нашлось несколько сотен, но большая часть из нас и прибывших выжила. Придя в себя, легионеры встали на позиции.

 — Где Видящая? — раздался крик префекта космопехов откуда-то слева. — Пусть наколдует щит! Или хоть что-нибудь сделает!

 — Поняла!

Эришкигал выбралась из-под меня, поднялась на ноги и изобразила руками пару замысловатых фигур и петель в воздухе, хоть и не очень красиво — в узкой траншее мимом не побудешь. Но затея провалилась: вокруг кистей рук лишь вспыхнули на секунду тусклые ореолы голубоватого света, похожие на излучение Черенкова. Магия, увиденная собственными глазами, удивила, но я, префект и все выжившие ожидали не этого.